Пандора и её ящик Больше месяца мы искали подходящий дом. Айна оказалась редкостной перфекционисткой, и мы пересмотрели с полсотни различных вариантов — начиная от новеньких, с иголочки, особняков, пахнущих свежей краской и распиленным деревом, и заканчивая убогими домами-развалюхами, притаившимися в трущобах старого города. Последние меня заинтересовали — глядя на эти запущенные архитектурные убожества, выстроенные возле пустырей и мусорных свалок, можно было ясно представить, как в своё время внутри гнил труп последнего хозяина, умершего в одиночестве. И гнил он до тех пор, пока встревоженные вонью разложения соседи не вызвали санэпидемстанцию.
Добавить в моё избранное
14 мин, 9 сек 3238
Однако Айну эти мрачные склепы не прельстили. И хотя для эксперимента нам требовался дом с историей, откровенно помойные домишки она отмела сразу.
Наконец, спустя долгие недели мучительных поисков, Айна нашла свой идеал — аккуратный коттеджик в пригороде за приемлемую цену. На мой взгляд это было абсолютно серое и унылое жилище, ничем не примечательное. Но Айна буквально влюбилась в этот дом.
— Он превосходен! — щебетала она.
— То, что нужно!
Запавший ей в душу особняк стоял в тупиковом ответвлении улицы, крайний в правом ряду. На приусадебном участке расцветали яблони и деловито жужжали пчёлы.
В тот же день Айна уплатила всю причитающуюся сумму и стала гордой владелицей собственного коттеджа в пригороде.
Едва мы получили на руки все документы, как тут же приступили к перепланировке. Айна приглашала декораторов для консультаций и долго ссорилась с ними, объясняя, что именно нам нужно:
— В комнатах не должно быть много света, понимаете? — втолковывала она очередному специалисту по дизайну интерьеров.
— Этот дом должен подавлять. Мне нужно, чтобы внутри было тревожно!
Некоторые декораторы качали головами и сразу же уходили. Другие крутили пальцами у виска и только потом сматывали удочки. Пришлось нам создавать проект по крупицам, черпая вдохновение из Интернета. Вскоре мне повезло найти в сети безработного художника по декорациям из Голливуда, и за умеренную плату этот парень набросал нужные нам эскизы и дал множество дельных советов по оформлению интерьера.
Следуя его указаниям, мы уменьшили оконные проёмы, чтобы внутрь попадало как можно меньше света. Для ванной комнаты нам изготовили особый кафель с неправильной геометрией рисунка — в стиле головоломных литографий Моритца Эшера. Тот же узор мы отпечатали на плитке в кухне. Айна штудировала книги по колористике и тщательно выстраивала цветовую гамму помещений, раскрашивая комнаты в неприятные глазу оттенки. При постановке света она вдохновлялась фильмами Дэвида Линча, и много импровизировала, размещая лампы так, чтобы оставлять как можно больше тёмных углов.
А уж когда пришёл черед покупать мебель, Айна разве что не светилась от удовольствия: она сутками пропадала на барахолках, воссоздавая нужный антураж. Вскоре дом заполнился мебелью от подвала до чердака — ни один нюанс не ускользнул. Айна даже картины чуть-чуть неровно повесила — перекос был совсем крошечным, почти незаметным, но он действовал через подсознание, рождая невольный дискомфорт… Идея поставить эксперимент родилась на вечеринке по случаю юбилея факультета прикладной физики. Там-то я и познакомился с Айной Вейде. Симпатичную девушку привёл на праздник один из молодых аспирантов, и она тут же привлекла моё внимание. Айна выглядела прелестно — высокая, стройная прибалточка с зелёными глазами и густым водопадом каштановых волос.
Узнав, что эта красотка, вдобавок, кандидат наук, и преподаёт студентам социологию я, помнится, удивился. Айна казалась типичной гуманитарной штучкой — что же она позабыла на скучной гулянке технарей-физиков?
Вечеринка, кстати, и правда оказалась паршивой. Тосты, пафос, средненькой руки стол, натужные шутки. Благо, хоть вина и коктейлей хватало в избытке, что, несомненно, скрашивало неорганизованность.
Айну вместе с её спутником усадили за общий стол, как раз напротив меня. Всю официальную часть мероприятия эта очаровательная прибалточка явно скучала. Зато позже, когда уважаемые профессора и доценты порядком захмелели, и веселье приняло более развязный характер, за столиком наконец-то родилась тема, заинтересовавшая Айну Вейде.
Разговор шёл о призраках.
Сперва старый профессор Рост рассказал древнюю студенческую байку о привидении, якобы обитающем в лаборатории холода, затем наш заведующий кафедрой припомнил пару забавных историй о полтергейсте. Слово за слово, и пустой застольный трёп стал принимать однозначно странный характер. Масла в огонь подлила сама Айна, когда с вызовом заявила, что верит в привидений.
Ляпнуть такое в компании физиков — всё равно, что признаться, будто веришь в Деда Мороза. Кто-то из доцентов рассмеялся, а старенький завкаф по-отечески хлопнул Айну по плечу:
— Айна, деточка, но ведь это не научно!
— Есть фотографии. И свидетельства очевидцев.
— Есть фотошоп. И бредни сумасшедших, — отрезал профессор Рост.
— Призраков не существует, милочка. Это городская легенда, миф.
Айна отпила немного вина и с вызовом взглянула на оппонента:
— В детстве я лично видела призрака, профессор Рост! — в голосе девушки отчётливо резалась злость.
— Или я тоже сумасшедшая?
Рост развёл руками, едва не опрокинув бутылку с вином:
— Человеческая психика весьма многообразна в своих проявлениях. В надлежащем эмоциональном состоянии, в условиях ограниченной видимости… в темноте, или в тумане…
Наконец, спустя долгие недели мучительных поисков, Айна нашла свой идеал — аккуратный коттеджик в пригороде за приемлемую цену. На мой взгляд это было абсолютно серое и унылое жилище, ничем не примечательное. Но Айна буквально влюбилась в этот дом.
— Он превосходен! — щебетала она.
— То, что нужно!
Запавший ей в душу особняк стоял в тупиковом ответвлении улицы, крайний в правом ряду. На приусадебном участке расцветали яблони и деловито жужжали пчёлы.
В тот же день Айна уплатила всю причитающуюся сумму и стала гордой владелицей собственного коттеджа в пригороде.
Едва мы получили на руки все документы, как тут же приступили к перепланировке. Айна приглашала декораторов для консультаций и долго ссорилась с ними, объясняя, что именно нам нужно:
— В комнатах не должно быть много света, понимаете? — втолковывала она очередному специалисту по дизайну интерьеров.
— Этот дом должен подавлять. Мне нужно, чтобы внутри было тревожно!
Некоторые декораторы качали головами и сразу же уходили. Другие крутили пальцами у виска и только потом сматывали удочки. Пришлось нам создавать проект по крупицам, черпая вдохновение из Интернета. Вскоре мне повезло найти в сети безработного художника по декорациям из Голливуда, и за умеренную плату этот парень набросал нужные нам эскизы и дал множество дельных советов по оформлению интерьера.
Следуя его указаниям, мы уменьшили оконные проёмы, чтобы внутрь попадало как можно меньше света. Для ванной комнаты нам изготовили особый кафель с неправильной геометрией рисунка — в стиле головоломных литографий Моритца Эшера. Тот же узор мы отпечатали на плитке в кухне. Айна штудировала книги по колористике и тщательно выстраивала цветовую гамму помещений, раскрашивая комнаты в неприятные глазу оттенки. При постановке света она вдохновлялась фильмами Дэвида Линча, и много импровизировала, размещая лампы так, чтобы оставлять как можно больше тёмных углов.
А уж когда пришёл черед покупать мебель, Айна разве что не светилась от удовольствия: она сутками пропадала на барахолках, воссоздавая нужный антураж. Вскоре дом заполнился мебелью от подвала до чердака — ни один нюанс не ускользнул. Айна даже картины чуть-чуть неровно повесила — перекос был совсем крошечным, почти незаметным, но он действовал через подсознание, рождая невольный дискомфорт… Идея поставить эксперимент родилась на вечеринке по случаю юбилея факультета прикладной физики. Там-то я и познакомился с Айной Вейде. Симпатичную девушку привёл на праздник один из молодых аспирантов, и она тут же привлекла моё внимание. Айна выглядела прелестно — высокая, стройная прибалточка с зелёными глазами и густым водопадом каштановых волос.
Узнав, что эта красотка, вдобавок, кандидат наук, и преподаёт студентам социологию я, помнится, удивился. Айна казалась типичной гуманитарной штучкой — что же она позабыла на скучной гулянке технарей-физиков?
Вечеринка, кстати, и правда оказалась паршивой. Тосты, пафос, средненькой руки стол, натужные шутки. Благо, хоть вина и коктейлей хватало в избытке, что, несомненно, скрашивало неорганизованность.
Айну вместе с её спутником усадили за общий стол, как раз напротив меня. Всю официальную часть мероприятия эта очаровательная прибалточка явно скучала. Зато позже, когда уважаемые профессора и доценты порядком захмелели, и веселье приняло более развязный характер, за столиком наконец-то родилась тема, заинтересовавшая Айну Вейде.
Разговор шёл о призраках.
Сперва старый профессор Рост рассказал древнюю студенческую байку о привидении, якобы обитающем в лаборатории холода, затем наш заведующий кафедрой припомнил пару забавных историй о полтергейсте. Слово за слово, и пустой застольный трёп стал принимать однозначно странный характер. Масла в огонь подлила сама Айна, когда с вызовом заявила, что верит в привидений.
Ляпнуть такое в компании физиков — всё равно, что признаться, будто веришь в Деда Мороза. Кто-то из доцентов рассмеялся, а старенький завкаф по-отечески хлопнул Айну по плечу:
— Айна, деточка, но ведь это не научно!
— Есть фотографии. И свидетельства очевидцев.
— Есть фотошоп. И бредни сумасшедших, — отрезал профессор Рост.
— Призраков не существует, милочка. Это городская легенда, миф.
Айна отпила немного вина и с вызовом взглянула на оппонента:
— В детстве я лично видела призрака, профессор Рост! — в голосе девушки отчётливо резалась злость.
— Или я тоже сумасшедшая?
Рост развёл руками, едва не опрокинув бутылку с вином:
— Человеческая психика весьма многообразна в своих проявлениях. В надлежащем эмоциональном состоянии, в условиях ограниченной видимости… в темноте, или в тумане…
Страница 1 из 5
