Деревянный синий дом. Первое невольное знакомство с этим местом произошло еще в 2008 году. Тогда, после тяжелого дня, во сне мой мозг решил переместить меня именно в эту местность. Почему в эту границу моего разума — я не знаю…
Добавить в моё избранное
18 мин, 48 сек 461
Очередной поход в тот город серости, дождя и тоски был внезапным. В этом сне было лето и тепло. Почему-то я была у родника, что на ВРЗ. Туда-сюда ходили люди за водой. Ничего удивительного в том, что половина населения Южного ходит за родниковой водой — не было. Странно было то, что все они были одеты очень старомодно. Женщины были в длинных цветастых платьях, больше похожих на домашние халаты, их волосы были прикрыты косынками. Мужчин вокруг не было вообще.
Осознав, что это сон, мне оставалось только одно — досмотреть его. От нечего делать, я просто развернулась и пошла вслед за кучкой женщин. Позади себя я услышала бормотание. Обернувшись, я увидела то, что мне не понравилось. Наклонившись к земле, сидела женщина, похожая на католическую монахиню. Она держала руки на земле и что-то бормотала.
«Надо либо сваливать, либо просыпаться», — пришла в голову мысль. Но, проснуться можно было только одним способом — покричать во сне. А так как в реальности звуки были похожи на то, что из меня вылезает Чужой, не иначе, кричать пока что не хотелось.
Тем временем странная женщина в монашеском одеянии резво поспешила за нами — то есть за мной и женщинами. Вклинившись посередине неторопливой процессии, я постоянно оглядывалась назад. «Монахиня» торопливо шла следом за нами и цепким взглядом смотрела в спину одной из женщин. Вскоре псевдо-монахиня догнала свою жертву и запрыгнула ей на спину, мгновенно окутав несчастную тьмой, поглотила ее в себя. Женщины увидели это. На мое удивление, они не закричали от испуга, а только посоветовали мне вместе с ними идти быстрее как можно ближе к городу.
«Может, бежать?» — спросила я у одной из женщин.
«Нельзя бежать, колдун только этого и ждет», — ответила мне женщина.
Мы все пошли быстрее, страшная монахиня не отставала от нас. Так, долго и в страхе, мы дошли до небольшого рынка. Рынок, который, кстати, был недалеко от реально существующей остановки — Пушкарская — в этом сне был похож по своей атмосфере на типичный рынок начала девяностых годов. Я и женщины в халатах и косынках выглядели в общей массе неуместно. Везде сновали парни в штанах «адидас» и ветровках той же фирмы, глаза их закрывали от солнца черные очки. Они шарахались у прилавков, за которыми торговали вьетнамцы. Периодически в торговых рядах ходили девушки с диким макияжем и невероятными начесами на голове.
«А где же вся это советская эпоха?» — думала я, разглядывая«герлу» с обесцвеченной копной волос, щеголяющую по улице в футболке и лосинах.
Тем временем, наши ряды пустели. Ужасная «монахиня», которую почему-то женщины из моего «отряда» считали колдуном, преследовала нас. Сами женщины то и дело пропадали в темных объятиях этого порождения ужаса и безумия.
Все, кто был на рынке, делали вид, что не видят нас. А, может, и действительно не видели. Когда мы прошли рынок и вышли из него — нас осталось всего трое. Я, женщина, с которой я говорила и одна девушка моего возраста. Разумеется, «монахиня» не отставала от нас.
Переглянувшись, мы разошлись в разные стороны, оставив это порождение зла в задумчивости.
Я поняла, что в этом сне все общение происходило чуть ли не на ментальном уровне. Передо мной внезапно оказался очередной деревянный дом. Потеряв всякую осторожность, я зашла внутрь. И, как и полагается, там и встретила источник колдовства. В темной комнате за столом сидел высокий и седой старик. Всем своим видом показывая ненависть ко мне, он стал превращаться в черный воздух, постепенно добираясь до меня.
Делать нечего -надо было срочно просыпаться. И я стала кричать. Звуки, которые я издавала вместо обычного человеческого крика, были похоже на мерзкие гульканья. Но, что делать, любые средства сейчас были хороши.
Открыв глаза в реальном мире и обрадовавшись ему, я увидела заинтересованный взгляд любимого человека. На его вопрос, что за это звуки такие, я легла спать дальше.
Днем, осознавая этот сон, стало ясно, что альтернативная версия Перми в моих снах только начала мне показывать свои земли. Следующий сон, который подготовил мне мой мозг, не заставил себя ждать.
Мальчик Как только я сомкнула глаза и уснула — снова попала в это место. Серый город — так почему-то мне захотелось его называть — показал мне другой район Перми. Это был Нагорный, который во сне выглядел, как обитель маньяков. Серый туман застилал пустые улицы, прохожих не было видно. Издалека доносились крики о помощи, ревели дети, шептались мужчины.
Снова заморосил дождь. Мимо меня пробежала девушка, истошно крича. За ней, также мимо меня, пробежал мужик с ножом для мяса. На нем был белый фартук, перепачканный кровью.
«Что за»…, — подумала я. Не зная, что делать, я пошла вниз, там, где по моим предположениям, должна была быть улица Мира. То и дело мне попадались такие вот бегущие парочки — маньяк и его жертва.
Через долгий и упорный спуск я постепенно привыкла к тому, что здесь происходит.
Осознав, что это сон, мне оставалось только одно — досмотреть его. От нечего делать, я просто развернулась и пошла вслед за кучкой женщин. Позади себя я услышала бормотание. Обернувшись, я увидела то, что мне не понравилось. Наклонившись к земле, сидела женщина, похожая на католическую монахиню. Она держала руки на земле и что-то бормотала.
«Надо либо сваливать, либо просыпаться», — пришла в голову мысль. Но, проснуться можно было только одним способом — покричать во сне. А так как в реальности звуки были похожи на то, что из меня вылезает Чужой, не иначе, кричать пока что не хотелось.
Тем временем странная женщина в монашеском одеянии резво поспешила за нами — то есть за мной и женщинами. Вклинившись посередине неторопливой процессии, я постоянно оглядывалась назад. «Монахиня» торопливо шла следом за нами и цепким взглядом смотрела в спину одной из женщин. Вскоре псевдо-монахиня догнала свою жертву и запрыгнула ей на спину, мгновенно окутав несчастную тьмой, поглотила ее в себя. Женщины увидели это. На мое удивление, они не закричали от испуга, а только посоветовали мне вместе с ними идти быстрее как можно ближе к городу.
«Может, бежать?» — спросила я у одной из женщин.
«Нельзя бежать, колдун только этого и ждет», — ответила мне женщина.
Мы все пошли быстрее, страшная монахиня не отставала от нас. Так, долго и в страхе, мы дошли до небольшого рынка. Рынок, который, кстати, был недалеко от реально существующей остановки — Пушкарская — в этом сне был похож по своей атмосфере на типичный рынок начала девяностых годов. Я и женщины в халатах и косынках выглядели в общей массе неуместно. Везде сновали парни в штанах «адидас» и ветровках той же фирмы, глаза их закрывали от солнца черные очки. Они шарахались у прилавков, за которыми торговали вьетнамцы. Периодически в торговых рядах ходили девушки с диким макияжем и невероятными начесами на голове.
«А где же вся это советская эпоха?» — думала я, разглядывая«герлу» с обесцвеченной копной волос, щеголяющую по улице в футболке и лосинах.
Тем временем, наши ряды пустели. Ужасная «монахиня», которую почему-то женщины из моего «отряда» считали колдуном, преследовала нас. Сами женщины то и дело пропадали в темных объятиях этого порождения ужаса и безумия.
Все, кто был на рынке, делали вид, что не видят нас. А, может, и действительно не видели. Когда мы прошли рынок и вышли из него — нас осталось всего трое. Я, женщина, с которой я говорила и одна девушка моего возраста. Разумеется, «монахиня» не отставала от нас.
Переглянувшись, мы разошлись в разные стороны, оставив это порождение зла в задумчивости.
Я поняла, что в этом сне все общение происходило чуть ли не на ментальном уровне. Передо мной внезапно оказался очередной деревянный дом. Потеряв всякую осторожность, я зашла внутрь. И, как и полагается, там и встретила источник колдовства. В темной комнате за столом сидел высокий и седой старик. Всем своим видом показывая ненависть ко мне, он стал превращаться в черный воздух, постепенно добираясь до меня.
Делать нечего -надо было срочно просыпаться. И я стала кричать. Звуки, которые я издавала вместо обычного человеческого крика, были похоже на мерзкие гульканья. Но, что делать, любые средства сейчас были хороши.
Открыв глаза в реальном мире и обрадовавшись ему, я увидела заинтересованный взгляд любимого человека. На его вопрос, что за это звуки такие, я легла спать дальше.
Днем, осознавая этот сон, стало ясно, что альтернативная версия Перми в моих снах только начала мне показывать свои земли. Следующий сон, который подготовил мне мой мозг, не заставил себя ждать.
Мальчик Как только я сомкнула глаза и уснула — снова попала в это место. Серый город — так почему-то мне захотелось его называть — показал мне другой район Перми. Это был Нагорный, который во сне выглядел, как обитель маньяков. Серый туман застилал пустые улицы, прохожих не было видно. Издалека доносились крики о помощи, ревели дети, шептались мужчины.
Снова заморосил дождь. Мимо меня пробежала девушка, истошно крича. За ней, также мимо меня, пробежал мужик с ножом для мяса. На нем был белый фартук, перепачканный кровью.
«Что за»…, — подумала я. Не зная, что делать, я пошла вниз, там, где по моим предположениям, должна была быть улица Мира. То и дело мне попадались такие вот бегущие парочки — маньяк и его жертва.
Через долгий и упорный спуск я постепенно привыкла к тому, что здесь происходит.
Страница 2 из 5
