У одного короля была дочка очень красивая, но очень гордая и заносчивая, так что ей никакой жених не нравился. Она отказывала одному жениху за другим, да еще и осмеивала каждого.
Добавить в моё избранное
6 мин, 42 сек 12436
Вот и устроил однажды король, её отец, большой праздник, и позвал на праздник и из ближних, и из дальних стран всех тех, кому пришло время жениться. Все приезжие были поставлены в ряд по своему достоинству и положению: сначала шли короли, потом герцоги, князья, графы и бароны, а затем уже и простые дворяне.
Король и повел королевну по рядам женихов, но никто ей не пришелся по сердцу, и о каждом она нашла что заметить.
Один, по её мнению, был слишком толст, и она говорила: «Он точно винная бочка!» Другой слишком долговяз:«Долог да тонок, что лён на лугу».
Третий слишком мал ростом: «Короток да толст, что овечий хвост».
Четвёртый слишком бледен: «Словно смерть ходячая!» А пятый слишком красен:«Что свёкла огородная!» Шестой же недостаточно прям:«Словно дерево покоробленное!» И так в каждом она нашла, что высмеять, а в особенности она насмехалась над одним добряком-королём, который стоял в ряду женихов одним из первых. У этого короля подбородок был несколько срезан; вот она это заметила, стала над ним смеяться и сказала:«У него подбородок, словно клюв у дрозда!» Так и стали его с той поры величать:Король Дроздобород.
А старый король, увидев, что дочка его только и делает, что высмеивает добрых людей и отвергает всех собранных на празднество женихов, разгневался на нее и поклялся, что выдаст её замуж за первого бедняка, который явится к его порогу.
Два дня спустя какой-то бродячий певец стал петь под его окном, желая этим заслужить милостыню. Чуть король заслышал его песню, так и приказал позвать певца в свои королевские покои. Тот вошёл к королю в своих грязных лохмотьях, стал петь перед королём и королевной и, пропев свою песню, стал кланяться и просить милостыню.
Король сказал:
— Твоя песня так мне пришлась по сердцу, что я хочу отдать тебе мою дочь в жёны.
Королевна перепугалась, но король сказал ей твёрдо:
— Я поклялся, что отдам тебя замуж за первого встречного нищего, и сдержу свою клятву!
Никакие увёртки не помогли, король послал за священником, и королевна была немедленно обвенчана с нищим.
Когда же это совершилось, король сказал дочке:
— Теперь тебе, как нищей, не пристало более жить здесь, в моём королевском замке, ступай по миру со своим мужем!
Бедняк-певец вывел её за руку из замка, и она должна была вместе с ним бродить по миру пешком.
Вот пришли они к большому лесу, и королевна спросила:
— Ах, чей это тёмный чудный лес?
— Дроздобород владеет тем краем лесным. Будь ты ему женушкой, он был бы твоим.
— Ах я, бедняжка, не знала. Зачем я ему отказала!
Идут они по лугу, и королевна опять спрашивает:
— Ах, чей это славный зелёный луг?
— Дроздобород владеет тем лугом большим. Будь ты ему жёнушкой, он был бы твоим.
— Ах я, бедняжка, не знала. Зачем я ему отказала!
Проходя через большой город, она вновь спросила:
— Чей это город, прекрасный, большой?
— Дроздобород владеет всей той стороной. Будь ты ему жёнушкой, он был бы твой!
«Ах я, бедняжка, не знала. Зачем я ему отказала!» — подумала королевна.
Вот наконец пришли они к маленькой-премаленькой избушечке, и королевна воскликнула:
— Ах, Господи, чей тут домишко такой? Ничтожный и тесный, и с виду дрянной?
Певец отвечал ей:
— Это твой и мой дом, и в нём мы с тобою будем жить.
Она должна была согнуться, чтобы войти в низенькую дверь.
— А где же слуги? — спросила королевна.
— Слуги? Это зачем? — отвечал певец.
— Ты сама должна всё для себя делать. Разведи-ка сейчас же огонь да свари мне чего-нибудь поесть, я очень устал.
Но королевна ничего не умела: ни огня развести, ни сварить что-нибудь. Муж её сам принялся за дело, чтобы хоть как-нибудь прокормиться.
Разделив свою скромную трапезу, они легли спать; но на другое утро муж уже ранешенько поднял жену с постели, чтобы она могла всё прибрать в доме.
Денёк-другой жили они таким образом, перебиваясь кое-как, и затем все запасы их пришли к концу. Тогда муж сказал королевне:
— Жена! Этак дело идти не может, чтобы мы тут сидели сложа руки и ничего не зарабатывали. Ты должна приняться за плетение корзинок.
Он пошёл, нарезал ивовых ветвей и — притащил их домой целую охапку. Начала она плести, но крепкий ивняк переколол нежные РУКИ королевны.
— Ну, я вижу что это дело у тебя неидет на лад, — сказал муж, — и лучше уж ты примись за пряжу; может быть, прясть ты будешь лучше, чем плести.
Она принялась тотчас за пряжу, но жёсткая нитка стала въедаться в ее мягкие пальчики, так что они все окровянились.
— Ведь ты ни на какую работу не годна, — сказал ей муж, ты для меня не находка! Попробуем торговать горшками и глиняной посудой: ты должна будешь выйти на базар и приняться за торговлю этим товаром.
Король и повел королевну по рядам женихов, но никто ей не пришелся по сердцу, и о каждом она нашла что заметить.
Один, по её мнению, был слишком толст, и она говорила: «Он точно винная бочка!» Другой слишком долговяз:«Долог да тонок, что лён на лугу».
Третий слишком мал ростом: «Короток да толст, что овечий хвост».
Четвёртый слишком бледен: «Словно смерть ходячая!» А пятый слишком красен:«Что свёкла огородная!» Шестой же недостаточно прям:«Словно дерево покоробленное!» И так в каждом она нашла, что высмеять, а в особенности она насмехалась над одним добряком-королём, который стоял в ряду женихов одним из первых. У этого короля подбородок был несколько срезан; вот она это заметила, стала над ним смеяться и сказала:«У него подбородок, словно клюв у дрозда!» Так и стали его с той поры величать:Король Дроздобород.
А старый король, увидев, что дочка его только и делает, что высмеивает добрых людей и отвергает всех собранных на празднество женихов, разгневался на нее и поклялся, что выдаст её замуж за первого бедняка, который явится к его порогу.
Два дня спустя какой-то бродячий певец стал петь под его окном, желая этим заслужить милостыню. Чуть король заслышал его песню, так и приказал позвать певца в свои королевские покои. Тот вошёл к королю в своих грязных лохмотьях, стал петь перед королём и королевной и, пропев свою песню, стал кланяться и просить милостыню.
Король сказал:
— Твоя песня так мне пришлась по сердцу, что я хочу отдать тебе мою дочь в жёны.
Королевна перепугалась, но король сказал ей твёрдо:
— Я поклялся, что отдам тебя замуж за первого встречного нищего, и сдержу свою клятву!
Никакие увёртки не помогли, король послал за священником, и королевна была немедленно обвенчана с нищим.
Когда же это совершилось, король сказал дочке:
— Теперь тебе, как нищей, не пристало более жить здесь, в моём королевском замке, ступай по миру со своим мужем!
Бедняк-певец вывел её за руку из замка, и она должна была вместе с ним бродить по миру пешком.
Вот пришли они к большому лесу, и королевна спросила:
— Ах, чей это тёмный чудный лес?
— Дроздобород владеет тем краем лесным. Будь ты ему женушкой, он был бы твоим.
— Ах я, бедняжка, не знала. Зачем я ему отказала!
Идут они по лугу, и королевна опять спрашивает:
— Ах, чей это славный зелёный луг?
— Дроздобород владеет тем лугом большим. Будь ты ему жёнушкой, он был бы твоим.
— Ах я, бедняжка, не знала. Зачем я ему отказала!
Проходя через большой город, она вновь спросила:
— Чей это город, прекрасный, большой?
— Дроздобород владеет всей той стороной. Будь ты ему жёнушкой, он был бы твой!
«Ах я, бедняжка, не знала. Зачем я ему отказала!» — подумала королевна.
Вот наконец пришли они к маленькой-премаленькой избушечке, и королевна воскликнула:
— Ах, Господи, чей тут домишко такой? Ничтожный и тесный, и с виду дрянной?
Певец отвечал ей:
— Это твой и мой дом, и в нём мы с тобою будем жить.
Она должна была согнуться, чтобы войти в низенькую дверь.
— А где же слуги? — спросила королевна.
— Слуги? Это зачем? — отвечал певец.
— Ты сама должна всё для себя делать. Разведи-ка сейчас же огонь да свари мне чего-нибудь поесть, я очень устал.
Но королевна ничего не умела: ни огня развести, ни сварить что-нибудь. Муж её сам принялся за дело, чтобы хоть как-нибудь прокормиться.
Разделив свою скромную трапезу, они легли спать; но на другое утро муж уже ранешенько поднял жену с постели, чтобы она могла всё прибрать в доме.
Денёк-другой жили они таким образом, перебиваясь кое-как, и затем все запасы их пришли к концу. Тогда муж сказал королевне:
— Жена! Этак дело идти не может, чтобы мы тут сидели сложа руки и ничего не зарабатывали. Ты должна приняться за плетение корзинок.
Он пошёл, нарезал ивовых ветвей и — притащил их домой целую охапку. Начала она плести, но крепкий ивняк переколол нежные РУКИ королевны.
— Ну, я вижу что это дело у тебя неидет на лад, — сказал муж, — и лучше уж ты примись за пряжу; может быть, прясть ты будешь лучше, чем плести.
Она принялась тотчас за пряжу, но жёсткая нитка стала въедаться в ее мягкие пальчики, так что они все окровянились.
— Ведь ты ни на какую работу не годна, — сказал ей муж, ты для меня не находка! Попробуем торговать горшками и глиняной посудой: ты должна будешь выйти на базар и приняться за торговлю этим товаром.
Страница 1 из 2
