Поля золотой пшеницы и зеленые луга обняли серебристую хонду на паршивой дороге. Водитель потянулся вперед, пожал плечами, прогоняя усталость от трех часов езды. Он потер затылок одной рукой и перехватил руль другой. Его пассажирка глянула вперед, на дыры в асфальте, потом в боковое зеркало, повернулась в кресле.
Добавить в моё избранное
16 мин, 43 сек 1934
Не раздумывая, побежала к другому лестничному пролету, в церковь. Глянула в пустой алтарь, выглянула наружу. Как далеко она сможет уйти пешком и с такими схватками?
— Кортнииии? — он звал из подвала.
Хоры! Она влезла на другой лестничный пролет, старое дерево трещало и скрипело под ее весом. На хорах были еще несколько перевернутых скамеек и остатки органа. Ей нужно было хоть какое-то оружие. Что угодно! Скамья слишком тяжелая, а труба от органа слишком прочно сидит.
Шаги грохотали ближе. Кортни опять прижалась за открытой дверью, заметила возле одной скамьи сломанное распятие, без одной поперечины, почти два фута в длину.
— Кортниии, у нас будут другие дети, — он уже был на лестнице-а этот накормит землю, мы будем вместе.
Как назло, подошла очередная схватка. Она вгрызлась в собственную руку, чтобы не закричать. Он появился в дверном проеме, смотря в другую сторону, бок рубашки темный и мокрый от крови, хромая на правую, подвернутую ногу. И пошел вперед.
— Где же ты? — прорычал он, перегнулся через перила, глядя на алтарь сверху.
Схватка прошла. Кортни собралась с силами, подкралась к распятию, ухватила его как биту и рванулась вперед, пока Зак не успел развернуться. Он чуть повернул голову, но твердое дерево врезало ему в затылок. С воплем боли он почти упал вниз, нож вылетел из его руки и зазвенел на полу внизу. Ничего не видя от боли в животе и ужаса, Кортни ударила его в поясницу, как копьем. Он полетел вниз, свалившись в алтарь с мокрым чавком.
Она бросила распятие на пол и ухватилась за перила. Очередная сватка. Теперь они накатывали быстрее. Она посмотрела вниз — тело лежало в алтаре, изогнувшись под странными углами и села на пол.
Еще шаги с лестницы. Она краем глаза увидела Уидмена и Олсона и последнее, что услышала, было:
— Она тут рожает, ей в больницу надо!
Когда Кортни опять открыла глаза, то лежала в больничной кровати и ей было холодно. В комнате было тихо и темно, за окном стояли сумерки. Живот был пуст. Где ребенок?! Она как-то смогла перекатиться на бок и встать.
— Милочка, тебе нельзя вставать!— толстая медсестра схватила ее за руку.
Кортни посмотрела на руки медсестры — розовые, обычные.
— Мой ребенок?
— Сейчас увидитесь, — улыбнулась медсестра, — мы за ним присматривали, пока ты была без сознания. Доктор был слегка озабочен его цветом, но все в порядке.
— Цветом?— Кортни затрясло.
— Немного бледный, но совершенно здоровый.
Медсестра уложила Кортни, вышла и вернулась с коляской, передавая ей младенца в конверте.
— Вот мы какие. Я скоро вернусь, — она остановилась возле двери.
— И к вам гость.
Кортни кивнула, не слыша, что ей говорят. Он был ее, но кожа — бледная, восковая, серая, почти просвечивает. Как у проклятых в Брогтон-Холлоу. Ее руки задрожали.
— Нет, нет, нет.
— Боюсь, что да, — Джо Уидмен стоял у двери, еще бледнее, чем обычно, в искусственном свете. Кортни вздрогнула.
— Его отец похоронен там. Ты пролила кровь, напоила поле опустелое. Он — наш.
Кортни заплакала.
— Небольшая жертва. Зато он — наш.
No Aaron Polson The Bottom Feeders and Other Stories 2009 No перевод — Кононенко Д. В. 2013 Каламбур. Холлоу=дыра, впадина.
— Кортнииии? — он звал из подвала.
Хоры! Она влезла на другой лестничный пролет, старое дерево трещало и скрипело под ее весом. На хорах были еще несколько перевернутых скамеек и остатки органа. Ей нужно было хоть какое-то оружие. Что угодно! Скамья слишком тяжелая, а труба от органа слишком прочно сидит.
Шаги грохотали ближе. Кортни опять прижалась за открытой дверью, заметила возле одной скамьи сломанное распятие, без одной поперечины, почти два фута в длину.
— Кортниии, у нас будут другие дети, — он уже был на лестнице-а этот накормит землю, мы будем вместе.
Как назло, подошла очередная схватка. Она вгрызлась в собственную руку, чтобы не закричать. Он появился в дверном проеме, смотря в другую сторону, бок рубашки темный и мокрый от крови, хромая на правую, подвернутую ногу. И пошел вперед.
— Где же ты? — прорычал он, перегнулся через перила, глядя на алтарь сверху.
Схватка прошла. Кортни собралась с силами, подкралась к распятию, ухватила его как биту и рванулась вперед, пока Зак не успел развернуться. Он чуть повернул голову, но твердое дерево врезало ему в затылок. С воплем боли он почти упал вниз, нож вылетел из его руки и зазвенел на полу внизу. Ничего не видя от боли в животе и ужаса, Кортни ударила его в поясницу, как копьем. Он полетел вниз, свалившись в алтарь с мокрым чавком.
Она бросила распятие на пол и ухватилась за перила. Очередная сватка. Теперь они накатывали быстрее. Она посмотрела вниз — тело лежало в алтаре, изогнувшись под странными углами и села на пол.
Еще шаги с лестницы. Она краем глаза увидела Уидмена и Олсона и последнее, что услышала, было:
— Она тут рожает, ей в больницу надо!
Когда Кортни опять открыла глаза, то лежала в больничной кровати и ей было холодно. В комнате было тихо и темно, за окном стояли сумерки. Живот был пуст. Где ребенок?! Она как-то смогла перекатиться на бок и встать.
— Милочка, тебе нельзя вставать!— толстая медсестра схватила ее за руку.
Кортни посмотрела на руки медсестры — розовые, обычные.
— Мой ребенок?
— Сейчас увидитесь, — улыбнулась медсестра, — мы за ним присматривали, пока ты была без сознания. Доктор был слегка озабочен его цветом, но все в порядке.
— Цветом?— Кортни затрясло.
— Немного бледный, но совершенно здоровый.
Медсестра уложила Кортни, вышла и вернулась с коляской, передавая ей младенца в конверте.
— Вот мы какие. Я скоро вернусь, — она остановилась возле двери.
— И к вам гость.
Кортни кивнула, не слыша, что ей говорят. Он был ее, но кожа — бледная, восковая, серая, почти просвечивает. Как у проклятых в Брогтон-Холлоу. Ее руки задрожали.
— Нет, нет, нет.
— Боюсь, что да, — Джо Уидмен стоял у двери, еще бледнее, чем обычно, в искусственном свете. Кортни вздрогнула.
— Его отец похоронен там. Ты пролила кровь, напоила поле опустелое. Он — наш.
Кортни заплакала.
— Небольшая жертва. Зато он — наш.
No Aaron Polson The Bottom Feeders and Other Stories 2009 No перевод — Кононенко Д. В. 2013 Каламбур. Холлоу=дыра, впадина.
Страница 5 из 5
