Меня зовут Лизи. Я девочка, хотя, наверное, это и так ясно, раз меня зовут Лизи. Мне семь лет, но скоро уже будет восемь, и мама иногда просит меня...
Добавить в моё избранное
176 мин, 57 сек 20704
А мы договорились, что первого апреля придем в школу в шесть. После уроков Лассе прокрался в класс и перевел стрелки классных часов на два часа вперед.
Первого апреля мы нарочно громко топали и шумели в сенях, чтобы разбудить учительницу. Лассе побежал к ней наверх и постучал в дверь. Учительница спросила сонным голосом:
— Кто там?
— Это Лассе! — ответил он.
— А у нас будут сегодня занятия?
— Ой, дети, ведь я проспала! — воскликнула учительница.
— Подождите минутку, я сейчас приду!
У учительницы наверху есть другие часы, но она так спешила, что даже не взглянула на них.
Учительница впустила нас в класс, когда часы на стене показывали двадцать минут девятого.
— Ничего не понимаю, — сказал она.
— Должно быть, мой будильник испортился.
Мы с трудом удерживались от смеха. Первый урок у нас был арифметика. В конце урока наверху у учительницы зазвенел будильник. Ведь по-настоящему было только семь часов, хотя часы в классе показывали девять.
— Что это? — удивилась учительница.
Мы закричали:
Первого апреля Никому не верю!
— Ах, дети, дети! — сказала учительница и покачала головой.
Но так обманывать учителей можно только первого апреля!
Когда кончились все уроки, какие были у нас по расписанию, мы, конечно, собрались домой. Но учительница сказала:
Первого апреля Расписанию не верю!
И оставила нас ещё на один урок. Но это было не очень строгое наказание, потому что весь урок она читала нам разные смешные рассказы.
По дороге домой Улле спросил у Лассе:
— Где это ты так штаны разорвал? Смотри, какая дыра!
Лассе чуть не свернул себе шею, чтобы увидеть эту дыру, а Улле закричал:
Первого апреля Никому не верю!
Улле страшно обрадовался, что ему удалось обмануть самого Лассе. Потом мы встретили злого сапожника, и Улле захотелось обмануть и его.
— Господин сапожник, смотрите, там под кустом сидит лиса! — закричал он.
Но сапожник даже не взглянул в ту сторону.
— Не вижу никого, кроме шести сопляков! — сказал он.
Тут уж захохотал Лассе.
А дома, после того как мы сделали уроки, Лассе побежал к Улле и сказал:
— Давай скорей! К Бритте и Анне пришел старьевщик. Он покупает камни.
— Какие камни? — спросил Улле, он совсем забыл про первое апреля.
— Обыкновенные, какие всюду валяются, — ответил Лассе.
Улле бросился собирать булыжники. Он собрал их столько, что с трудом дотащил. На кухне у Бритты и Анны в самом деле сидел старьёвщик, но скупал он только пустые бутылки и тряпьё.
— Дяденька, вот я вам камней притащил, — сказал запыхавшийся Улле и показал на свой мешок.
— Каких ещё камней? — удивился старьёвщик.
— Обыкновенных, — ответил Улле.
— Булыжников. Я их у нас в саду набрал.
— Ах вот оно что! — сказал старьёвщик.
— Ну, дружок, на этот раз ты дал маху.
Тогда Улле вспомнил про первое апреля. Он покраснел как рак, схватил свой мешок и потащил его прочь. А Лассе стоял за изгородью и орал во всю глотку:
Первого апреля Никому не верю!
Наступила пасха. Папа с мамой были приглашены в гости в Большую деревню, а нам разрешили устроить яичный пир и пригласить на него Бритту, Анну и Улле. Ведь у мамы куриная ферма, так что яиц у нас достаточно. Правда, Боссе считает, что почти все яйца несёт его Альбертина, но он ошибается.
— Тебе, наверно, кажется, что твоя Альбертина строчит яйцами, как пулемёт? — спросил у него Лассе.
Пировать мы собирались на кухне. По случаю праздника стол был накрыт синей скатертью, а мама разрешила нам взять красивые желтые тарелки. В вазе стояли березовые ветки. И все яйца были выкрашены в красный, желтый и зеленый цвет, потому что крашеные яйца гораздо вкуснее некрашеных. Мы даже написали на яйцах стихи. Например:
Это яйцо предназначено Анне.
Съешь его вместо оладий в сметане.
Придумал это стихотворение, конечно, Лассе, но Боссе оно не понравилось.
— При чем тут оладьи в сметане? — сказал он.
— Нас и не собирались ими кормить.
— А откуда ты знаешь, вместо чего мы будем есть эти яйца? — возразил Лассе.
— Но если хочешь, давай напишем иначе:
Это яйцо предназначено Анне Съешь его вместо котлеты в сметане.
Боссе и это стихотворение не понравилось. Но больше мы ничего придумать не успели. Пришли Анна, Бритта и Улле, и мы сели пировать. Нам было очень весело. Мы соревновались, кто съест больше яиц. Я смогла съесть только три яйца, а вот Улле съел шесть.
— Альбертина — незаменимая курица, чтобы мы без нее делали? — сказал Боссе после пира.
Дома никого не было. Агда ушла куда-то с Оскаром. Мы погасили свет и стали в темноте играть в прятки.
Первого апреля мы нарочно громко топали и шумели в сенях, чтобы разбудить учительницу. Лассе побежал к ней наверх и постучал в дверь. Учительница спросила сонным голосом:
— Кто там?
— Это Лассе! — ответил он.
— А у нас будут сегодня занятия?
— Ой, дети, ведь я проспала! — воскликнула учительница.
— Подождите минутку, я сейчас приду!
У учительницы наверху есть другие часы, но она так спешила, что даже не взглянула на них.
Учительница впустила нас в класс, когда часы на стене показывали двадцать минут девятого.
— Ничего не понимаю, — сказал она.
— Должно быть, мой будильник испортился.
Мы с трудом удерживались от смеха. Первый урок у нас был арифметика. В конце урока наверху у учительницы зазвенел будильник. Ведь по-настоящему было только семь часов, хотя часы в классе показывали девять.
— Что это? — удивилась учительница.
Мы закричали:
Первого апреля Никому не верю!
— Ах, дети, дети! — сказала учительница и покачала головой.
Но так обманывать учителей можно только первого апреля!
Когда кончились все уроки, какие были у нас по расписанию, мы, конечно, собрались домой. Но учительница сказала:
Первого апреля Расписанию не верю!
И оставила нас ещё на один урок. Но это было не очень строгое наказание, потому что весь урок она читала нам разные смешные рассказы.
По дороге домой Улле спросил у Лассе:
— Где это ты так штаны разорвал? Смотри, какая дыра!
Лассе чуть не свернул себе шею, чтобы увидеть эту дыру, а Улле закричал:
Первого апреля Никому не верю!
Улле страшно обрадовался, что ему удалось обмануть самого Лассе. Потом мы встретили злого сапожника, и Улле захотелось обмануть и его.
— Господин сапожник, смотрите, там под кустом сидит лиса! — закричал он.
Но сапожник даже не взглянул в ту сторону.
— Не вижу никого, кроме шести сопляков! — сказал он.
Тут уж захохотал Лассе.
А дома, после того как мы сделали уроки, Лассе побежал к Улле и сказал:
— Давай скорей! К Бритте и Анне пришел старьевщик. Он покупает камни.
— Какие камни? — спросил Улле, он совсем забыл про первое апреля.
— Обыкновенные, какие всюду валяются, — ответил Лассе.
Улле бросился собирать булыжники. Он собрал их столько, что с трудом дотащил. На кухне у Бритты и Анны в самом деле сидел старьёвщик, но скупал он только пустые бутылки и тряпьё.
— Дяденька, вот я вам камней притащил, — сказал запыхавшийся Улле и показал на свой мешок.
— Каких ещё камней? — удивился старьёвщик.
— Обыкновенных, — ответил Улле.
— Булыжников. Я их у нас в саду набрал.
— Ах вот оно что! — сказал старьёвщик.
— Ну, дружок, на этот раз ты дал маху.
Тогда Улле вспомнил про первое апреля. Он покраснел как рак, схватил свой мешок и потащил его прочь. А Лассе стоял за изгородью и орал во всю глотку:
Первого апреля Никому не верю!
Наступила пасха. Папа с мамой были приглашены в гости в Большую деревню, а нам разрешили устроить яичный пир и пригласить на него Бритту, Анну и Улле. Ведь у мамы куриная ферма, так что яиц у нас достаточно. Правда, Боссе считает, что почти все яйца несёт его Альбертина, но он ошибается.
— Тебе, наверно, кажется, что твоя Альбертина строчит яйцами, как пулемёт? — спросил у него Лассе.
Пировать мы собирались на кухне. По случаю праздника стол был накрыт синей скатертью, а мама разрешила нам взять красивые желтые тарелки. В вазе стояли березовые ветки. И все яйца были выкрашены в красный, желтый и зеленый цвет, потому что крашеные яйца гораздо вкуснее некрашеных. Мы даже написали на яйцах стихи. Например:
Это яйцо предназначено Анне.
Съешь его вместо оладий в сметане.
Придумал это стихотворение, конечно, Лассе, но Боссе оно не понравилось.
— При чем тут оладьи в сметане? — сказал он.
— Нас и не собирались ими кормить.
— А откуда ты знаешь, вместо чего мы будем есть эти яйца? — возразил Лассе.
— Но если хочешь, давай напишем иначе:
Это яйцо предназначено Анне Съешь его вместо котлеты в сметане.
Боссе и это стихотворение не понравилось. Но больше мы ничего придумать не успели. Пришли Анна, Бритта и Улле, и мы сели пировать. Нам было очень весело. Мы соревновались, кто съест больше яиц. Я смогла съесть только три яйца, а вот Улле съел шесть.
— Альбертина — незаменимая курица, чтобы мы без нее делали? — сказал Боссе после пира.
Дома никого не было. Агда ушла куда-то с Оскаром. Мы погасили свет и стали в темноте играть в прятки.
Страница 19 из 47
