Мой путь проложен по крышам вечного города. Я бегу, прыгаю, подтягиваюсь и балансирую на каменных карнизах. Только бы успеть… Ради Илси. Я должна найти и спасти Илси.
Добавить в моё избранное
15 мин, 37 сек 12092
Грех предательства смердит сильнее грехов плоти.
Всего один мощный прыжок — и я цепляюсь за каменный карниз, нависающий над входом в «Утеху». Подтягиваюсь, выпрямляюсь. Рядом проходит ржавая труба водостока, по которой я и поднимаюсь наверх.
Вот и нужное окно. Его проём затянут прозрачной плёнкой бычьего пузыря, через которую мне видно всё, что происходит внутри. В комнате двое: Крыса и девушка. Она развлекаются, ищут утешение друг в дружке.
Та шлюха, что извивается под чреслами Крысы, она весьма красива. Молоденькая, рыжеволосая, худенькая. Когда-то и я была такой же… В юности меня тоже хотели продать в бордель. И если бы не мой бешеный нрав, это я сейчас могла бы лежать на месте рыжей красотки и точно также стонать. Но я проявила себя непокорной рабыней. Хозяин отдал приказ насиловать меня, пока я не стану шелковой, но всё кончилось тем, что один из моих мучителей остался без яиц, а взбешенный хозяин продал меня за бесценок в Бойцовую яму.
Именно там, на арене, меня и заприметил достопочтенный лорд Тэйрн, будущий дедушка маленькой Илси. И хотя сама Илси в то время ещё обитала в животике у его младшей дочери, Тэйрн уже присматривал телохранительницу для неё.
Тэйрн выкупил меня из рабства, а когда привёл меня домой — даровал свободу. Старый лорд был мудрым человеком и прекрасно знал, что самые верные собаки в мире — дворняги. Бездомные, злые, голодные и всеми пинаемые, дворняги прекрасно знают цену человеческой доброте. Знала её и я. И если дворняга наконец-то находит свой дом — она будет защищать его до конца, до самой смерти. А в моём случае — даже после смерти.
Жуткий крик возвращает меня в Скипхол — это вопит рыжая шлюха, увидевшая моё искаженное, мертвое лицо за окном. А вот Крыса кричать не стал — он лишь сбросил с себя обезумевшую от страха девушку, подтянул портки и кинулся за кортиком.
Длинными когтями я вспарываю тонкую плёнку бычьего пузыря и вваливаюсь в комнату. Вместе со мной внутрь входит и чёрный песок, беснующийся в холодном воздухе Скипхола. Крыса сжимает короткий кортик двумя руками — держит его неловко, словно баба. Даже через всю комнату я слышу с каким бешеным стуком колотится гнилое сердце предателя.
Шлюха молчит — она потеряла сознание от ужаса. А вот Крыса отваживается на вопрос:
— Что ты такое?! — визжит бывший учитель пения.
— Отвечай, тварь!
В ответ я лишь улыбаюсь… и от этого зрелища Крыса тут же мочится в штаны.
Внезапно какой-то посторонний шум искажает звуковую картину мира. Шаги! Быстрые шаги бордельной стражи. Встреча с ними в мои планы не входит.
Я бросаюсь на Крысу, словно оголодавшая акула. Ударом когтистой лапы выбиваю оружие из рук врага, и его кортик падает на пол вместе с каплями крови и кусочками перерубленных пальцев. Потом я хватаю Крысу за грудки и вышвыриваю его из окна. Я знаю, что он не умрёт. Высота небольшая, и этот жирный мешок мяса наверняка выживет. Лишь только станет разговорчивее.
Сама я ухожу тем же путём — всего за мгновенье до того, как в комнату влетают два дюжих стражника.
Я оттаскиваю поломанное тело предателя к воняющему мертвечиной колодцу и только там разрешаю Крысе кричать.
— Илси, — шепчу я ему на ушко.
— Где она?
Толстяк хнычет, прижимая к груди сломанную руку:
— Не знаааю!
Я хватаю Крысу за ухо и резким движением отрываю его — словно листик с дерева сорвала. Даже звук похож.
— Где Илси? — повторяю я свой вопрос, вставляя его в паузу между криками.
— Они мне не сказааали! — визжит Крыса.
— Меня застааавили!
— Кто?
— Предвестники!
Я ждала этого ответа, боялась его.
Предвестники… Они появились в Скипхоле перед тем, как всё начало разваливаться. Эти религиозные фанатики утверждали, будто знают, как предотвратить последние дни… И для этой цели им зачем-то понадобилась полукровка по имени Илси.
Дурачьё… Предвестники хотят спасти человечество, но не знают, что попытки тщетны.
Все умрут, никто не выживет.
Все, кроме Илси. Только её можно спасти.
И пусть небо рухнет на землю и раздавит прогнивший Скипхол со всеми его борделями, бойцовыми ямами, рабами и предателями! Пусть все помрут в муках. Но Илси, моя маленькая Илси, будет жить.
— Где мне найти предвестников? — спрашиваю я Крысу.
В следующие несколько минут он рассказывает мне всё. Рассказывает про старый дом, спрятанный в трущобах Скипхола, и про лабиринт подземных ходов, лежащих под ним. Про тайный храм забытых богов, где свершаются жертвоприношения. Про то зловещее место, куда забрали Илси.
Я слушаю молча. А когда Крыса затыкается — усмехаюсь. Мёртвое лицо, натянутое на мой череп, усмехается тоже. В следующую секунду я хватаю предателя за шею и швыряю его в колодец.
Свой последний ноктюрн ты споёшь мухам, скотина.
Всего один мощный прыжок — и я цепляюсь за каменный карниз, нависающий над входом в «Утеху». Подтягиваюсь, выпрямляюсь. Рядом проходит ржавая труба водостока, по которой я и поднимаюсь наверх.
Вот и нужное окно. Его проём затянут прозрачной плёнкой бычьего пузыря, через которую мне видно всё, что происходит внутри. В комнате двое: Крыса и девушка. Она развлекаются, ищут утешение друг в дружке.
Та шлюха, что извивается под чреслами Крысы, она весьма красива. Молоденькая, рыжеволосая, худенькая. Когда-то и я была такой же… В юности меня тоже хотели продать в бордель. И если бы не мой бешеный нрав, это я сейчас могла бы лежать на месте рыжей красотки и точно также стонать. Но я проявила себя непокорной рабыней. Хозяин отдал приказ насиловать меня, пока я не стану шелковой, но всё кончилось тем, что один из моих мучителей остался без яиц, а взбешенный хозяин продал меня за бесценок в Бойцовую яму.
Именно там, на арене, меня и заприметил достопочтенный лорд Тэйрн, будущий дедушка маленькой Илси. И хотя сама Илси в то время ещё обитала в животике у его младшей дочери, Тэйрн уже присматривал телохранительницу для неё.
Тэйрн выкупил меня из рабства, а когда привёл меня домой — даровал свободу. Старый лорд был мудрым человеком и прекрасно знал, что самые верные собаки в мире — дворняги. Бездомные, злые, голодные и всеми пинаемые, дворняги прекрасно знают цену человеческой доброте. Знала её и я. И если дворняга наконец-то находит свой дом — она будет защищать его до конца, до самой смерти. А в моём случае — даже после смерти.
Жуткий крик возвращает меня в Скипхол — это вопит рыжая шлюха, увидевшая моё искаженное, мертвое лицо за окном. А вот Крыса кричать не стал — он лишь сбросил с себя обезумевшую от страха девушку, подтянул портки и кинулся за кортиком.
Длинными когтями я вспарываю тонкую плёнку бычьего пузыря и вваливаюсь в комнату. Вместе со мной внутрь входит и чёрный песок, беснующийся в холодном воздухе Скипхола. Крыса сжимает короткий кортик двумя руками — держит его неловко, словно баба. Даже через всю комнату я слышу с каким бешеным стуком колотится гнилое сердце предателя.
Шлюха молчит — она потеряла сознание от ужаса. А вот Крыса отваживается на вопрос:
— Что ты такое?! — визжит бывший учитель пения.
— Отвечай, тварь!
В ответ я лишь улыбаюсь… и от этого зрелища Крыса тут же мочится в штаны.
Внезапно какой-то посторонний шум искажает звуковую картину мира. Шаги! Быстрые шаги бордельной стражи. Встреча с ними в мои планы не входит.
Я бросаюсь на Крысу, словно оголодавшая акула. Ударом когтистой лапы выбиваю оружие из рук врага, и его кортик падает на пол вместе с каплями крови и кусочками перерубленных пальцев. Потом я хватаю Крысу за грудки и вышвыриваю его из окна. Я знаю, что он не умрёт. Высота небольшая, и этот жирный мешок мяса наверняка выживет. Лишь только станет разговорчивее.
Сама я ухожу тем же путём — всего за мгновенье до того, как в комнату влетают два дюжих стражника.
Я оттаскиваю поломанное тело предателя к воняющему мертвечиной колодцу и только там разрешаю Крысе кричать.
— Илси, — шепчу я ему на ушко.
— Где она?
Толстяк хнычет, прижимая к груди сломанную руку:
— Не знаааю!
Я хватаю Крысу за ухо и резким движением отрываю его — словно листик с дерева сорвала. Даже звук похож.
— Где Илси? — повторяю я свой вопрос, вставляя его в паузу между криками.
— Они мне не сказааали! — визжит Крыса.
— Меня застааавили!
— Кто?
— Предвестники!
Я ждала этого ответа, боялась его.
Предвестники… Они появились в Скипхоле перед тем, как всё начало разваливаться. Эти религиозные фанатики утверждали, будто знают, как предотвратить последние дни… И для этой цели им зачем-то понадобилась полукровка по имени Илси.
Дурачьё… Предвестники хотят спасти человечество, но не знают, что попытки тщетны.
Все умрут, никто не выживет.
Все, кроме Илси. Только её можно спасти.
И пусть небо рухнет на землю и раздавит прогнивший Скипхол со всеми его борделями, бойцовыми ямами, рабами и предателями! Пусть все помрут в муках. Но Илси, моя маленькая Илси, будет жить.
— Где мне найти предвестников? — спрашиваю я Крысу.
В следующие несколько минут он рассказывает мне всё. Рассказывает про старый дом, спрятанный в трущобах Скипхола, и про лабиринт подземных ходов, лежащих под ним. Про тайный храм забытых богов, где свершаются жертвоприношения. Про то зловещее место, куда забрали Илси.
Я слушаю молча. А когда Крыса затыкается — усмехаюсь. Мёртвое лицо, натянутое на мой череп, усмехается тоже. В следующую секунду я хватаю предателя за шею и швыряю его в колодец.
Свой последний ноктюрн ты споёшь мухам, скотина.
Страница 2 из 5
