Блуждающие огни

Я чувствовал затхлый запах той самой стоячей воды. Я слышал то там, то здесь легкие всплески. Я вернулся в то место. Теперь я был в этом уверен.

Тем временем становилось все темнее и заметно прохладнее. Появился туман, повис клочками над водой, сгущаясь над островками осоки. Над головой надсадно гудела лесная мошкара, лезла в глаза, в уши. Я отмахивался, как мог. А Елисей уверенно шел по узкой едва заметной тропке вдоль берега, и, казалось, насекомые его совсем не беспокоят.

Лис, тут же глухомань дремучая. Кто же здесь тропинку протоптал? Местные?

Елисей, не останавливаясь, обернулся ко мне и ответил с легким раздражением:

Охотники да рыбаки протоптали. Много их тут шляется… Что, такие уж рыбные места? В этой-то болотине?

Елисей не успел ответить, как рядом раздался звонкий шлепок о воду, и несколько мелких прохладных брызг даже попали мне на ноги.

Еще какие рыбные, — недовольно подтвердил Елисей. Он остановился на пару секунд, вгляделся в то место, откуда раздался шлепок. Судя по звуку, рыбина должна была быть здоровая. Но сквозь туман не видно было даже кругов на воде.

Стемнело очень быстро, но Елисея это не смущало. Почти вслепую он уверенно шел по едва заметной тропке.

По моим ощущениям, вдоль реки мы прошли уже пару километров, когда неподалеку послышались голоса, и потянуло дымком. На пятачке у самой воды догорал костер. Рядом на примятой траве стоял уже снятый с огня парящий котелок размером с добрую кадку. А вокруг котла сидели трое мужчин, и было им, судя по всему, совсем хорошо. Ушица, закуска и начатая бутылка водки дожидались своего близкого финала.

Я думал, что Елисей просто пройдет мимо развеселой компании, но он почему-то вдруг свернул к костру.

Вечер добрый, — проговорил он, останавливаясь.

Здорово, молодежь! — охотно отозвался один из рыбаков, пожилой мужчина в камуфляжном костюме.

Как улов? — поинтересовался Елисей.

Не жалуемся, — буркнул второй рыбак, помоложе.

Никак сетью ловите? — осведомился Елисей.

А ты кто, рыбнадзор? — недовольно уточнил молодой.

Нет, просто мы тут выкупаться собрались. А раз вы тут расположились, значит, и сеть поблизости. Неохота в нее попасть ненароком… А ты вон тех кустиков сторонись, — молодой рыбак махнул рукой в сторону прибрежного ивняка.

Елисей сбросил рюкзак, повернулся ко мне и сказал вполголоса:

— Кир, я все-таки окунусь немного. Подождешь?

А ты что задумал-то?

Просто подожди меня, и все, — строго повторил Елисей.

— Понял?

Не дожидаясь моего ответа, Елисей принялся раздеваться. Бросив футболку и шорты на рюкзак, он скинул кроссовки и, обойдя сидящих вокруг костра рыбаков, почти бесшумно скользнул в воду.

Я присел на траву. В принципе я ничего не имел против этой компании, но все же я предпочел бы, чтобы Елисей поискал себе другое место для купания.

Эк хлопец-то разжарел, — усмехнулся третий рыбак, который до сих пор сосредоточенно уминал похлебку.

— Сейчас его, дурака, тут быстро бродники захапают… Сплюнь, Митрич… — лениво отмахнулся молодой.

Ты, Витек, плюй — не плюй, а я бы в этих местах в воду не лез! — запальчиво возразил Митрич.

— Кто этих стервоз болотных знает… Не их тут место, — буркнул Витек.

— Пусть в трясине своей сидят.

Будут у тебя бродники совета спрашивать. Они тут хозяева.

Да ну, хватит тебе, Митрич, сказки рассказывать. Наливай вот лучше, — предложил тот, что был в камуфляже.

— А то прямо как в пионерлагере страшилки травишь… Мужики в ответ охотно загремели стаканами, затем неугомонный Митрич горячо продолжил:

Ты, Петрович, человек городской, а значит что?

Что? — вторил ему Петрович.

Легкомысленный ты, значит… К этим странным местам не приспособлен. Кто неправильно себя в этом лесу поведет, домой не воротится… Я здесь всю жизнь живу. И дед мой лесником на этом участке был, и отец… Да я каждое дерево знаю, каждую кочку. И чего тут опасаться надо тоже знаю, — Митрич прервался, звучно булькая, опустошил стакан и продолжил.

— Можешь, конечно, мне и не верить. Но сколько вас таких недоверчивых на этой речке сгинуло… Так пить с умом надо было, — усмехнулся Петрович.

Да некоторые и выпить-то не успевают… Вот помню, было дело давненько уже. Тоже, кстати, в июле, и жара такая же стояла. Приехало сюда на выходные целое семейство. Мужик городской, из образованных, с женой и с двумя детьми… Машину свою попросили ко мне на двор поставить, да с рюкзаками сюда и пошли.

Ну и? — недоверчиво уточнил Петрович.

Ну и сгинули все. И ведь ни удочек, ни ружей я у них не приметил. А видно все же досадили чем-то речным хозяевам, ну те их и порешили.

Как это «порешили»? Каким же способом?

А ты смейся, смейся, — буркнул Митрич.