Мнoгo лет тому назад жили старик и старуха. У них были жёлтая собака и бурая кобылица. Кобылица жеребилась в день по три раза: утром, в полдень и вечером. Однажды старуха сказала старику...
Добавить в моё избранное
20 мин, 19 сек 19231
Ковыляет к юноше Мус, глаз выбит, рука сломана, ноги одной нет, словно коршун подстреленный.
— Мус! Куда ходил? — спрашивает его юноша и улыбается.
— Вода в этой реке горькая, ходил я пить из дальней реки, — отвечает Мус угрюмо.
Поглядели они друг на друга исподлобья, бок о бок, как бугаи, потерлись, головы подняли и друг на друга, как верблюды, пошли. Как бараны, схватились, перебрасывались и снова сорок девять суток боролись. На своем тонком бедре потряс юноша Муса восемь тысяч раз. На своем черном бедре потряс Мус юношу семь тысяч раз. Снова потряс юноша Муса восемь тысяч раз и бросил бездыханного на землю. Чёрная кровь становой жилы Муса, клокоча, землю на три пальца кругом покрыла. Убил он Муса, слил воду семи рек в одну и бросил в неё Муса. Потом сел Кокодэ на лошадь и умчался прочь.
Повстречал опять на пути кибитку с белой дверью без петель. Подъехал к ней, спешился и, с серебряным чумбуром в руках, вошел. Сел у правой стены. Снова увидел красавицу. При свете ее красоты ночью можно счесть кипарисы за горой. А на левой стороне сидит злая старуха и как закричит:
— Эй, ты, бугай приблудный-, что ты за человек, с пылающим лицом, с горящими глазами, откуда ты?
— Нет огня у меня в глазах, и не пылает мое лицо, — говорит Кокодэ Мудрый и спрашивает:
— А хозяин ваш где?
— Поехал в табун.
Вышел Кокодэ Мудрый, а красавица — за ним вслед. Дала ему три лепешки. Взял он их, положил в боковой карман, сел на коня и поскакал. Еще пуще прежнего дождь льет, еще пуще прежнего снег сыплет, еще страшнее первого двадцатипятитоловый черный Мус движется. А за ним желтая собака величиной с верблюда, разгрызает камни с быка величиной и бросает их. Бросил ей юноша лепешку. Съела — и дальше бежит. Подбросил другую. Съела — и снова бежит. Бросил третью. Съела, подбежала к нему, прыгает и ласкается.
Размышляет Мус: «Отчего это к чужому ласкается моя собака?» Подошёл Мус к юноше и говорит:
— Эй, ты, бугай приблудный, что ты за человек, с пылающим лицом, с горящими глазами?
— Не горят мои глаза, лицо не пылает и не приблудный я бугай. Хоть и складно говоришь ты, а бестолков.
Ударил Кокодэ Мудрый Муса, оторвал его десять голов и стал сражаться с пятнадцатью головами.
Боролись они так, что стали горы долинами, а долины горами. Боролись так, что леса посохли, стали хворостом. Боролись так, что океаны обмелели, стали лужами, а лужи разлились океанами.
Боролись они сорок девять дней. Совсем было одолел Мус юношу, ударил его об землю.
— Перед смертью рассказывай о своих бедах, — говорит Мус, а сам сидит на юноше.
— Подожди, Мус. Посмотри лучше двенадцать хитростей борьбы, каким отец меня научил, поучись у меня напоследок.
— Покажи! — приказал Мус.
— Сядь покрепче, держись сильнее. Вцепился Мус, крепко сидит. Толкнул его юноша один раз. Еле удержался Мус. Снова толкнул. Чуть не свалился Мус. В третий раз толкнул. Перевернулся Мус, слетел с юноши. Юноша встал, встряхнулся, а сам посмеивается.
Поставил Кокодэ Мудрый своего серо-голубого коня в тень и сам сел. Пускает дым из трубки величиной с бычью голову. Глядит — Мус ковыляет.
Одна пола разорвана, глаз выбит, рука вывернута, нога сломана.
— Мус! Куда ходил? — спрашивает его юноша.
— Вода в этой реке горькая, ходил я пить из дальней реки, — отвечает Мус злобно.
Тут пошли боком друг на друга Мус и Кокодэ Мудрый, как два бугая. Исподлобья друг на друга, как верблюды, посматривают. Схватились, как бараны. Зашумело, загремело все вокруг. Потряс юноша Муса на своем тонком бедре восемь тысяч раз, молча сдавил его семь тысяч раз и загнал его одним ударом на девять локтей в землю. Рекой течет черная кровь из становой жилы Муса.
Тогда Кокодэ Мудрый говорит:
— Если вправду ты богатырь — поднимайся, если нет на то силы — убью.
— Не в силах я, убивай, — отвечал Мус.
Убил юноша Муса, слил воду семи рек в одну и бросил туда Муса.
Опять Кокодэ Мудрый сел на своего серо-голубого коня и отправился дальше. Заметил, что-то вдали виднеется. Поехал туда. Стоит кибитка с белой дверью без петель. Подъехал, слез и, держа чумбур, вошел в нее. Вошел и сел. По левую сторону сидит старуха, а перед ней девушка. При свете ее красоты можно счесть все пылинки в степи. Как закричит старуха:
— Эй, ты, бугай приблудный, что ты за человек, с пылающим лицом, с горящими глазами? Отвечает Кокодэ Мудрый:
— В лице нет у меня жара, и в глазах нет огня, и не приблудный я бугай.
— Сказал и сел. Посидел еще и спрашивает: — Ваш хозяин куда пошел?
— Поехал в табун, — отвечает старуха.
А когда Кокодэ Мудрый собрался уезжать, красавица девушка дала ему три бараньих ноги. Взял их юноша. Поскакал дальше.
Едет. Дождь идет, снег падает. Мчится прямо на юношу тридцатипятиголовый черный Мус.
— Мус! Куда ходил? — спрашивает его юноша и улыбается.
— Вода в этой реке горькая, ходил я пить из дальней реки, — отвечает Мус угрюмо.
Поглядели они друг на друга исподлобья, бок о бок, как бугаи, потерлись, головы подняли и друг на друга, как верблюды, пошли. Как бараны, схватились, перебрасывались и снова сорок девять суток боролись. На своем тонком бедре потряс юноша Муса восемь тысяч раз. На своем черном бедре потряс Мус юношу семь тысяч раз. Снова потряс юноша Муса восемь тысяч раз и бросил бездыханного на землю. Чёрная кровь становой жилы Муса, клокоча, землю на три пальца кругом покрыла. Убил он Муса, слил воду семи рек в одну и бросил в неё Муса. Потом сел Кокодэ на лошадь и умчался прочь.
Повстречал опять на пути кибитку с белой дверью без петель. Подъехал к ней, спешился и, с серебряным чумбуром в руках, вошел. Сел у правой стены. Снова увидел красавицу. При свете ее красоты ночью можно счесть кипарисы за горой. А на левой стороне сидит злая старуха и как закричит:
— Эй, ты, бугай приблудный-, что ты за человек, с пылающим лицом, с горящими глазами, откуда ты?
— Нет огня у меня в глазах, и не пылает мое лицо, — говорит Кокодэ Мудрый и спрашивает:
— А хозяин ваш где?
— Поехал в табун.
Вышел Кокодэ Мудрый, а красавица — за ним вслед. Дала ему три лепешки. Взял он их, положил в боковой карман, сел на коня и поскакал. Еще пуще прежнего дождь льет, еще пуще прежнего снег сыплет, еще страшнее первого двадцатипятитоловый черный Мус движется. А за ним желтая собака величиной с верблюда, разгрызает камни с быка величиной и бросает их. Бросил ей юноша лепешку. Съела — и дальше бежит. Подбросил другую. Съела — и снова бежит. Бросил третью. Съела, подбежала к нему, прыгает и ласкается.
Размышляет Мус: «Отчего это к чужому ласкается моя собака?» Подошёл Мус к юноше и говорит:
— Эй, ты, бугай приблудный, что ты за человек, с пылающим лицом, с горящими глазами?
— Не горят мои глаза, лицо не пылает и не приблудный я бугай. Хоть и складно говоришь ты, а бестолков.
Ударил Кокодэ Мудрый Муса, оторвал его десять голов и стал сражаться с пятнадцатью головами.
Боролись они так, что стали горы долинами, а долины горами. Боролись так, что леса посохли, стали хворостом. Боролись так, что океаны обмелели, стали лужами, а лужи разлились океанами.
Боролись они сорок девять дней. Совсем было одолел Мус юношу, ударил его об землю.
— Перед смертью рассказывай о своих бедах, — говорит Мус, а сам сидит на юноше.
— Подожди, Мус. Посмотри лучше двенадцать хитростей борьбы, каким отец меня научил, поучись у меня напоследок.
— Покажи! — приказал Мус.
— Сядь покрепче, держись сильнее. Вцепился Мус, крепко сидит. Толкнул его юноша один раз. Еле удержался Мус. Снова толкнул. Чуть не свалился Мус. В третий раз толкнул. Перевернулся Мус, слетел с юноши. Юноша встал, встряхнулся, а сам посмеивается.
Поставил Кокодэ Мудрый своего серо-голубого коня в тень и сам сел. Пускает дым из трубки величиной с бычью голову. Глядит — Мус ковыляет.
Одна пола разорвана, глаз выбит, рука вывернута, нога сломана.
— Мус! Куда ходил? — спрашивает его юноша.
— Вода в этой реке горькая, ходил я пить из дальней реки, — отвечает Мус злобно.
Тут пошли боком друг на друга Мус и Кокодэ Мудрый, как два бугая. Исподлобья друг на друга, как верблюды, посматривают. Схватились, как бараны. Зашумело, загремело все вокруг. Потряс юноша Муса на своем тонком бедре восемь тысяч раз, молча сдавил его семь тысяч раз и загнал его одним ударом на девять локтей в землю. Рекой течет черная кровь из становой жилы Муса.
Тогда Кокодэ Мудрый говорит:
— Если вправду ты богатырь — поднимайся, если нет на то силы — убью.
— Не в силах я, убивай, — отвечал Мус.
Убил юноша Муса, слил воду семи рек в одну и бросил туда Муса.
Опять Кокодэ Мудрый сел на своего серо-голубого коня и отправился дальше. Заметил, что-то вдали виднеется. Поехал туда. Стоит кибитка с белой дверью без петель. Подъехал, слез и, держа чумбур, вошел в нее. Вошел и сел. По левую сторону сидит старуха, а перед ней девушка. При свете ее красоты можно счесть все пылинки в степи. Как закричит старуха:
— Эй, ты, бугай приблудный, что ты за человек, с пылающим лицом, с горящими глазами? Отвечает Кокодэ Мудрый:
— В лице нет у меня жара, и в глазах нет огня, и не приблудный я бугай.
— Сказал и сел. Посидел еще и спрашивает: — Ваш хозяин куда пошел?
— Поехал в табун, — отвечает старуха.
А когда Кокодэ Мудрый собрался уезжать, красавица девушка дала ему три бараньих ноги. Взял их юноша. Поскакал дальше.
Едет. Дождь идет, снег падает. Мчится прямо на юношу тридцатипятиголовый черный Мус.
Страница 3 из 6
