Сбор урожая

— И такой крепкий.

— И старый осел сказал: «Он должен быть у нас, раз наш хозяин самый богатый человек. Он совсем не подходит этим беднякам.» — Не могу никак понять, как это они его заполучили, — размышлял дальше осел богача.

Маленький ослик Марии все слышал и посмеивался, идя с корзинами домой. Ему приходилось часто сновать между оливковой рощей и домом Иосифа. Но однажды днем Иосиф провел ослика мимо своего дома, к Юдифи.

— Это нужно сделать, Иосиф, — попросила: Мария.

— Как может бедная женщина сама ходить к оливам?

— Ты права, Мария, — согласился с ней Иосиф.

— Нам достался лучший в мире осел, и помогать соседям — это то немногое, чем мы можем выразить Богу нашу благодарность. Но время идет, а тебе все не удается отдохнуть.

— Скоро зима, — сказала Мария.

— Тогда и отдохнем, и я, и мой замечательный ослик.

— Что ж поделаешь, отдыхать мне или нет, это только Мария может решать, — думал ослик.

Но когда закончился сбор урожая, ослику пришлось сопровождать Иосифа.

Жара, почти иссушившая долину и холмы, кончилась. Стало холодно. Иосиф брал осла и отправлялся подальше, чтобы принести дров. До позднего вечера искал Иосиф сухие сучья, привязывая их на спину маленького ослика. Им приходилось уходить довольно далеко, чтобы что-то найти. Вокруг Назарета было мало дров, да и другие бедняки тоже собирали за городом.

Однажды, когда Иосиф с ослом ушли особенно далеко, на небе сгустились черные тучи. Солнце спряталось, и стало очень темно, хотя был всего первый час пополудни. С моря подул холодный ветер.

— Видно, будет дождь, — порадовался Иосиф.

— Земля не может больше жаждать. Ручьи и источники снова наполнятся водой, и звери смогут пить сколько хотят. Это замечательно, что дождь!

Маленький ослик, напротив, не любил дождя. Фуй, нет, он такой неприятно мокрый и холодный. Но раз Иосифу так хочется, пусть уж будет. Но все-таки он тосковал по дому, по сухому, теплому хлеву. И нетерпеливо переступал.

— Ну-ну, маленький ослик, — увещевал его Иосиф.

— Нам надо бы сегодня побольше хвороста принести домой. Может быть, утром нас дождь и не выпустит из дома. Я знаю одно место, чуть дальше на север, мы наверняка там что-то найдем.

Ослику пришлось тащиться за Иосифом дальше. Он был уже совсем готов заупрямиться. Внезапно ему представилось, как он вдруг растопырится, упрется и отпрыгнет. Иосифу придется его ловить, и они вернутся в хлев, думал он.

Но тут он вспомнил про ребенка. Ребенка, которого он, может быть, будет когда-нибудь катать на спине. Ему надо быть послушным, чтобы Иосиф сделал такое удобное маленькое седло. И он уступчиво засеменил.

— Ты славный, самый прилежный маленький осел, — похвалил Иосиф.

— Ты, наверное, и сам понимаешь, что мы должны собрать для Марии много дров. Ей нужно держать дом теплым, чтобы наш малыш не озяб.

— Ослик устыдился своих некрасивых мыслей.

Когда они дошли до того места, о котором говорил Иосиф, они нашли там довольно много веток. Иосиф нагрузил так, что ослик едва мог тащить. «Теперь возвращаемся, — сказал Иосиф.»

— Я пойду рядом и буду поддерживать вязанку.«Между тем наступили сумерки. Ветер дул все сильнее и сильнее, и начался дождь. Пошел действительно сильный ливень. Дождь сек их в глаза, так что они оба почти ничего не видели. С трудом шли они вперед. Скоро Иосиф остановился. Он озирался и пытался найти путь. Это было невозможно. Иосиф и ослик сбились с дороги.»

— Нам надо держаться левее, — думал Иосиф и тянул вожжи. Но маленький ослик устремился вправо. Они ведь оттуда пришли. Почему это Иосифу хочется в другую сторону? «Иди сюда», — просил Иосиф и тащил изо всех сил.

Тогда ослик уселся на задние ноги: он и шагу не сделает в сторону от дома!

— Ну не упрямься, — умолял Иосиф.

— Ты был в последнее время так понятлив и благоразумен. Мы должны помогать друг другу, чтобы вернуться домой к Марии, пока не наступила ночь.

Но именно этого и хотел маленький ослик. Сколько Иосиф его ни тянул, он не сдвинулся с места. Чтобы подтянуть ослабевшую веревку, Иосиф на мгновение выпустил вожжи. Осел словно этого и ждал. Он тут же вскочил и побежал направо. Иосиф остался сзади и закричал: «Стой! Стой! Мы заблудимся! Стой!» Осел подпустил его так близко, что Иосиф едва не схватил его за вожжи, и снова поспешно отбежал. Усталому и озабоченному Иосифу приходилось догонять. Он уже боялся совсем потерять маленького ослика Марии.

Вдруг осел остановился и закричал. Иосиф его почти не видел в темноте, но слышал его ликующее: Иа! Иа!

Наконец-то Иосифу удалось схватить осла за вожжи. Он осмотрелся и пришел в крайнее удивление: они стояли прямо перед городскими воротами Назарета. «Ну и ну!, — поразился Иосиф.»

— Глазам своим не верю! Мы в Назарете!