Правил некогда в городе Багдаде халиф Гарун аль Рашид. И любил Гарун аль Рашид бродить переодетым по своей столице, вызнавая, что в ней делается. Идет он как-то ночью в одежде дервиша глухим закоулком…
Добавить в моё избранное
6 мин, 1 сек 18432
Какая у человека душа, так он и живет.
— Ей-богу, человеку с такой душой, как у тебя, место во дворце! — восклицает дервиш.
— Ну, дервиш, все твои слова исполняются в точности! Вдруг исполнятся и эти?!
— Отчего бы им и не исполниться? Нет на свете ничего невозможного, — ответил дервиш.
На том и расстались.
Спозаранок в дверь Гасановой лачуги забарабанили служилые люди:
— Здесь ли живет весельчак Гасан?
— Это я, — отвечал удивленный хозяин.
— Именем халифа — следуй за нами.
Ведут Гасана прямо во дворец. Объявляют, что халиф берет его на службу. Наряжают в придворные одежды, подвешивают к поясу меч и ставят на часы у дворцовых ворот. Проторчал Гасан у этих ворот весь день. А как стемнелось, выпроводили его домой и ни гроша не заплатили: утром, говорят, сызнова явишься и станешь на часы.
Вечером халиф Гарун аль Рашид оделся дервишем и отправился бродить по городу.
Подошел он к Гасановой лачуге. Прислушался. Что за притча! Снова доносятся оттуда музыка и песни, Гасан снова пирует. Гарун аль Рашид отворил дверь.
— Это ты? Входи же! Ах, дервиш, дервиш, дай тебе бог здоровья! Исполнились давешние твои слова, халиф взял меня на службу во дворец.
— Да что ты!
— Господь свидетель.
— Должно быть, хорошо заплатили?
— Куда там! Ни гроша не дали. Выпроводили домой с пустыми руками.
— Так откуда ж у тебя деньги на эту пирушку?
— Присаживайся и слушай. Подвесили мне к поясу меч. Иду я вечером домой и думаю: людей мне, что ли, убивать? Вот и продал булатный клинок, а вместо него заказал себе деревянный. Сунул его в ножны — и домой. А на деньги от клинка устроил пирушку. Ну что, дервиш, славно я придумал? Лучше веселиться, чем пугать людей мечом.
Дервиш рассмеялся.
— Славно-то оно славно. А вдруг завтра халиф велит тебе: отсеки, дескать, голову преступнику. Что тогда, Гасан?
— Типун тебе на язык, горевестник дервиш! — осерчал Гасан.
— Что ты ни говоришь, как на грех, исполняется. Нет бы сказал что-нибудь хорошее.
Гасан не на шутку встревожился. На сердце у него скребли кошки, и он всю ночь не сомкнул глаз.
Не зря боялся Гасан. Назавтра халиф и впрямь призвал его к себе и торжественно, перед всем двором повелел отсечь голову преступнику.
— Обнажи меч и отсеки ему голову!
— Много лет здравствовать тебе, великий государь! — в ужасе проговорил Гасан.
— Я отроду никого не убивал, я не смогу… У тебя при дворе много искусных воинов — повели им.
— Я повелеваю тебе! — сдвинул брови халиф.
— Промедлишь еще мгновение, лишишься головы сам. Обнажи меч!
При этих словах бедолага Гасан шагнул к преступнику, простер руки ввысь и взмолился:
— Господи боже, тебе ведомо, кто прав и кто виноват. Если этот человек виновен, дай мне сил снести ему голову единым ударом! Если же он безвинен, обрати мой меч в деревяшку!
Сказал и выхватил меч… Деревяшка! Придворные в изумлении воззрились на чудо. И здесь халиф Гарун аль Рашид расхохотался, открыл правду и поведал своим придворным все как есть.
Те тоже вдоволь посмеялись и воздали хвалу обоим — и весельчаку Гасану, и халифу. Смеялся даже несчастный преступник — он стоял на коленях и, вытянув шею, дожидался казни. Халиф даровал ему жизнь. Что до Гасана, то он объявил его своим любимцем и пожаловал ему важный сан, чтобы тот жил в трудах и не знал нужды, веселился и учил других радоваться жизни.
— Ей-богу, человеку с такой душой, как у тебя, место во дворце! — восклицает дервиш.
— Ну, дервиш, все твои слова исполняются в точности! Вдруг исполнятся и эти?!
— Отчего бы им и не исполниться? Нет на свете ничего невозможного, — ответил дервиш.
На том и расстались.
Спозаранок в дверь Гасановой лачуги забарабанили служилые люди:
— Здесь ли живет весельчак Гасан?
— Это я, — отвечал удивленный хозяин.
— Именем халифа — следуй за нами.
Ведут Гасана прямо во дворец. Объявляют, что халиф берет его на службу. Наряжают в придворные одежды, подвешивают к поясу меч и ставят на часы у дворцовых ворот. Проторчал Гасан у этих ворот весь день. А как стемнелось, выпроводили его домой и ни гроша не заплатили: утром, говорят, сызнова явишься и станешь на часы.
Вечером халиф Гарун аль Рашид оделся дервишем и отправился бродить по городу.
Подошел он к Гасановой лачуге. Прислушался. Что за притча! Снова доносятся оттуда музыка и песни, Гасан снова пирует. Гарун аль Рашид отворил дверь.
— Это ты? Входи же! Ах, дервиш, дервиш, дай тебе бог здоровья! Исполнились давешние твои слова, халиф взял меня на службу во дворец.
— Да что ты!
— Господь свидетель.
— Должно быть, хорошо заплатили?
— Куда там! Ни гроша не дали. Выпроводили домой с пустыми руками.
— Так откуда ж у тебя деньги на эту пирушку?
— Присаживайся и слушай. Подвесили мне к поясу меч. Иду я вечером домой и думаю: людей мне, что ли, убивать? Вот и продал булатный клинок, а вместо него заказал себе деревянный. Сунул его в ножны — и домой. А на деньги от клинка устроил пирушку. Ну что, дервиш, славно я придумал? Лучше веселиться, чем пугать людей мечом.
Дервиш рассмеялся.
— Славно-то оно славно. А вдруг завтра халиф велит тебе: отсеки, дескать, голову преступнику. Что тогда, Гасан?
— Типун тебе на язык, горевестник дервиш! — осерчал Гасан.
— Что ты ни говоришь, как на грех, исполняется. Нет бы сказал что-нибудь хорошее.
Гасан не на шутку встревожился. На сердце у него скребли кошки, и он всю ночь не сомкнул глаз.
Не зря боялся Гасан. Назавтра халиф и впрямь призвал его к себе и торжественно, перед всем двором повелел отсечь голову преступнику.
— Обнажи меч и отсеки ему голову!
— Много лет здравствовать тебе, великий государь! — в ужасе проговорил Гасан.
— Я отроду никого не убивал, я не смогу… У тебя при дворе много искусных воинов — повели им.
— Я повелеваю тебе! — сдвинул брови халиф.
— Промедлишь еще мгновение, лишишься головы сам. Обнажи меч!
При этих словах бедолага Гасан шагнул к преступнику, простер руки ввысь и взмолился:
— Господи боже, тебе ведомо, кто прав и кто виноват. Если этот человек виновен, дай мне сил снести ему голову единым ударом! Если же он безвинен, обрати мой меч в деревяшку!
Сказал и выхватил меч… Деревяшка! Придворные в изумлении воззрились на чудо. И здесь халиф Гарун аль Рашид расхохотался, открыл правду и поведал своим придворным все как есть.
Те тоже вдоволь посмеялись и воздали хвалу обоим — и весельчаку Гасану, и халифу. Смеялся даже несчастный преступник — он стоял на коленях и, вытянув шею, дожидался казни. Халиф даровал ему жизнь. Что до Гасана, то он объявил его своим любимцем и пожаловал ему важный сан, чтобы тот жил в трудах и не знал нужды, веселился и учил других радоваться жизни.
Страница 2 из 2
