Она осторожно ступала по льду. Ощущала его убийственное непостоянство. Высокие каблуки красных сапожек скользили по нему, как две маленьких яхты по волнующемуся морю. Холодный, никого не щадящий лед пытался подвернуть ей ноги, а саму ее столкнуть в пасть смерти. Он таял. Гуляя по нему, она все больше понимала, что внутри ее сердца точно такой же лед, готовый убить.
Добавить в моё избранное
16 мин, 42 сек 3641
Мокрые от слез щеки обжигал холодом ветер. Наконец, она ответила:
— Страх и боль хорошие чувства. Если ты их чувствуешь, значит, ты еще живешь.
Наступила странная пауза. Парень улыбнулся, а потом произнес:
— Нет. Страх и боль плохие чувства. Если ты их чувствуешь, значит, ты скоро умрешь.
Она зарыдала в полный голос, а грудь задрожала от дикого плача.
Он прижал ее к себе и прошептал: «Не плачь». Но из-за того, что он ее обнимал, горло надрывалось еще сильнее. Она надеялась, что сосульки все-таки упадут на них… Хотя этот выход уже не казался легким. Ее губ коснулся жаркий поцелуй. Она ответила, хоть и понимала, что целует врага. Она боялась, что он заподозрит что-то неладное. Что может сделать слабая девушка? Убить его? Точно нет. Бежать? Он знает, где она живет. Идти в милицию?
… После всего того, что прочитала она в его дневнике, она немедленно позвонила в милицию и оставила анонимный донос. Милиция пришла через полчаса. Они ворвались в квартиру, вбежали в ванную комнату и наставили пистолеты на паренька. Он поднял руки, испачканные в стиральном порошке и крови. Она смотрела на его озадаченное лицо. Она была напугана. Лишь бы он не подумал, что сейчас именно его она больше всего боялась!
Придя домой, она решила забыть все это, как страшный сон. Начать жизнь с чистого листа. Перевернуть страницу. Но через пару часов случилось то, чего она просто не могла ожидать. На домашний телефон позвонил ее любимый и сказал радостным голосом:
— Привет. А я только что из милиции. Они думали, что я маньяк. Представляешь? Этим ментам лишь бы дел побольше закрыть! Им плевать, что в тюрьму сядет невиновный. Меня спасло только то, что мой отец прокурор. Если бы он не приехал сразу же и не поставил их на место, меня надолго бы упекли в тюрьму. Но все позади. Может, погуляем по городу?
Они вышли на улицу. Зная, что если она покажет свой страх, то он поймет: это она на него донесла. Поэтому сделала так, как он просил. Ей было невыносимо страшно.
Перед тем звонком в милицию она прочитала в его дневнике страшный и кровавый бред. По телевизору сказали, что ее светловолосой однокурснице перерезали ночью горло. То же самое, и даже еще больше, она вычитала в файле с именем «Д». Ее парень описал каждую подробность, ни одной из которых ей не хотелось знать. Описал свои мысли во время убийства и даже анатомические подробности изнасилования. Теперь она знала обо всем, отныне и навсегда погрузившись в мир вселенского кошмара.
Кто знает, что он сделает, если догадается? Ему известен ее адрес. Его ничто не может остановить. Милиция ему не страшна. Разве что чудо, несчастный случай. Она решила это устроить.
Да, она тоже может погибнуть. Но жизнь ее и так уже висит на волоске, чего терять? Последний шанс поджидал ее на заледеневших улицах. На предательском льду под ударами тающих сосулек. Эта весна — последняя ее надежда.
Однако чуда не произошло.
… Они вошли в его квартиру. Кроме них, конечно же, никого не было дома. Она боялась издать малейший звук, потому что через миг может оказаться на том свете. Он снял с нее куртку. Появилось неприятное чувство незащищенности. Она посмотрела в его глаза, и ей вдруг вспомнилось, как милиция приходила сюда. Он обнял ее. Она хотела его оттолкнуть. Но вздрогнула, когда губ коснулся его поцелуй. Ей было противно. Но ей казалось, что покажи она свой страх, он поймет, кто его предал, и тогда… Поэтому она сама поцеловала его в ответ. Он провел ее на кухню и угостил чаем. После этого, сидя на кровати, он обнял ее и спросил:
— Как ты отнесешься к тому, чтобы заняться… — и демонстративно замолчал, внимательно изучая ее реакцию.
— Да, да, вполне, — ответила она. А когда поняла, на что согласилось, было уже поздно. Может быть, он до сих пор ничего не подозревает? Она взглянула в его глаза, беззвучно моля о помощи. Она хотела вырваться и убежать, но тогда он все поймет… Когда кожи коснулись ледяные пальцы, она задрожала. Он стянул с нее блузку и положил руки на защелку лифчика. Она надеялась лишь на то, что это, возможно, спасет ее жизнь… Это случилось. Она испытала столько чувств, что казалось, сойдет с ума. Страх, возбуждение, боль, нежность. Это был ее первый опыт. Парень улыбался. Он стал очень близок к ее сердцу, потому что касался ее внутренностей. Она позволила ему сделать это. «Как же я была глупа! — подумала она.»
— Я сама отдала ему свое тело! Теперь он может сделать со мной все, что захочет! Лучше бы я убежала. Лучше бы я постаралась его убить«… Это был словно болезненный сон. Неожиданно он сдавил ей горло, и тупая боль парализовала другие чувства. Его ладони, как тиски, душили ее. Голова, казалось, могла взорваться из-за давления. В ушах громко отстукивал пульс. Мрак окутывал ее со всех сторон. Это был страх, и он был все более осязаем. То, чего она боялась, наконец, произошло. Она умирает.»
Все эти глупые попытки спастись, эта нелепая надежда на чудо!
— Страх и боль хорошие чувства. Если ты их чувствуешь, значит, ты еще живешь.
Наступила странная пауза. Парень улыбнулся, а потом произнес:
— Нет. Страх и боль плохие чувства. Если ты их чувствуешь, значит, ты скоро умрешь.
Она зарыдала в полный голос, а грудь задрожала от дикого плача.
Он прижал ее к себе и прошептал: «Не плачь». Но из-за того, что он ее обнимал, горло надрывалось еще сильнее. Она надеялась, что сосульки все-таки упадут на них… Хотя этот выход уже не казался легким. Ее губ коснулся жаркий поцелуй. Она ответила, хоть и понимала, что целует врага. Она боялась, что он заподозрит что-то неладное. Что может сделать слабая девушка? Убить его? Точно нет. Бежать? Он знает, где она живет. Идти в милицию?
… После всего того, что прочитала она в его дневнике, она немедленно позвонила в милицию и оставила анонимный донос. Милиция пришла через полчаса. Они ворвались в квартиру, вбежали в ванную комнату и наставили пистолеты на паренька. Он поднял руки, испачканные в стиральном порошке и крови. Она смотрела на его озадаченное лицо. Она была напугана. Лишь бы он не подумал, что сейчас именно его она больше всего боялась!
Придя домой, она решила забыть все это, как страшный сон. Начать жизнь с чистого листа. Перевернуть страницу. Но через пару часов случилось то, чего она просто не могла ожидать. На домашний телефон позвонил ее любимый и сказал радостным голосом:
— Привет. А я только что из милиции. Они думали, что я маньяк. Представляешь? Этим ментам лишь бы дел побольше закрыть! Им плевать, что в тюрьму сядет невиновный. Меня спасло только то, что мой отец прокурор. Если бы он не приехал сразу же и не поставил их на место, меня надолго бы упекли в тюрьму. Но все позади. Может, погуляем по городу?
Они вышли на улицу. Зная, что если она покажет свой страх, то он поймет: это она на него донесла. Поэтому сделала так, как он просил. Ей было невыносимо страшно.
Перед тем звонком в милицию она прочитала в его дневнике страшный и кровавый бред. По телевизору сказали, что ее светловолосой однокурснице перерезали ночью горло. То же самое, и даже еще больше, она вычитала в файле с именем «Д». Ее парень описал каждую подробность, ни одной из которых ей не хотелось знать. Описал свои мысли во время убийства и даже анатомические подробности изнасилования. Теперь она знала обо всем, отныне и навсегда погрузившись в мир вселенского кошмара.
Кто знает, что он сделает, если догадается? Ему известен ее адрес. Его ничто не может остановить. Милиция ему не страшна. Разве что чудо, несчастный случай. Она решила это устроить.
Да, она тоже может погибнуть. Но жизнь ее и так уже висит на волоске, чего терять? Последний шанс поджидал ее на заледеневших улицах. На предательском льду под ударами тающих сосулек. Эта весна — последняя ее надежда.
Однако чуда не произошло.
… Они вошли в его квартиру. Кроме них, конечно же, никого не было дома. Она боялась издать малейший звук, потому что через миг может оказаться на том свете. Он снял с нее куртку. Появилось неприятное чувство незащищенности. Она посмотрела в его глаза, и ей вдруг вспомнилось, как милиция приходила сюда. Он обнял ее. Она хотела его оттолкнуть. Но вздрогнула, когда губ коснулся его поцелуй. Ей было противно. Но ей казалось, что покажи она свой страх, он поймет, кто его предал, и тогда… Поэтому она сама поцеловала его в ответ. Он провел ее на кухню и угостил чаем. После этого, сидя на кровати, он обнял ее и спросил:
— Как ты отнесешься к тому, чтобы заняться… — и демонстративно замолчал, внимательно изучая ее реакцию.
— Да, да, вполне, — ответила она. А когда поняла, на что согласилось, было уже поздно. Может быть, он до сих пор ничего не подозревает? Она взглянула в его глаза, беззвучно моля о помощи. Она хотела вырваться и убежать, но тогда он все поймет… Когда кожи коснулись ледяные пальцы, она задрожала. Он стянул с нее блузку и положил руки на защелку лифчика. Она надеялась лишь на то, что это, возможно, спасет ее жизнь… Это случилось. Она испытала столько чувств, что казалось, сойдет с ума. Страх, возбуждение, боль, нежность. Это был ее первый опыт. Парень улыбался. Он стал очень близок к ее сердцу, потому что касался ее внутренностей. Она позволила ему сделать это. «Как же я была глупа! — подумала она.»
— Я сама отдала ему свое тело! Теперь он может сделать со мной все, что захочет! Лучше бы я убежала. Лучше бы я постаралась его убить«… Это был словно болезненный сон. Неожиданно он сдавил ей горло, и тупая боль парализовала другие чувства. Его ладони, как тиски, душили ее. Голова, казалось, могла взорваться из-за давления. В ушах громко отстукивал пульс. Мрак окутывал ее со всех сторон. Это был страх, и он был все более осязаем. То, чего она боялась, наконец, произошло. Она умирает.»
Все эти глупые попытки спастись, эта нелепая надежда на чудо!
Страница 4 из 5
