Хочешь?

Необычный привкус заставил Стива скривиться, но жена настояла, чтобы он выпил хотя бы полчашки. В эту ночь кошмаров больше не было. Но каждую следующую они приходили снова и снова.

Стив пытался ложиться раньше, позже, пить снотворное, гулять перед сном… Ничто не помогало. Каждый раз он проваливался в ту страшную комнату. Каждый раз просыпался в холодном поту, а рядом сидела взволнованная Пэм. Кроме того, галлюцинации преследовали его и во время бодрствования. Такого, как в баре, больше не случалось, но шепот в голове он слышал почти постоянно.

Иногда шепот был неразборчивым, а иногда слова звучали четко, словно их произносили в хороших наушниках. В такие моменты Стив готов был разбить голову о стену. Голос соблазнял, обещал, сулил небывалое блаженство. В красках расписывал такие сцены, от которых у него волосы вставали дыбом. Секс и боль — вот чем полнились эти слова.

Время от времени Стив ловил себя на мысли, что сходит с ума. Он почти ничего не знал о психиатрии, но симптомы не оставляли выбора. Либо он обратится к врачу, либо вскоре перестанет различать: где реальный мир, а где сон. Или вовсе слетит с катушек, начнет пускать слюни и смеяться.

Пэм ни в чем его не упрекала, но он видел, как она страдает. И все-таки ее ухаживания и ласка больше не радовали. Скорее напротив — раздражали. А когда она чему-то радовалась, Стив ощущал себя брошенным и ненужным.

— Что это?! — Стив держал в руке простую тряпичную куклу и несколько длинных иголок.

Обычно он не лазил в шкафчик над раковиной. За наличием под рукой зубной пасты или мыла следила Пэм. Но сегодня решил не беспокоить ее — жена протирала душевую. В поисках жидкости для полоскания рта он нечаянно наткнулся на странного вида коробку. Даже, скорее, шкатулку — из темного дерева и с золотой инкрустаций. Открыв ее, обнаружил крайне странный набор предметов… — Понимаешь… — Пэм обернулась.

— Я хотела… ты не поверишь… — А ты постарайся, дорогая, — голос Стива звучал глухо.

— Ну, я видела, что тебе становится все хуже. Хотела помочь. Только не смейся, — она натянуто улыбнулась.

Стив вопросительно поднял брови.

— У нас есть соседка — миссис Куинси. Ты, наверное, не знаком с ней. Она живет в соседнем подъезде. Мы случайно встретились в супермаркете. Разговорились… — Пэм! Это лишнее. Кукла!

— Да, извини. В общем, она рассказала мне очень странную историю. Оказывается, эта квартира пользуется плохой славой. Местные об этом знают и потому предпочитают не селиться в ней. Вспомни, как изменилось лицо агента, когда мы сказали, что приехали издалека.

— Не помню. Я смотрел не на него, а на фотографии квартиры.

— Я хорошо помню, он просветлел, словно мы его ангелы-хранители во плоти.

— И?

— В этой самой квартире несколько лет назад свершилось страшное. Некая молодая особа… — Пэм задумалась, — проклятая память на имена! Забыла. Она покончила с собой. Вроде бы от неразделенной любви, но точно никто не знает. Записок она не оставляла. С тех пор все мужчины, которые здесь жили, рассказывали о ночных кошмарах и галлюцинациях. А двое даже умерли.

— От чего?

— Вроде бы что-то с сердцем. У обоих. Миссис Куинси сказала, что это были молодые, здоровые мужчины. Ничто не предвещало беды.

— Хорошо, допустим это так. Но зачем тебе кукла Вуду?! — Стив повысил голос.

— Пэм — это же кукла Вуду! И я догадываюсь, для чего она используется!

— Нет-нет! — в глазах Пэм появился испуг.

— Что ты там себе надумал?

Стив с силой бросил куклу на пол, снова обернулся к шкафчику. С полок посыпались пузырьки, различные тюбики и баночки.

— Что ты делаешь?! — взмолилась Пэм.

— Миссис Куинси сказала, кукла поможет снять с тебя проклятие. Сделает невидимым для призрака!

— Аха, значит, уже призрак! Тогда что это?! — в ладони Стива темнел пузырек зеленого стекла. Вытянутое, запечатанное какой-то липкой дрянью горлышко. Ржавые пятна.

— Этим ты поила призрака?!

Пэм медленно отошла от душевой кабинки, встала напротив мужа.

— Поверь, я не хотела дурного, — она уже плакала.

— Я правда хотела помочь. Не знаю, что это за жидкость. Миссис Куинси сказала окроплять ею те места, где тебе было плохо.

— Очень интересно, — скривился Стив.

— Но могла бы придумать версию поправдоподобней. Призраки — они, знаешь, все больше в замках гремят цепями. Что, если мы отнесем эту чудесную жидкость в полицию? Что они в ней найдут?

— Я не знаю, — Пэм закрыла лицо руками.

— Может быть, какой-нибудь галлюциноген? Хочешь меня в психушку упрятать?!

Пэм, сотрясаемая рыданиями, уже не отвечала.

Стив чувствовал, как в нем кипит злость.

— Я любил тебя! Зачем ты со мной так?!

Руки дрожали. Стив взглянул в зеркало и обомлел. За ним стояла не его Пэм.