Неопределённость

— Чего я не понимаю, так это зачем ты разговариваешь с куском пищи, который вдобавок сам не знает, что ему надо. Почему просто не выпить его, и не отправиться дальше, по своим великим и несомненно важным делам? Если ты «исчезнул» тех бандитов, то убрать ещё один труп для тебя явно не проблема.

— Считай, что мне интересно. Да и вдобавок, я тебе немного сочувствую. Мы, конечно, не ангелы и не невинные жертвы, как нас изображает половина ваших писателей. Но и не обезумевшие от жажды крови чудовища, какими видит вторая половина. Мы просто разумные существа. Сильнее вас, способнее, но в этическом плане не хуже и не лучше. Разве люди не помогают животным?

— Так ты хочешь мне помочь?

— Да. В тех рамках, в которых это не создаст для меня дискомфорта. Ты ведь не откажешься снять котёнка с дерева, если это будет для тебя лёгким физическим упражнением. Но если ты сильно спешишь, а на дерево лезть долго, или есть большой риск упасть и что-то себе сломать — скорее всего, котёнок окажется предоставлен собственной судьбе и помощи более чувствительных прохожих.

— Ясно.

Я на секунду задумался. Истерика постепенно проходила.

— Скажи, это правда, что человека можно сделать вампиром?

— Правда. Но это уже как раз то, что выходит за рамки комфортной ситуации. Создание потомка — процедура сложная, ответственная, и кандидаты для неё подбираются с особой тщательностью. Ты на эту роль явно не подходишь. Слишком слаб, глуп, нерешителен… Не обижайся, это относится к девяноста девяти процентам людей.

— Я не обижаюсь. Но если вы играете свойствами личности, как настройками в программе, если вы можете лепить сознание как пластилин, что мешает добавить мне ума, силы воли, и прочих необходимых качеств? Или есть предел и вашему вмешательству в чужие мозги?

Он внимательно посмотрел на меня.

— Предел есть, но он намного дальше, чем ты можешь себе представить. Я мог бы сделать это. Вылепить из тебя идеального потомка. Умного, сильного, талантливого во множестве областей, мгновенно принимающего решения. Но это то же самое, о чём говорил Румата Будаху. Это означало бы убить тебя-нынешнего, и создать новое существо в твоём теле. Очень далёкое по своим наклонностям и от ролевика Миши Ванера, и от слесаря второго разряда, и от бомжа… — Когда ты делал из меня инструмент для изучения ролевиков, это «убийство» тебя не остановило.

— Тогда я не убивал и не переделывал твою прежнюю личность. Я лишь усыпил её, выключил, чтобы освободившееся место мог занять другой разум. Сейчас я пробудил старую память, и вы слились воедино. Но я проделал это против твоей воли.

— Что мешает тебе это повторить?

— Допустим, я отключу твоё нынешнее состояние, назовём его «Ванер-2», и создам идеального вампирского птенца. Назовём его Воином. Потом я обращу его, или как это называлось в вашей игре, дам Становление. Но управлять разумом другого вампира, тем более столь сильного, я не смогу, максимум — читать его мысли. И ты навсегда останешься похоронен там, в подсознании, твоя личность будет бесполезным балластом в мозгу моего потомка.

Я помотал головой.

— Невесёлая судьба. А если переделать характер, не стирая старой памяти?

— Тогда это изменение будет необратимо. Не знаю, можно ли назвать его убийством, но Миша Ванер с которым я говорю, исчезнет. И к тому же, тебе будет больно чувствовать, как ты изменился… Память будет тянуть тебя к старому образу жизни, а внушение — подгонять к новому. Ты увидишь, как отдаляются друзья — тебе станет не о чём с ними говорить. Ты станешь находить пустыми и скучными свои прежние любимые занятия. Стоит ли этого бессмертие и сохранённые воспоминания о прежней смертной жизни? Если ты так хочешь меняться, лучше отбрось всё и сразу — мой тебе совет.

Я встал и подошёл к окну, глядя на вечерний город.

— Слишком много всего и сразу. Ты дашь мне время подумать?

— У меня сколько угодно времени. Это тебе нужно спешить. Каких-нибудь пятьдесят лет — и твоё тело откажется работать.

— Полвека?! То есть я могу размышлять до конца жизни?

— Да. Но не спеши радоваться. Тебе этот срока кажется большим, но он промелькнёт очень быстро… поверь, я знаю. Кроме того, ты можешь погибнуть раньше — от насилия, болезни, или несчастного случая.

— Но я могу в любой момент позвать тебя, ты переделаешь меня и обратишь в вампира?

— Да.

— Думаю, мне понадобится намного меньше, чем пятьдесят лет, чтобы прийти к решению.

Он скептически усмехнулся.

— Я знаю тебя лучше, чем ты сам. Поверь мне, если бы ты умел принимать решения, то дал бы ответ прямо здесь и сейчас. А с такой нерешительностью и привычкой постоянно искать новые «за» и«против» — тебе и тысячи лет не хватит. Но если всё же что-то выберешь — зови.

Я хотел что-то возразить или спросить, но не успел.