Автобус повернул направо и остановился на асфальтированной площадке. Игорь, разглядывая то, что осталось от усадьбы, недовольно причмокнул и, едва распахнулись двери, спрыгнул на землю. Закурил и повернулся к бригадиру…
Добавить в моё избранное
14 мин, 9 сек 9285
Помассировав висок, Игорь уставился на свои колени. Почему-то казалось очень важным вспомнить, откуда он помнит это лицо.
— Кому Балашиха? — крикнул водитель.
Спохватившись, выскочил из автобуса и, загребая ногами дорожную пыль, поплёлся к дому. Воспоминание о мужчине потонуло в глубине памяти и никак не всплывало. Возможно, они где-то встречались?
Игорь выкинул из головы это только тогда, когда оказался около квартиры. Шумно вздохнув и потерев глаза, он достал ключи и отворил дверь. Поглаживая брелок в виде миниатюрной копии Эйфелевой башни, остановился на пороге.
Да. Да, всё именно так, как он и представлял. Сидела на кожаном диване и смотрела. Но не на него, а вглубь тёмной комнаты. Приглушенный свет смягчал густо малёванные губы и ярко крашеные глаза. В полутьме она выглядела не такой шлюхой, какой была на самом деле.
— Что? Почему так поздно пришёл? — Игорь презрительно фыркнул.
Звук разрезал тишину и рассеялся по комнатам.
— Мне всё равно, что думаешь. Отдохнул и ладно. Понятно?
Внезапно рванул к дивану и схватился за рукав платья, искусно одетого на резиновую куклу. Потом свалился на колени и, глядя на свои грубые пальцы, зарыдал. Но буквально через мгновение схватил куклу, сжал её талию так, что она почти исчезла в кулаке, и закружился в танце.
Жена любила танцевать. Даже очень. Почему она бросила его? Да, иногда пьёт, да, не Баффет, ну и что? Сбежала к своей маме, как крыса с тонущего корабля. Но он не потонет!
Игорь отшвырнул куклу к входной двери и, шаркая тапками, направился в спальню.
— С-с-слышал последние новости? — спросил Вадим, заделывая раствором трещины в кирпичах задней стены.
— Чего такое? — Игорь массировал правый висок и недовольно жмурился.
Прошёл уже почти месяц, с того дня, как они начали работу. Примерно неделю назад начались странности. Исчезло по одному человеку из бригады, что реконструировала крышу, и бригады, занимающейся облицовкой фасада здания.
В команде Игоря ничего не происходило, но сам он так налегал на бутылку, что вскоре мог превратиться в алкаша. Такого же, как сосед Степа. Тот в любое время дня сидел на лавочке у подъезда и грыз семечки либо спорил с пенсионерами, а в прошлом году потерял ногу из-за гангрены. Игорь ненавидел мутный, просящий взгляд Степана, но недавно взглянул в зеркало и увидел такой же. С сегодняшнего дня он зарёкся пить как минимум два месяца.
— Н-н-нашли Сашку. Того, что крышу латал. Пов-в-весился. И знаешь где?
— Где? — он испугался, но не подал виду. Потёр скулу и вытер пот, собравшийся на подбородке.
— Совсем недалеко отс-с-сюда. Вон там, на острове — Вадим махнул рукой в сторону Барских прудов.
Игорь покачал головой, но ничего не сказал, и продолжил работу. Внезапно кто-то схватил его за плечо. Он резко развернулся, и, споткнувшись о прогнившую деревяшку, свалился на пол, ударившись спиной о стену. Перед глазами поплыло. Сквозь пелену увидел человека, склонившегося над грязно-жёлтым паркетом и кашлявшего так, что, казалось, его лёгкие вот-вот выйдут через рот.
Мужчину начало рвать, но сквозь рвоту всё равно прорывался резкий сухой кашель. Человек скрестил руки, застонал и согнулся так, будто хотел слиться с полом. Иссохшая, разодранная спина отражалась в кристально чистом окне. От запаха блевотины заслезились глаза… — Эй, ты что? — Василич тряс его за плечо и шлёпал по щеке.
— Ты, кх-кх, видел? — просипел Игорь. Смрад от переваренной пищи быстро испарялся. В нос ударил запах раствора и сырости.
Бригадир обеспокоенно оглянулся, но, не увидев ничего странного, сказал:
— Видел что? Как ты свалился? Конечно… — Да нет. Я про человека!
Василич нервно хохотнул.
— Здесь никого, кроме наших. Сотрясение, что ли, получил?
Игорь отмахнулся и привстал, но тут же рухнул на колени. В голове стучали сотни молотков, взбунтовался и желудок. К горлу то и дело подкатывала тошнота.
Бригадир и Вадим подняли его и помогли подойти к стене.
— Вот так-то.
— Василич тяжело вздохнул и шёпотом спросил у Вадима.
— Он как вообще? От него перегаром пасёт, будь здоров.
— До этого всё нормально б-б-было, — также тихо ответил Вадим.
— Он, я т-т-так понимаю, из-за жены переживает.
Бригадир хлопнул ладонями и обратился к Игорю:
— Таак. Ладно. Работать сможешь?
Тот, оперевшись о подоконник, сплюнул и кивнул.
— Тогда дорабатывай смену, а завтра даю тебе выходной. Приди в себя, отдохни немного.
Игорь хотел сказать, что только работа его и спасает, что так будет только хуже, но вырвавшиеся изо рта звуки слабо напоминали речь.
Весь оставшийся день его то бросало в жар, то бил озноб. Скрючившийся в рвотном спазме человек упорно не шёл из головы. Всё было так расплывчато и вместе с тем так…
— Кому Балашиха? — крикнул водитель.
Спохватившись, выскочил из автобуса и, загребая ногами дорожную пыль, поплёлся к дому. Воспоминание о мужчине потонуло в глубине памяти и никак не всплывало. Возможно, они где-то встречались?
Игорь выкинул из головы это только тогда, когда оказался около квартиры. Шумно вздохнув и потерев глаза, он достал ключи и отворил дверь. Поглаживая брелок в виде миниатюрной копии Эйфелевой башни, остановился на пороге.
Да. Да, всё именно так, как он и представлял. Сидела на кожаном диване и смотрела. Но не на него, а вглубь тёмной комнаты. Приглушенный свет смягчал густо малёванные губы и ярко крашеные глаза. В полутьме она выглядела не такой шлюхой, какой была на самом деле.
— Что? Почему так поздно пришёл? — Игорь презрительно фыркнул.
Звук разрезал тишину и рассеялся по комнатам.
— Мне всё равно, что думаешь. Отдохнул и ладно. Понятно?
Внезапно рванул к дивану и схватился за рукав платья, искусно одетого на резиновую куклу. Потом свалился на колени и, глядя на свои грубые пальцы, зарыдал. Но буквально через мгновение схватил куклу, сжал её талию так, что она почти исчезла в кулаке, и закружился в танце.
Жена любила танцевать. Даже очень. Почему она бросила его? Да, иногда пьёт, да, не Баффет, ну и что? Сбежала к своей маме, как крыса с тонущего корабля. Но он не потонет!
Игорь отшвырнул куклу к входной двери и, шаркая тапками, направился в спальню.
— С-с-слышал последние новости? — спросил Вадим, заделывая раствором трещины в кирпичах задней стены.
— Чего такое? — Игорь массировал правый висок и недовольно жмурился.
Прошёл уже почти месяц, с того дня, как они начали работу. Примерно неделю назад начались странности. Исчезло по одному человеку из бригады, что реконструировала крышу, и бригады, занимающейся облицовкой фасада здания.
В команде Игоря ничего не происходило, но сам он так налегал на бутылку, что вскоре мог превратиться в алкаша. Такого же, как сосед Степа. Тот в любое время дня сидел на лавочке у подъезда и грыз семечки либо спорил с пенсионерами, а в прошлом году потерял ногу из-за гангрены. Игорь ненавидел мутный, просящий взгляд Степана, но недавно взглянул в зеркало и увидел такой же. С сегодняшнего дня он зарёкся пить как минимум два месяца.
— Н-н-нашли Сашку. Того, что крышу латал. Пов-в-весился. И знаешь где?
— Где? — он испугался, но не подал виду. Потёр скулу и вытер пот, собравшийся на подбородке.
— Совсем недалеко отс-с-сюда. Вон там, на острове — Вадим махнул рукой в сторону Барских прудов.
Игорь покачал головой, но ничего не сказал, и продолжил работу. Внезапно кто-то схватил его за плечо. Он резко развернулся, и, споткнувшись о прогнившую деревяшку, свалился на пол, ударившись спиной о стену. Перед глазами поплыло. Сквозь пелену увидел человека, склонившегося над грязно-жёлтым паркетом и кашлявшего так, что, казалось, его лёгкие вот-вот выйдут через рот.
Мужчину начало рвать, но сквозь рвоту всё равно прорывался резкий сухой кашель. Человек скрестил руки, застонал и согнулся так, будто хотел слиться с полом. Иссохшая, разодранная спина отражалась в кристально чистом окне. От запаха блевотины заслезились глаза… — Эй, ты что? — Василич тряс его за плечо и шлёпал по щеке.
— Ты, кх-кх, видел? — просипел Игорь. Смрад от переваренной пищи быстро испарялся. В нос ударил запах раствора и сырости.
Бригадир обеспокоенно оглянулся, но, не увидев ничего странного, сказал:
— Видел что? Как ты свалился? Конечно… — Да нет. Я про человека!
Василич нервно хохотнул.
— Здесь никого, кроме наших. Сотрясение, что ли, получил?
Игорь отмахнулся и привстал, но тут же рухнул на колени. В голове стучали сотни молотков, взбунтовался и желудок. К горлу то и дело подкатывала тошнота.
Бригадир и Вадим подняли его и помогли подойти к стене.
— Вот так-то.
— Василич тяжело вздохнул и шёпотом спросил у Вадима.
— Он как вообще? От него перегаром пасёт, будь здоров.
— До этого всё нормально б-б-было, — также тихо ответил Вадим.
— Он, я т-т-так понимаю, из-за жены переживает.
Бригадир хлопнул ладонями и обратился к Игорю:
— Таак. Ладно. Работать сможешь?
Тот, оперевшись о подоконник, сплюнул и кивнул.
— Тогда дорабатывай смену, а завтра даю тебе выходной. Приди в себя, отдохни немного.
Игорь хотел сказать, что только работа его и спасает, что так будет только хуже, но вырвавшиеся изо рта звуки слабо напоминали речь.
Весь оставшийся день его то бросало в жар, то бил озноб. Скрючившийся в рвотном спазме человек упорно не шёл из головы. Всё было так расплывчато и вместе с тем так…
Страница 2 из 5
