Когда-то давно жил один человек, по имени Наран-Гэрэлтэ. У этого человека была дочь невиданной красоты, по имени Наран Сэсэг — Солнечный цветок.
Добавить в моё избранное
8 мин, 34 сек 1730
Один тибетский лама решил сделать ее своей женой. Как он ни старался — и хитрил и обманывал, — не смог получить ее согласия. Тогда он решил напустить на нее болезнь, а потом сделать ее своей женой. Дождался он момента и напоил Наран Сэсэг отравленным лекарством.
Когда заболела дочь, отец пригласил к себе домой того же тибетского ламу.
— Вашу дочь хочет взять к себе Черный Лусад-хан. Если по доброй воле не отдадите ему свою дочь, она умрет. Если там ей будет удача, она излечится и сможет вернуться к отцу и матери, — сказал он, погадав.
— Ай, бурхан, какое тяжелое требование! Подскажите нам правильный путь, просим Вас! — обращаются муж с женой в большой тревоге и печали к шаману.
Плотникам велено было сделать ящик, да такой, чтобы в него не смогла попасть вода и чтобы Наран Сэсэг в нем могла поместиться. В ящике оставили щель, чтобы она могла дышать. Туда положили самую лучшую одежду, какая была у Наран Сэсэг, украшения и еду.
Перед тем, как сесть в ящик, Наран Сэсэг сказала:
— Мне больше ничего не надо, только мою желтую собаку Гуриг в спутники дайте.
Выполнили просьбу девушки — посадили желтую собаку Гуриг в ящик и заколотили его гвоздями.
— Поднимитесь вверх по реке, пустите ящик по середине реки, — приказал тибетский лама и уехал.
Отец с матерью в большом горе, с плачем, выполняя наказ тибетского ламы, понесли ящик и спустили по реке.
Тибетский лама сел на коня и во весь дух помчался вниз по реке. Прискакал домой и приказал своим семи ученикам:
— Сверху приплывает деревянный ящик. Осторожно вытащите его на берег. Ящик не открывайте, в том же виде принесете и аккуратно поставьте перед божницей.
В это время проезжал по берегу реки на своем сивом быке парень-пастух. Смотрит — по середине реки на волнах деревянный ящик качается.
— Что это плывет? — удивился парень. Он тут же сбросил с себя одежду и поплыл за ящиком.
Еле-еле догнал его и вытащил на берег. «Что же в нем может быть?» — заинтересовался он и железным ломом раскрыл ящик. Оттуда вышла красавица Наран Сэсэг.
— Только желтую собаку Гуриг не выпускай, а все остальное вытащи, — сказала девушка Наран Сэсэг.
Парень-пастух, как и велела девушка, оставил желтую собаку Гуриг, все остальное вытащил, снова заколотил ящик и; столкнул его в воду.
Парень сел на своего быка, посадил девушку Наран Сэсэг позади себя и медленно поехал к своей избушке. Едут они — Наран Сэсэг спрашивает:
— Чем ты занимаешься?
— Я-то? Выкапываю из земли зерна гречихи, саранки, тем и кормлюсь, — отвечает парень.
— А что еще делаешь?
— Еще-то? Пасу овец и коз у богачей.
Так они подъехали к его шалашу. А в шалаше все вверх дном, пыль и грязь по колено. Наран Сэсэг все прибрала, подмела, убрала всю грязь в жилище.
Семь учеников тибетского ламы сидят у реки и ждут. В это время, качаясь на волнах, плывет деревянный ящик.
— Вот он и есть! — поняли семеро учеников тибетского ламы и железными крюками вытащили его на берег.
— Что же в нем может быть? — гадали семь учеников. Затем они подняли ящик с четырех сторон, отнесли и поставили перед божницей тибетского ламы.
— Ну, хорошо, что принесли. Не открывали ящик, не сломали? — спрашивает тибетский лама.
— Нет, принесли целехоньким, — отвечают те.
— Ну, мои семь учеников! Идите, пока не перевалите семь перевалов, возвратитесь на другой день, — наказал тибетский лама своим ученикам.
Вышли семь его учеников. Лама решил выпустить Наран Сэсэг и объясниться ей в любви. С нетерпением открыл он ящик.
Вместо девушки Наран Сэсэг из ящика выскочила желтая собака Гуриг, вцепилась ему в горло и растерзала. Назавтра, когда семь учеников тибетского ламы вернулись и открыли дверь, желтая собака Гуриг накинулась на них и всех семерых прикончила.
Парень-пастух возле своей красавицы жены вовсе забросил работу.
— Муж, кончается у нас еда. Сходи принеси зерна гречихи, — говорит Наран Сэсэг.
Муж молчит, сидит, только смотрит на нее — и ни с места.
Тогда Наран Сэсэг нарисовала на бересте свой портрет, очень похожий на оригинал, и подала мужу.
Тот сел на своего сивого быка и поехал, держа портрет перед собой. Вдруг поднялся черный вихрь и унес портрет его жены.
Парень-пастух весь в слезах вернулся в свой шалаш и поведал жене о случившемся.
— Ой, трудно будет нам жить вдвоем. Хан из другого государства давно интересуется мной. Если в руки ему попадет мой портрет, то по горячим следам преследуя, остывшие слезы отыскивая, найдет меня. Если он прядет, как защищаться нам? Кроме железной лопаты твоей, Ничего ведь нет. У меня же иголка да наперсток, — так говорила Наран Сэсэг.
Сидят они, обнявшись. Смотрят вверх, смеются, опуская глаза, плачут.
Когда заболела дочь, отец пригласил к себе домой того же тибетского ламу.
— Вашу дочь хочет взять к себе Черный Лусад-хан. Если по доброй воле не отдадите ему свою дочь, она умрет. Если там ей будет удача, она излечится и сможет вернуться к отцу и матери, — сказал он, погадав.
— Ай, бурхан, какое тяжелое требование! Подскажите нам правильный путь, просим Вас! — обращаются муж с женой в большой тревоге и печали к шаману.
Плотникам велено было сделать ящик, да такой, чтобы в него не смогла попасть вода и чтобы Наран Сэсэг в нем могла поместиться. В ящике оставили щель, чтобы она могла дышать. Туда положили самую лучшую одежду, какая была у Наран Сэсэг, украшения и еду.
Перед тем, как сесть в ящик, Наран Сэсэг сказала:
— Мне больше ничего не надо, только мою желтую собаку Гуриг в спутники дайте.
Выполнили просьбу девушки — посадили желтую собаку Гуриг в ящик и заколотили его гвоздями.
— Поднимитесь вверх по реке, пустите ящик по середине реки, — приказал тибетский лама и уехал.
Отец с матерью в большом горе, с плачем, выполняя наказ тибетского ламы, понесли ящик и спустили по реке.
Тибетский лама сел на коня и во весь дух помчался вниз по реке. Прискакал домой и приказал своим семи ученикам:
— Сверху приплывает деревянный ящик. Осторожно вытащите его на берег. Ящик не открывайте, в том же виде принесете и аккуратно поставьте перед божницей.
В это время проезжал по берегу реки на своем сивом быке парень-пастух. Смотрит — по середине реки на волнах деревянный ящик качается.
— Что это плывет? — удивился парень. Он тут же сбросил с себя одежду и поплыл за ящиком.
Еле-еле догнал его и вытащил на берег. «Что же в нем может быть?» — заинтересовался он и железным ломом раскрыл ящик. Оттуда вышла красавица Наран Сэсэг.
— Только желтую собаку Гуриг не выпускай, а все остальное вытащи, — сказала девушка Наран Сэсэг.
Парень-пастух, как и велела девушка, оставил желтую собаку Гуриг, все остальное вытащил, снова заколотил ящик и; столкнул его в воду.
Парень сел на своего быка, посадил девушку Наран Сэсэг позади себя и медленно поехал к своей избушке. Едут они — Наран Сэсэг спрашивает:
— Чем ты занимаешься?
— Я-то? Выкапываю из земли зерна гречихи, саранки, тем и кормлюсь, — отвечает парень.
— А что еще делаешь?
— Еще-то? Пасу овец и коз у богачей.
Так они подъехали к его шалашу. А в шалаше все вверх дном, пыль и грязь по колено. Наран Сэсэг все прибрала, подмела, убрала всю грязь в жилище.
Семь учеников тибетского ламы сидят у реки и ждут. В это время, качаясь на волнах, плывет деревянный ящик.
— Вот он и есть! — поняли семеро учеников тибетского ламы и железными крюками вытащили его на берег.
— Что же в нем может быть? — гадали семь учеников. Затем они подняли ящик с четырех сторон, отнесли и поставили перед божницей тибетского ламы.
— Ну, хорошо, что принесли. Не открывали ящик, не сломали? — спрашивает тибетский лама.
— Нет, принесли целехоньким, — отвечают те.
— Ну, мои семь учеников! Идите, пока не перевалите семь перевалов, возвратитесь на другой день, — наказал тибетский лама своим ученикам.
Вышли семь его учеников. Лама решил выпустить Наран Сэсэг и объясниться ей в любви. С нетерпением открыл он ящик.
Вместо девушки Наран Сэсэг из ящика выскочила желтая собака Гуриг, вцепилась ему в горло и растерзала. Назавтра, когда семь учеников тибетского ламы вернулись и открыли дверь, желтая собака Гуриг накинулась на них и всех семерых прикончила.
Парень-пастух возле своей красавицы жены вовсе забросил работу.
— Муж, кончается у нас еда. Сходи принеси зерна гречихи, — говорит Наран Сэсэг.
Муж молчит, сидит, только смотрит на нее — и ни с места.
Тогда Наран Сэсэг нарисовала на бересте свой портрет, очень похожий на оригинал, и подала мужу.
Тот сел на своего сивого быка и поехал, держа портрет перед собой. Вдруг поднялся черный вихрь и унес портрет его жены.
Парень-пастух весь в слезах вернулся в свой шалаш и поведал жене о случившемся.
— Ой, трудно будет нам жить вдвоем. Хан из другого государства давно интересуется мной. Если в руки ему попадет мой портрет, то по горячим следам преследуя, остывшие слезы отыскивая, найдет меня. Если он прядет, как защищаться нам? Кроме железной лопаты твоей, Ничего ведь нет. У меня же иголка да наперсток, — так говорила Наран Сэсэг.
Сидят они, обнявшись. Смотрят вверх, смеются, опуская глаза, плачут.
Страница 1 из 3
