Вегетарианство в космосе

Но отсутствие пищи притупило действие иммунодефицита. У мальчика слезились глаза, и затруднялось дыхание, медикаменты на время помогали, но затем все начиналось сначала. Мелисса не знала, что делать, ее план давал сбой: у нее ухудшился сон, и долгое время она проводила ворочаясь. Отсюда возрастание и так свойственной ей раздражительности. Она становилась все злее, а Брайан все слабее.

Пятый день полета.

Брайан проснулся и неожиданно попросил мать сыграть с ним в «Робин Гуда» — настольную игру, где участники по очереди бросали кубик и делали ходы на то количество шагов вперед, которое выпало. На некоторых пунктах их ждали ловушки, поэтому не всегда большое число было удачным. Побеждал тот, кто первым доберется до конца — игра всем знакомая.

Мелисса же подумала, что глупей просьбы сделать было нельзя, и второй раз за время полета избила своего сына. Очухался он лишь на следующий день.

Шестой день полета.

И пошел туда, куда вели его ноги, а вели они его к отсеку Љ22. Там он нашел кое-что интересное. Когда Мелисса проснулась после двухчасового сна, зачуханная и озлобленная, она пошла проверить, что делает ее сын. Увиденное ей не понравилось, и она не могла понять, что происходит. А происходило следующее:

— Мамочка, почему ты не спишь? Мамочка, иди поспи еще, пожалуйста, поспи еще.

— Брайан, почему у тебя рот заляпан непонятно чем? И что ты держишь за спиной?

— Ничего, мамочка! Мамочка, прошу тебя, иди спать!

Мелисса решительно приблизилась к сыну и выхватила у него из рук контейнер, заполненный перепелиными яйцами. Мальчик ждал ударов, но их не последовало, последовал вопрос:

— Где ты это взял, черт тебя подери? — спокойным голосом, который показался Брайану затишьем перед бурей, спросила Мелисса.

— Это, это было в отсеке Љ 22, наверное, бывшие хозяева оставили.

— У бывших хозяев, наверное, не было такого ребенка, как ты, который сорвал бы предупреждающую надпись.

— заметила она.

— Мамочка, я очень хотел есть, и у меня начались галлюцинации, и я не понимал, что делаю, когда я пришел в себя, я увидел у себя в руках вот это. Прости, пожалуйста, но я правда очень хотел кушать.

— Брайан, выкинь это в утилизатор — как-то даже кротко сказала Мелисса.

— Но мамочка… — Я сказала тебе выкинуть эту дрянь в утилизатор.

Ее зубы отчаянно скрипели, когда она медленно и внятно проговаривала последнюю фразу. Она потянулась к контейнеру, но у Брайана были иные планы. Завязалась борьба, из которой Мелисса вышла победительницей. В конце концов мальчик отлетел от ее удара в сторону, больно стукнувшись головой о стену. Но в руке он сжимал заветное яйцо, мать заметила это и ринулась к нему. Не успел он проглотить его, как она с силой вытащило аморфную массу у него изо рта.

И нанесла удар ногой ему в голову, усиленный последующим ударом головой об стену. Он потерял сознание. Мелисса подобрала выроненную коробку с яйцами и выкинула ее в утилизатор, который весело расправился с ней и с содержимым. При этом в глазах Мелиссы играл фанатичный блеск.

Фанатичка отправилась спать.

Седьмой день полета.

Брайан так и не пришел в себя, Мелисса проверила его пульс, он был более менее в порядке. Мелиссе показалось, что она хочет есть куда больше прежнего. В ее голове рождался замысел.

Восьмой день полета.

Непостижимым образом Брайан очнулся и направился к матери, которая спала. Во сне она испытывала судороги и конвульсии, голодовка все больше и больше давала о себе знать. Он разбудил ее и попытался обнять, Мелисса не узнала его и оттолкнула. Затем поняла, что он большой белый гриб. А большой белый гриб особо хорош тем, что он большой и съедобный согласно канонам сингхаризма. Она направилась к белому грибу с явными намерениями, которые белый гриб прочитал в ее взгляде и оказал сопротивление. Это стало неожиданностью для Мелиссы: белые грибы никогда не сопротивляются, а спокойно дают себя съесть человеку. У нее появилось подозрение, что это не белый гриб. Возможно это ее сын. «Не возможно, а точно, это именно Брайан» — подумала она, — но это не меняет сути дела. К черту догмы, я хочу есть«.»

Схватка продолжалась что-то около минуты, и куда более крупная и сильная Мелисса вышла из нее победителем. Брайан брыкался, кричал, плакал, но в конце концов он был задушен. Мелисса прикинула, что еды ей должно хватить до конца полета при экономном расходовании. Но сначала еду нужно было отправить в отсек Љ22, потому что еда не должна портиться.

Когда полет завершился.

Изможденная Мелисса спускалась по трапу к встречающим ее сынам Флориуса. Она дала речь и выслушала ответную от жрецов, которых встревожил ее изможденный вид. «Хорошо хоть не задают вопросов про сына, но если что, он отказался лететь» — подумала она. Подумала и упала в обморок.