Над пропастью

Кто я?

Впереди забрезжил неясный свет. Он расплывался перед глазами, сливаясь красками с тьмой вокруг. Голоса, приносимые ветром, стали громче. Звуки кружили вокруг меня, оглушая и пугая одновременно. Свечение вдалеке стало ближе, в нем начали угадываться неясные контуры… фигур? Контуры складывались в силуэты. Ослепительно белое марево света вдруг рванулось прямо к моему лицу.

— Все мертвы.

Кто это сказал?

Голоса приблизились вплотную. Вопли их были неразличимы, но они оглушали. Становились громкими до ультразвука. Я попытался закрыть уши ладонями.

Стойте.

Лицо? Я слепо протянул руки к глазам, в надежде почувствовать… Пальцы прошли сквозь воображаемые глаза как нож сквозь масло.

Что за?

Ужас стремительными волнами начал захлестывать мое сознание, как вдруг тьма слитая со светом в одно целое бросилась ко мне, сознание вспыхнуло тысячью огней.

— Просыпайся, Стив. Время пришло.

1 глава — Стив! Дружок, просыпайся. Мы приехали, — ласково пропел над ухом голос Брианны, моей жены. Самого дорогого для меня человека.

— Хорошо, дорогая, — нехотя приоткрыл глаза я.

— Уже приехали?

Красивые, глубокие глаза моей жены взглянули на меня:

— Да, милый. Осмотрись вокруг.

Я выглянул через запотевшее окно автобуса, на котором мы приехали к нашему новому дому. Вдоль улицы тянулся ряд старых покосившихся от времени и отсутствия жильцов домов. Сквозь разрушенную черепицу стекала дождевая вода. Окна, разбитые и наглухо заколоченные прогнившими досками. Дожди здесь шли часто. Свинцово-серое небо, затянутое серыми тучами, не пропускало солнечного света, поэтому на улицах царила бесцветная серость.

Я вздохнул. Уныние уже накатывало на сознание, затягивало его в тугой узел депрессии и апатии… Меня зовут Стив. Стив Хант. Я родился и вырос в Нью-Йорке, где в двадцать три года стал журналистом. Работа мне нравилась, статьи писались легко. Похвалы от редактора. Большая зарплата. Большая квартира в центре. Молодая жена. Счастливый брак.

Все рухнуло за один год. Это произошло мрачным вечером четверга. Я ехал с работы на машине, слушал любимую музыку. Как вдруг впереди, в черноте дороги вспыхнули два огня. Я не успел повернуть.

Удар, грохот, тьма, окутавшая сознание, погасившее его как огонек свечи.

Я очнулся в больнице, состояние было не из лучших, но я еще легко отделался, сказал я тогда себе. Перелом руки, нескольких ребер. Все будто бы обошлось.

Худшее было впереди. Меня начали мучит кошмары и головные боли. Ночью я боялся заснуть, страшась того, что увижу во сне.

Но сильнее всего травма сказалась на моем таланте. Статьи не шли и не писались. Те жалкие подобия моих прошлых материалов, не шли с ними ни в какое сравнение. Моя слава и авторитет позволили продержаться еще полгода. Потом меня уволили. Точнее я сам ушел. Не хотел продлевать эту муку. Меня отговаривали и начальник, и коллеги. Но смысла продолжать занимать чужое место я не видел Во всем этом кошмаре наяву я смог выжить только благодаря Брианне и ее заботе. Мои мать с отцом погибли в автокатастрофе, когда мне было двадцать два. От полной депрессии меня спасла только работа. Я писал и в каждой строке топил частичку своего горя, одновременно заполняя каждой написанной строчкой пустоту, оставшуюся в душе после гибели родителей.

Но теперь я лишился и этого. Работа за работой. Город за городом. Свою квартиру я продал, что бы были деньги для обустройства в другом городе. Но нигде не получалось укрепиться и начать работать.

Больше всего я благодарен Брианне, за то, что она терпела все это и оставалась со мной несмотря ни на что. Без нее… Я не знаю… Я бы просто сгорел в огне несчастий и краха всей моей жизни.

Кошмары не проходили. Я постоянно просыпался посреди ночи, сидел на кровати с мокрой от холодного пота спиной и дико колотившимся сердцем. Сами кошмары я не помнил. При попытке вспомнить ночные ужасы начинала адски болеть голова, и я бросал попытки.

Странным было то, что врачи не обнаружили никаких признаков травмы мозга. Я был здоров, но боли и кошмары продолжали терзать меня. Они сказали, что дело просто в пережитом во время аварии ужасе. Время и отсутствие источников стресса вылечат вас, говорили они. Но в сейчас в моей жизни стрессы стали неотъемлемой ее частью. О выздоровлении не могло идти и речи.

В этом городке находился мой последний шанс. Издательство местного журнала согласилось взять меня на работу, но скорее всего только из-за моих прошлых заслуг.

Я приехал сюда этим дождливым утром. От одного вида города пробирал внутренний озноб, но что мне оставалась?

Человеку без будущего.

2 глава Хозяин гостинцы «Риттерхелл», в которую я заселился с Брианной, оказался старым ворчливым старцем с копной седых волос и жутковатым взглядом.