Однажды вечером в конце августа Муми-папа гулял в своем саду, чувствуя себя потерянным. Он не знал, куда себя деть: ему казалось, что все необходимое уже сделано или делается кем-то другим…
Добавить в моё избранное
170 мин, 41 сек 21283
И вот дни стали казаться не по-хорошему длинными.
Складывать головоломку она не хотела: это напоминало бы ей, как она одинока.
Однажды она стала собирать древесину. Она подбирала каждую палочку, пока берег не очистился от всего, что выбросило море. Постепенно она собрала большую кучу бревен и дощечек. Ей нравилось, что при этом она приводила в порядок остров, тогда она могла думать о нем как о саде, который можно прибирать и украшать.
Она сама снесла все в выбранное место с подветренной стороны маяка. Здесь она сбила козлы для распилки дерева. Они вышли слегка кривобокими, но вполне годились для работы, если придерживать их лапой.
В эти мягкие осенние дни Муми-мама все пилила и пилила. Она отмеряла каждый кусочек дерева, чтобы они были одного размера, и аккуратно укладывала их полукругом. Деревянная стена все росла, пока наконец Муми-мама не очутилась в своем собственном замкнутом пространстве, что давало ей приятное чувство защищенности. Она складывала сухие палки возле плиты, но у нее не хватало сил, чтобы справиться с большими бревнами. Она никогда не управлялась с топором особенно хорошо.
Неподалеку росла маленькая рябина, к которой Муми-мама очень привязалась. Рябину сплошь усыпали красные ягоды, которых было, пожалуй, много для такого маленького деревца. Муми-мама складывала около нее лучшие поленья. Муми-мама много знала о деревьях, она могла определить дуб и джакаранду, она узнавала бальзу, орегонскую сосну и красное дерево. У деревьев был различный запах, и на ощупь они были разными. Все они попали к ней после долгого, долгого путешествия.
— Джакаранда и палисандр, — бормотала про себя глубоко удовлетворенная Муми-мама и продолжала пилить.
Остальные привыкли к этому ее занятию, и она постепенно скрывалась за деревянной стеной. Вначале Муми-папа очень расстроился и захотел собирать бревна сам. Но Муми-мама рассердилась и сказала:
— Эта работа — моя. Я тоже хочу играть! — И она пилила, пилила, пилила, каждое утро обходя остров в поисках новых кусков дерева.
В одно серое тихое утро Муми-мама нашла на берегу ракушку — большую коническую ракушку, розовую внутри и светло-коричневую с темными пятнами снаружи.
Муми-мама удивилась и обрадовалась. Ракушка лежала высоко на берегу, хотя вода так не поднималась уже неделю. Чуть поодаль от первой ракушки Муми-мама нашла белую, из тех, что кладут на клумбы в саду. Собственно, весь берег был усыпан ракушками — маленькими и большими, и самое замечательное, что на одной из них можно было прочесть: «Дар моря», написанное крохотными буковками.
Муми-мама удивилась еще больше и начала собирать ракушки в передник, а потом пошла показать их Муми-папе, который занимался исследованием черного озера.
Он лежал, перегнувшись через борт лодки, и казался очень маленьким с вершины скалы. Лодка дрейфовала, и весла тянулись за ней по воде.
— Иди-ка взгляни! — позвала Муми-мама.
Муми-папа подгреб к берегу.
— Смотри! Настоящие ракушки! Я нашла их высоко на берегу, еще вчера их там не было!
— Это очень странно, — сказал Муми-папа, выбивая свою трубку о скалу.
— Одна из тайн моря. Иногда я поражаюсь, когда думаю о том, как загадочно оно ведет себя. Ты говоришь, они лежали высоко на берегу и еще вчера их там не было? Значит, море может за несколько часов подняться на целый ярд и опять опуститься. Хотя здесь нет таких приливов, как на юге. Очень интересно, действительно очень интересно! А эта надпись — она открывает неограниченные возможности.
— Он посмотрел на Муми-маму очень серьезно.
— Знаешь, я должен хорошенько разобраться в этом и написать книгу. Обо всем, что связано с морем, с настоящим морем. Я хочу узнать о море все, что можно. Пристани, дорожки, рыбалка — для недалеких людей, которых не волнуют по-настоящему большие вопросы.
— Он повторил очень важно: — По-настоящему большие вопросы.
— Это звучало так впечатляюще.
— Это черное озеро натолкнуло меня на эти мысли.
— Оно глубокое? — спросила Муми-мама, широко раскрывая глаза.
— Очень, — ответил Муми-папа.
— Веревка еле достает до дна. Вчера я вытащил эту металлическую канистру, которая доказывает, что мои гипотезы верны.
Муми-мама кивнула. Чуть погодя она сказала:
— Пожалуй, пойду и разложу ракушки в саду.
Муми-папа не ответил, он углубился в размышления и гипотезы.
* * * В это самое время Муми-тролль сжигал в Мумимаминой печи пустую коробку из-под ракушек. Не стоило хранить ее теперь, когда она опустела. Он нашел ее на дне ящика в тумбочке, того самого ящика, который Муми-мама не хотела открывать, потому что там находилось личное имущество смотрителя маяка.
* * * Металлическая канистра была ржавой и поломанной и, наверное, никогда не содержала ничего интереснее, чем скипидар или масло. Но это было доказательство.
Складывать головоломку она не хотела: это напоминало бы ей, как она одинока.
Однажды она стала собирать древесину. Она подбирала каждую палочку, пока берег не очистился от всего, что выбросило море. Постепенно она собрала большую кучу бревен и дощечек. Ей нравилось, что при этом она приводила в порядок остров, тогда она могла думать о нем как о саде, который можно прибирать и украшать.
Она сама снесла все в выбранное место с подветренной стороны маяка. Здесь она сбила козлы для распилки дерева. Они вышли слегка кривобокими, но вполне годились для работы, если придерживать их лапой.
В эти мягкие осенние дни Муми-мама все пилила и пилила. Она отмеряла каждый кусочек дерева, чтобы они были одного размера, и аккуратно укладывала их полукругом. Деревянная стена все росла, пока наконец Муми-мама не очутилась в своем собственном замкнутом пространстве, что давало ей приятное чувство защищенности. Она складывала сухие палки возле плиты, но у нее не хватало сил, чтобы справиться с большими бревнами. Она никогда не управлялась с топором особенно хорошо.
Неподалеку росла маленькая рябина, к которой Муми-мама очень привязалась. Рябину сплошь усыпали красные ягоды, которых было, пожалуй, много для такого маленького деревца. Муми-мама складывала около нее лучшие поленья. Муми-мама много знала о деревьях, она могла определить дуб и джакаранду, она узнавала бальзу, орегонскую сосну и красное дерево. У деревьев был различный запах, и на ощупь они были разными. Все они попали к ней после долгого, долгого путешествия.
— Джакаранда и палисандр, — бормотала про себя глубоко удовлетворенная Муми-мама и продолжала пилить.
Остальные привыкли к этому ее занятию, и она постепенно скрывалась за деревянной стеной. Вначале Муми-папа очень расстроился и захотел собирать бревна сам. Но Муми-мама рассердилась и сказала:
— Эта работа — моя. Я тоже хочу играть! — И она пилила, пилила, пилила, каждое утро обходя остров в поисках новых кусков дерева.
В одно серое тихое утро Муми-мама нашла на берегу ракушку — большую коническую ракушку, розовую внутри и светло-коричневую с темными пятнами снаружи.
Муми-мама удивилась и обрадовалась. Ракушка лежала высоко на берегу, хотя вода так не поднималась уже неделю. Чуть поодаль от первой ракушки Муми-мама нашла белую, из тех, что кладут на клумбы в саду. Собственно, весь берег был усыпан ракушками — маленькими и большими, и самое замечательное, что на одной из них можно было прочесть: «Дар моря», написанное крохотными буковками.
Муми-мама удивилась еще больше и начала собирать ракушки в передник, а потом пошла показать их Муми-папе, который занимался исследованием черного озера.
Он лежал, перегнувшись через борт лодки, и казался очень маленьким с вершины скалы. Лодка дрейфовала, и весла тянулись за ней по воде.
— Иди-ка взгляни! — позвала Муми-мама.
Муми-папа подгреб к берегу.
— Смотри! Настоящие ракушки! Я нашла их высоко на берегу, еще вчера их там не было!
— Это очень странно, — сказал Муми-папа, выбивая свою трубку о скалу.
— Одна из тайн моря. Иногда я поражаюсь, когда думаю о том, как загадочно оно ведет себя. Ты говоришь, они лежали высоко на берегу и еще вчера их там не было? Значит, море может за несколько часов подняться на целый ярд и опять опуститься. Хотя здесь нет таких приливов, как на юге. Очень интересно, действительно очень интересно! А эта надпись — она открывает неограниченные возможности.
— Он посмотрел на Муми-маму очень серьезно.
— Знаешь, я должен хорошенько разобраться в этом и написать книгу. Обо всем, что связано с морем, с настоящим морем. Я хочу узнать о море все, что можно. Пристани, дорожки, рыбалка — для недалеких людей, которых не волнуют по-настоящему большие вопросы.
— Он повторил очень важно: — По-настоящему большие вопросы.
— Это звучало так впечатляюще.
— Это черное озеро натолкнуло меня на эти мысли.
— Оно глубокое? — спросила Муми-мама, широко раскрывая глаза.
— Очень, — ответил Муми-папа.
— Веревка еле достает до дна. Вчера я вытащил эту металлическую канистру, которая доказывает, что мои гипотезы верны.
Муми-мама кивнула. Чуть погодя она сказала:
— Пожалуй, пойду и разложу ракушки в саду.
Муми-папа не ответил, он углубился в размышления и гипотезы.
* * * В это самое время Муми-тролль сжигал в Мумимаминой печи пустую коробку из-под ракушек. Не стоило хранить ее теперь, когда она опустела. Он нашел ее на дне ящика в тумбочке, того самого ящика, который Муми-мама не хотела открывать, потому что там находилось личное имущество смотрителя маяка.
* * * Металлическая канистра была ржавой и поломанной и, наверное, никогда не содержала ничего интереснее, чем скипидар или масло. Но это было доказательство.
Страница 28 из 49
