Жил в одной деревне богатый брахман. Детей у него не было, а с женой шли вечные раздоры да ссоры, и всегда начинала она. Надоело это ему, и раз в гневе он ушел в чужие края. Шел он, шел и в одном месте вдруг видит: навалена целая куча покойников — всё, видно, люди важные, родовитые, — а рядом тело сапожника брошено.
2 мин, 41 сек 169
Смотрит, стая грифов приметила мертвецов и спустилась к ним. Только чудно: не едят они чистых гладких покойников — все клюют тело сапожника. Увидел брахман, что делают грифы, диву дался, понять ничего не может.
— Ну и дурные же эти грифы, — говорит.
— Ели бы вперед тех, гладких. Что им за охота клевать сапожника?
Случись так, что услыхал его гриф-старшой.
— Послушай, брахман, — зовет.
— Иди-ка сюда. Я тебе скажу, если хочешь, где причина того, что тебе чудным кажется.
Подошел брахман к старому грифу и говорит:
— Хорошо. Я бы послушал, что ты мне можешь сказать. Старый гриф вырвал маховое перо из крыла и дает его брахману:
— Возьми и приставь его к глазам, вроде очков, — говорит, — а потом посмотри на этих покойников — увидишь, на что они похожи.
Поглядел на них брахман через перо и видит — все эти важные люди вовсе не люди, а разные твари: псы, кошки и прочее. Поглядел он, гриф его спрашивает:
— Ну, теперь ты их разглядел?
— Да, разглядел, — отвечает. Тогда гриф ему говорит:
— Ну хорошо, теперь иди домой и взгляни на свою жену. Увидишь, кто она такая.
Вернулся брахман домой, жене и не показался, только взглянул тайком на нее и увидел, что она вовсе не человек, а сука. Стал он в уме раскидывать: «Какой же мне прок жить с собакой? Выходит, хорошо, что я отсюда ушел». И он отправился снова в чужие края.
Перо грифа он взял с собой. Шел, шел и пришел в одно место, а там в доме у сапожника собралось много народу. Увидел он столько людей, подошел и взглянул на них через перо. Видит — все звери. Сами сапожник с женой — собака и кошка. Одна дочка у них человеком оказалась.
Говорит брахман сапожнику и его жене:
— Покормите меня сегодня. Дайте чего найдется. У меня уже давно крошки во рту не было.
— Ты брахман, а мы сапожники — со шкурами павшей скотины дело имеем, — отвечают они оба сразу.
— Разве мы смеем что-нибудь тебе предложить?
— Все равно, — говорит брахман.
— Сегодня я буду есть все, что дадите.
— Хорошо, — отвечают.
— Будешь есть — мы дадим. Дали ему, что у них было. Он приготовил себе рис с подливой и поел. Как отдохнули после еды, брахман завел разговор.
— Есть у меня к вам одно дело, — говорит он сапожнику и его жене.
— Хотите услышать?
— Хорошо, — отвечают они.
— Скажи, сделай милость. Иначе как нам узнать, что у тебя на уме. Подойдет нам, скажем «да», не подойдет — не скажем «да».
— Дело вот какое, — говорит он.
— Не отдадите вы за меня вашу дочку? Вот о чем я думаю.
Услыхали такое сапожник и его жена, дивятся. «Чудно, — думают.
— Он ведь брахманской касты, а говорит, что хочет взять нашу дочку. Непонятное дело. Полоумный он, что ли? Надо нам разузнать хорошенько, всерьез он этого хочет или пустое городит». А брахман говорит:
— Нет, я всерьез. Это не выдумка и не обман. Я хочу на вашей дочке жениться.
— Хорошо, — отвечают.
— Только ты брахман, а она из касты сапожников — как же ты на ней женишься?
— Такая уж моя воля, почтенные, — говорит он. Ну они и отдали дочку, только сказали:
— Не забывай, ты берешь ее знаючи. Вот он и повел ее к себе домой.
Пришел с ней домой, а старую жену прибил и прочь выгнал, потому что она вправду была не человек. Просто Чандо дал ей такое тело, чтобы людей в обман вводить.
Вот и конец.
— Ну и дурные же эти грифы, — говорит.
— Ели бы вперед тех, гладких. Что им за охота клевать сапожника?
Случись так, что услыхал его гриф-старшой.
— Послушай, брахман, — зовет.
— Иди-ка сюда. Я тебе скажу, если хочешь, где причина того, что тебе чудным кажется.
Подошел брахман к старому грифу и говорит:
— Хорошо. Я бы послушал, что ты мне можешь сказать. Старый гриф вырвал маховое перо из крыла и дает его брахману:
— Возьми и приставь его к глазам, вроде очков, — говорит, — а потом посмотри на этих покойников — увидишь, на что они похожи.
Поглядел на них брахман через перо и видит — все эти важные люди вовсе не люди, а разные твари: псы, кошки и прочее. Поглядел он, гриф его спрашивает:
— Ну, теперь ты их разглядел?
— Да, разглядел, — отвечает. Тогда гриф ему говорит:
— Ну хорошо, теперь иди домой и взгляни на свою жену. Увидишь, кто она такая.
Вернулся брахман домой, жене и не показался, только взглянул тайком на нее и увидел, что она вовсе не человек, а сука. Стал он в уме раскидывать: «Какой же мне прок жить с собакой? Выходит, хорошо, что я отсюда ушел». И он отправился снова в чужие края.
Перо грифа он взял с собой. Шел, шел и пришел в одно место, а там в доме у сапожника собралось много народу. Увидел он столько людей, подошел и взглянул на них через перо. Видит — все звери. Сами сапожник с женой — собака и кошка. Одна дочка у них человеком оказалась.
Говорит брахман сапожнику и его жене:
— Покормите меня сегодня. Дайте чего найдется. У меня уже давно крошки во рту не было.
— Ты брахман, а мы сапожники — со шкурами павшей скотины дело имеем, — отвечают они оба сразу.
— Разве мы смеем что-нибудь тебе предложить?
— Все равно, — говорит брахман.
— Сегодня я буду есть все, что дадите.
— Хорошо, — отвечают.
— Будешь есть — мы дадим. Дали ему, что у них было. Он приготовил себе рис с подливой и поел. Как отдохнули после еды, брахман завел разговор.
— Есть у меня к вам одно дело, — говорит он сапожнику и его жене.
— Хотите услышать?
— Хорошо, — отвечают они.
— Скажи, сделай милость. Иначе как нам узнать, что у тебя на уме. Подойдет нам, скажем «да», не подойдет — не скажем «да».
— Дело вот какое, — говорит он.
— Не отдадите вы за меня вашу дочку? Вот о чем я думаю.
Услыхали такое сапожник и его жена, дивятся. «Чудно, — думают.
— Он ведь брахманской касты, а говорит, что хочет взять нашу дочку. Непонятное дело. Полоумный он, что ли? Надо нам разузнать хорошенько, всерьез он этого хочет или пустое городит». А брахман говорит:
— Нет, я всерьез. Это не выдумка и не обман. Я хочу на вашей дочке жениться.
— Хорошо, — отвечают.
— Только ты брахман, а она из касты сапожников — как же ты на ней женишься?
— Такая уж моя воля, почтенные, — говорит он. Ну они и отдали дочку, только сказали:
— Не забывай, ты берешь ее знаючи. Вот он и повел ее к себе домой.
Пришел с ней домой, а старую жену прибил и прочь выгнал, потому что она вправду была не человек. Просто Чандо дал ей такое тело, чтобы людей в обман вводить.
Вот и конец.