Едва взявшись рукой за грязные перила, Валерий вмиг протрезвел. Перила были не просто грязны, казалось на них налипли грехи тысячелетий. И с первого взгляда или вернее прикосновения, становилось ясно — в этом подвале не убиралось с самого сотворения мира…
Добавить в моё избранное
16 мин, 42 сек 16151
Он воочию наблюдал во что может превратиться любитель «шары», причем за очень короткий период. Так что лучше к этому делу не привыкать.
Через некоторое время они вновь сидели за стойкой бара и беседовали. Но беседа их продолжалась не долго. Как-то неожиданно интеллигент засобирался, еще раз поблагодарил Валеру и на прощание протянул картонный прямоугольник. Размерами сия бумаженция была не многим более визитной карточки. В первое время именно за визитную карточку и принял Валерий эту картонку. Но позже он убедился что это не так. На картонке, на черном фоне тесненными золотыми буквами было выбито «пропуск», на обратной стороне была напечатана цифра 28 готическим шрифтом. И ничего больше. Какие двери открывает этот пропуск оставалось не ясно. И главное спросить было не у кого. Интеллигент давно уже покинул клуб.
Хорошее настроение Валеры улетучилось, он тихонько потягивал пиво и вертел в руках странный пропуск.
Неожиданно он услышал у себя за спиной.
Нам пора.
Валера поднял глаза и увидел рядом с собой какую-то мрачную личность. Либо отставной палач, либо тип с явно уголовным прошлым. Захотелось ответить что-то дерзкое. Но мрачный тип приветливо улыбнулся и показав Валере точно такой пропуск подмигнул словно старому приятелю. Затем развернулся на каблуках и пошел за еще двумя парнями у которых пальцы из-за толстых колец с трудом сгибались. У золотой молодежи так же в руках были черные пропуски. Валерию стало любопытно. Он понял, что сейчас в одночасье стал членом какого-то закрытого клуба. «Интересно что за программка нас ожидает?». Подумал Валера и пошел следом за всей компанией. В это время на нескольких сценах красивые танцовщицы приступили к исполнению стриптиза. Все посетители безотрывно смотрели на полуголых девиц. Так что никто не обратил внимание как около двух десятков мужчин поднялись со своих мест и проследовали за охранниками в сторону к выходу. Там возле руин парикмахерской стоял здоровенный детина открывал всем двери и отбирал черные пропуска. За дверями за небольшим предбанником находилась винтовая лестница.
Едва взявшись рукой за грязные перила, Валерий вмиг протрезвел. И когда он оказался перед деревянной дверью ему стало совсем не интересно, что ждет его там внутри. Он был абсолютно уверен что ничего хорошего там быть не может. Он уже хотел было развернуться назад, но за ним по спиральной лестнице уже спускались еще посетители. Ими оказались солидный мужчина и немолодая, но вполне привлекательная женщина в строгом костюме. Чтобы не вызывать чьего-либо подозрения, Валерий напустил на себя скучающий вид и прошел за деревянную дверь.
Внутри оказалось нечто вроде миниатюрного зрительного зала, человек примерно на тридцать. Но для каждого зрителя было приготовлено удобное кожаное кресло, рядом с которым стоял небольшой столик с напитками и курительными принадлежностями. Кроме того на столике имелись большие готические цифры. Валерий вспомнил цифру 28 на своем пропуске и подсел к столику с точно такой цифрой. Для себя он решил ничего здесь не пить. Ну во первых пить «нашару» это грех. Во вторых несмотря на шикарный зрительный зал в котором он оказался, какая-то робость, нет не страх, а именно робость, все же не покидала его душу. Что-то не давало ему покоя. Словно заноза.
Валера закурил и вольготно развалился в кресле. Слегка прикрыв глаза он сквозь прикрытые веки рассматривал людей сидящих вокруг. Публика была самая разнообразная, все были поглощены своими мыслями. Некоторые как и Валера курили но благодаря хорошей вытяжке дыма в помещении почти не было. Никто не разговаривал, лишь несколько человек лениво обменивался ничего не значащими фразами. Все были в ожидании предстоящего зрелища.
Не успел Валера докурить сигарету как свет начал меркнуть. И в этот же момент с еле слышным жужжанием на глухую стену впереди стал опускаться безупречно белый экран.
Несколько мгновений на экране мелькали звездочки, зигзаги и точки. Затем послышался легкий щелчок и заиграла музыка. Что-то торжественное из классики. В классической музыке Валера не разбирался совершенно и потому это мог быть и Брамс, и Шостакович, и Бетховен. Для себя Валера решил, что это именно Брамс, причем сюита Љ9. А почему бы и нет, звучит солидно. Валера поджал губы, как истинный ценитель прекрасного и как ему показалось величественно затушил окурок.
На экране началось действо. Пленка была черно-белой но очень качественной. Можно было рассмотреть любые мелкие детали.
Самурай в японской национальной одежде, делал упражнения с мечом. Меч в его руках сверкал словно молния. При каждом предполагаемом ударе самурай что-то выкрикивал, это было слышно несмотря на громкую музыку. Самурай вскинул меч и замер словно статуя. Лица его нельзя было разобрать, так как на нем была полумаска. Но глядя на его гордую позу Валера решил, что тот чуть ли не лопается от собственной значимости.
Через некоторое время они вновь сидели за стойкой бара и беседовали. Но беседа их продолжалась не долго. Как-то неожиданно интеллигент засобирался, еще раз поблагодарил Валеру и на прощание протянул картонный прямоугольник. Размерами сия бумаженция была не многим более визитной карточки. В первое время именно за визитную карточку и принял Валерий эту картонку. Но позже он убедился что это не так. На картонке, на черном фоне тесненными золотыми буквами было выбито «пропуск», на обратной стороне была напечатана цифра 28 готическим шрифтом. И ничего больше. Какие двери открывает этот пропуск оставалось не ясно. И главное спросить было не у кого. Интеллигент давно уже покинул клуб.
Хорошее настроение Валеры улетучилось, он тихонько потягивал пиво и вертел в руках странный пропуск.
Неожиданно он услышал у себя за спиной.
Нам пора.
Валера поднял глаза и увидел рядом с собой какую-то мрачную личность. Либо отставной палач, либо тип с явно уголовным прошлым. Захотелось ответить что-то дерзкое. Но мрачный тип приветливо улыбнулся и показав Валере точно такой пропуск подмигнул словно старому приятелю. Затем развернулся на каблуках и пошел за еще двумя парнями у которых пальцы из-за толстых колец с трудом сгибались. У золотой молодежи так же в руках были черные пропуски. Валерию стало любопытно. Он понял, что сейчас в одночасье стал членом какого-то закрытого клуба. «Интересно что за программка нас ожидает?». Подумал Валера и пошел следом за всей компанией. В это время на нескольких сценах красивые танцовщицы приступили к исполнению стриптиза. Все посетители безотрывно смотрели на полуголых девиц. Так что никто не обратил внимание как около двух десятков мужчин поднялись со своих мест и проследовали за охранниками в сторону к выходу. Там возле руин парикмахерской стоял здоровенный детина открывал всем двери и отбирал черные пропуска. За дверями за небольшим предбанником находилась винтовая лестница.
Едва взявшись рукой за грязные перила, Валерий вмиг протрезвел. И когда он оказался перед деревянной дверью ему стало совсем не интересно, что ждет его там внутри. Он был абсолютно уверен что ничего хорошего там быть не может. Он уже хотел было развернуться назад, но за ним по спиральной лестнице уже спускались еще посетители. Ими оказались солидный мужчина и немолодая, но вполне привлекательная женщина в строгом костюме. Чтобы не вызывать чьего-либо подозрения, Валерий напустил на себя скучающий вид и прошел за деревянную дверь.
Внутри оказалось нечто вроде миниатюрного зрительного зала, человек примерно на тридцать. Но для каждого зрителя было приготовлено удобное кожаное кресло, рядом с которым стоял небольшой столик с напитками и курительными принадлежностями. Кроме того на столике имелись большие готические цифры. Валерий вспомнил цифру 28 на своем пропуске и подсел к столику с точно такой цифрой. Для себя он решил ничего здесь не пить. Ну во первых пить «нашару» это грех. Во вторых несмотря на шикарный зрительный зал в котором он оказался, какая-то робость, нет не страх, а именно робость, все же не покидала его душу. Что-то не давало ему покоя. Словно заноза.
Валера закурил и вольготно развалился в кресле. Слегка прикрыв глаза он сквозь прикрытые веки рассматривал людей сидящих вокруг. Публика была самая разнообразная, все были поглощены своими мыслями. Некоторые как и Валера курили но благодаря хорошей вытяжке дыма в помещении почти не было. Никто не разговаривал, лишь несколько человек лениво обменивался ничего не значащими фразами. Все были в ожидании предстоящего зрелища.
Не успел Валера докурить сигарету как свет начал меркнуть. И в этот же момент с еле слышным жужжанием на глухую стену впереди стал опускаться безупречно белый экран.
Несколько мгновений на экране мелькали звездочки, зигзаги и точки. Затем послышался легкий щелчок и заиграла музыка. Что-то торжественное из классики. В классической музыке Валера не разбирался совершенно и потому это мог быть и Брамс, и Шостакович, и Бетховен. Для себя Валера решил, что это именно Брамс, причем сюита Љ9. А почему бы и нет, звучит солидно. Валера поджал губы, как истинный ценитель прекрасного и как ему показалось величественно затушил окурок.
На экране началось действо. Пленка была черно-белой но очень качественной. Можно было рассмотреть любые мелкие детали.
Самурай в японской национальной одежде, делал упражнения с мечом. Меч в его руках сверкал словно молния. При каждом предполагаемом ударе самурай что-то выкрикивал, это было слышно несмотря на громкую музыку. Самурай вскинул меч и замер словно статуя. Лица его нельзя было разобрать, так как на нем была полумаска. Но глядя на его гордую позу Валера решил, что тот чуть ли не лопается от собственной значимости.
Страница 3 из 5
