Дружба

Она, как когда-то, въерошила его волосы. Он подал ей запасной шлем. Взревел мощный мотор, и мотоцикл с двумя седоками, рванул по 5-й Советской, к выезду из города… Дорога заняла часа четыре. Стальной конь унес их из кольца улиц, потом из кольца дач и котеджных поселков. Шоссе сменила гравийка, потом пошли проселочные дороги, потом протоптанные туристами и грибниками тропы. Место нашли раскошное. Небольшая полянка, среди сосняка, солнечная, на горке, с ветерком. Только ручейка не хватает для полного комфорта, но вода у них была с собой.

— С чего начнем культурный отдых?

— Я сейчас по быстрому палатку поставлю и шашлыков пожарю.

— Пашка отвязал от мотоцикла ту сумку в которой был переносной мангал и потянул за молнию.

— Отлично, я тогда на солнышке понежусь, давно не была.

Ничуть не стесняясь старого друга, Ленка потащила вверх потную майку. А то он ее голой не видел. И видел, и имел во всех позициях.

— Одеяло дай.

В общем лагерь Пашка разбивал, имея посередине полянки подругу лежащую на спине в чем мать родила, и раскинувшую в сторону руки и ноги. Надо сказать, картинка эта сильна сбивала его с рабочего настроя. Ему всегда нравились ее ноги. Ленка и раньше была женщина не толстая, но сейчас смахивала на жертву анарексии. Впалый живот и выпирающие ребра, Пашка даже на секунду представил, что она ломается в его объятьях как спичка. Хорошо еще, что грудь никуда не делась, а даже на взгляд стала на размерчик больше.

— Тебя что, не кормят, или манекенщицей подрабатываешь?

— Бляду фигуру.

А волосы на лобке у нее были подстрижены в форме бабочки, а не креста, как он думал. Ленка некоторое время с ехидством наблюдала за ним, потом потянулась и позвала.

— Иди сюда, давай отдери меня разок, а то извелся весь.

— А твой шеф, — Пашка с улыбкой ткнул пальцем в небо, — не возражает против физкультуры на свежем воздухе?

— Да мне сегодня пофиг. Презик можешь не надевать.

Мужчина не заставил себя упрашивать. И вскоре Ленка стонала и вскрикивала, она всегда заводилась с полоборота. А сейчас, Пашка это чувствовал, она была еще и голодная до траха. Видимо, давно под мужиком не была. Оказалось, он прерасно помнит ее тело, все его чувствительные точки. Поэтому легко довел подругу до оргазма и потом кончил сам.

Потом они накатили по банке пива и дело обустройства лагеря у Пашки пошли на лад. И минут через сорок по полянке поплыл соблазнительный запах жарящегося мяса.

Ленка на цыпочках подошла сзади, встрепала волосы, обняла, постояла прижавшись. Потом расстегнула ширинку на джинсах и запустила пальчики в плавки.

— Давай Окорок, шевелись, жрать хочется. А то я тут себе найду колбаску, — с шутливой угрозой заявила Ленка. И ведь нашла же, зараза. Пашка выдержал две минуты такого издевательства, потом застонал, обхватил голову подруги двумя руками и притянул к себе. Шашлыки получились пригоревшими с одного края, но это их не портило. Мужчина и женщина утолили первый голод, голод взаимного влечения, и теперь утоляли голод обычный.

— За что выпьем?

— Давай за дружбу.

Ели, пили, болтали, рассказывали приколы и анекдоты. Ленка часто и громко смеялась. Потом отдыхали, валялись под жарким майским солнцем. Ленка курила, а Пашка даже немного вздремнул. Открыл глаза и долго смотрел в высокое небо без облаков. Потом, Ленка, сука, обломала весь кайф от отдыха. Женщина прильнула к нему и положила голову на плечо.

— Знаешь Пашенька, не знаю как начать… — Давай на русском.

— В общем, у меня рак, неоперабельный.

— Хуево, — мужчина нахмурился, но не дернулся и не отстранился, как она опасалась.

— И что, никаких вариантов? Деньги проблему не решают?

— Неа. Помочь может только ампутация головы.

— Ленка грустно улыбнулась.

— И сколько?

— Месяц, может меньше.

— Значит подруга просто решила оторваться?

— Не просто, Пашенька, не просто. Просто-то я уже две последние недели отрываюсь. А от тебя мне нужна одна услуга, по старой дружбе.

— Ну.

— Да блин, не запрягай. Кончить меня надо, причем желательно быстро и безболезнено.

— Ленка, ты охуела.

— Да мне Пашка таблетки нахрен уже не помогают, самые сильные, горстями обезбаливающее жру. Ты, кабан, даже представить себе не можешь насколько мне херово. Я бы давно в петлю слазила, только мой шеф, как ты знаешь, этого сильно не одобряет, сука.

— А убийство значит одобряет?

— Тебе же похуй. Не юли Пашенька. Да или нет?

— Да.

— Ура, — Ленка радостно завизжала, — сейчас водочки достану и за тебя выпью. Всегда знала, что на тебя можно положиться.

— Сучка ты, Ленка.

— Змея я, если ты забыл. Подколодная. А куда деваться? Ты извини, но больше мне обратится с этим было не к кому.