Благословление

— Она снова засмеялась.

Я стоял на месте.

— Ты не убегаешь. Почему? Ты ведь хочешь этого, не так ли?

Я молча смотрел на нее. Не знаю, как я выглядел со стороны, но подозреваю, что был похож на мышь, застывшую перед змеей. Таращился на нее, боясь пошевелиться. Чтобы не дать ей повода броситься на себя. Но я, как и мышь, знал, что это только вопрос времени. Рано или поздно она нападет.

Юлия прикрыла глаза и улыбнулась чему-то. Когда она открыла их, ее зрачки снова подсвечивались изнутри, как тонкие черные пятна на фоне луны.

Она протянула мне руку.

— Иди ко мне.

Не в силах ослушаться, я сделал шаг ей навстречу. Потом еще один, и еще. И вот она снова держит меня за руку. И, не отрываясь, смотрит мне в глаза.

— Тихо сегодня.

— Она оглянулась вокруг.

Я начал вертеть головой, пытаясь понять о чем она говорит. Затем ее взгляд снова перехватил мой и приковал к себе.

— Думаю, пора.

От этих слов в моем животе как будто разорвалась бомба. Я упал на колени, тело било мелкой дрожью. Она взяла меня за подбородок и подняла.

Затем Юлия развернула меня спиной к себе и наклонила в сторону мою голову. Шеей я почувствовал ее холодное дыхание на своей коже.

Я почувствовал легкий укол. Странно, подумал я, ведь клыка два. Почему я чувствую боль только в одном месте? Боль! Боль!

— А-а-а-а, больно! — закричал я.

Юлия не отвечала. Прямо под ухом я слышал ее чавканье.

— Прекрати!

Она не отвечала. Мне стало холодно. Очень холодно. Я обхватил ее руки своими, но не смог их сдвинуть с себя. В глазах потемнело. Я чувствовал, что уплываю куда-то. Боль уже почти не чувствовалась. Колени подогнулись, но Юлия держала меня крепко. Я практически висел на ней. Перед глазами поплыли темные пятна. Я поднял взгляд и посмотрел на луну. Она плавала по небу, как будто кто-то светил по стене фонариком. Холодно… Как холодно… и… темно… Я медленно приходил в себя. Первой моей мыслью было, что я жив. Господи, благодарю тебя, я жив. Значит, она не убила меня. Я открыл глаза. И ничего не увидел. Только темноту. Может быть, что-то с глазами, подумал я и попытался их пощупать, но руки уткнулись во что-то твердое. Кое-как протиснув их к себе, я проверил глаза. На ощупь все в полном порядке. Туман в моей голове медленно рассеивался, и я снова смог мыслить здраво. Я заперт. Наверное, здесь просто нет света. Пощупав стенки, я понял, что это дерево. Значит, я в каком-то ящике.

Гроб! Они заперли меня в гробу, думая, что я умер. Вот в чем дело. Оставалось надеяться, что закопали они меня неглубоко. Я попытался надавить на крышку, и она подалась. С треском крышка разломилась. В лицо мне посыпалась земля, и я прикрыл лицо. К моему счастью, земля была сырой и не высыпалась вся, как это могло бы произойти, закопай они меня в песок.

Я расширил яму. Земля под руками подавалась очень мягко. На ощупь я определил, что выкопал достаточное углубление и попытался сесть. Не хватало всего нескольких сантиметров, и я пригнул голову. Я прижал ухо к земле и прислушался. Сквозь толщу я услышал звонкие голоса. Они смеялись. Вот послышался смех, который я узнал. Юлия. Ее звонкий смех выделялся в хоре остальных голосов.

Значит, они не ушли. Они все еще там. Мне надо подождать рассвета, тогда они уйдут, и я смогу вылезти. Воздух! Я совсем забыл про воздух. Я же задохнусь.

Надо его экономить. Я задержал дыхание. Посчитал до тридцати, но никакой боли в груди не ощущалось. Я сидел не дыша и не испытывал никакого дискомфорта. Прошло уже больше двух минут, а я все еще не хотел вдохнуть. Три минуты. Четыре. О, господи… Они сделали это. Я метрв… Теперь я один из них. По моей щеке покатилась слеза. Я так обрадовался, что выжил, но как оказалось, я ошибался. То, что я не умер, еще не означает, что я жив.

Я закрыл глаза. В темноте за моими веками появилась сияющая точка. Она расширялась пока, наконец, не заполнила собой все. Когда я открыл глаза, то видел все как будто днем. Вот красная ткань, которой обит гроб. Вот дерево. Земля. Я мог различить каждую трещинку, каждую неровность на ее поверхности. Рядом с собой я увидел извивающийся хвост земляного червя. Жирный. С таким получиться хорошая рыбалка.

Черт, о чем я думаю? Какая рыбалка? Я мертв. Кажется, я должен был запаниковать, но мне было очень спокойно. Конечно, трупы не нервничают. Я хихикнул и прикрыл рот. Еще не хватало, чтобы они меня услышали.

Машинально я ощупал свой рот. Точно. Клыки. Два острых, загнутых вовнутрь клыка. Как я мог не замечать их раньше?

Я осмотрел себя. На моей одежде лежали комки грязи. На рубашке запеклась кровь. Я попытался оттереть ее, но ничего не получилось. Она уже засохла. Сколько же я тут лежал? Никак не меньше суток.

Похоже, ждать рассвета было бессмысленно. Потому, что я усну вместе с ними, и буду спать до следующего утра.