Много лет тому назад — тысячу, а может, и больше — наши деды и прадеды, люди кота, добывали себе пропитание тем, что каждый день на охоту ходили. Вот однажды пришли охотники в лес и видят: сидит на баньяновом дереве птичка карваки и жалобно так заливается: «Чик-чик-чик-чик-чик!» А у нас, на земле кота, птичку карваки все любят. Есть у нас такое поверье: если встретится тебе на пути эта маленькая пичужка и прощебечет она свою песенку — значит, будет тебе в этот день удача во всех делах…
5 мин, 29 сек 2646
Вот и решили охотники узнать, какое у птички горе. Подошли они к дереву и спрашивают:
— Отчего ты, птичка карваки, плачешь? А она им в ответ:
— Беда большая… Я в дупле этого баньяна гнездо себе устроила, вывела птенцов, пищу им носила. И нынче утром полетела я за червяками и мошками для моих деток, вернулась, а дупло-то за это время совсем заросло! Как же мне теперь быть? Как мне деток своих накормить? Ведь они там, бедные, с голоду помирают! Помогите, люди добрые!
Призадумались охотники:
— Чем же мы-то тебе можем помочь? Разве вот что: есть у нас в деревне плотник, попроси его. Он сюда придет, долотом в стволе дырку проделает, вот птенчики наружу и выйдут.
Полетела птичка в деревню и прямо к плотнику:
— Помоги, отец! Устроила я себе гнездо в дупле дерева, а дупло это срослось совсем… Пойди в лес, проруби дупло, освободи моих птенчиков.
— Вот еще! — говорит плотник.
— Ишь ты, дочь бритоголовой матери, выдумала чего! Что у меня — дел других нет? Ступай прочь, зови на помощь кого хочешь. У тебя свои заботы, у меня — свои… Горько заплакала несчастная карваки. Стала она думать: «Что ж мне делать теперь? Может, хоть жена его уговорить сможет»… Полетела она к плотничихе — та в это время корову с теленком в хлев загоняла,-стала ее просить:
— Смилуйся надо мной, матушка! Мои птенцы с голоду помирают. Скажи ты мужу, пусть он в дереве дупло прорубит, бедных моих деток от смерти спасет.
— Пошла прочь, скверная пичуга! — отвечает ей плот-ничиха.
— Нет у мепя времени с тобой болтать, видишь: делом занята… Убирайся отсюда!
Пуще прежнего заплакала птичка. Подлетела она к корове, взмолилась:
— Помоги мне, сестрица корова! И хозяина твоего я просила, и хозяйку твою, да не хотят они моему горю помочь… Спаси ты моих птенчиков, скажи хозяйке, чтобы она мужа уговорила в лес пойти, прорубить в дереве дупло… Пригрози ей, что молока не дашь… — Н-ну, нет! — промычала в ответ корова.
— Да никак ты с горя ума лишилась? Стану я из-за тебя с хозяевами ссориться? Они меня, чего доброго, кормить перестанут! Нет, не мое это дело.
Кинулась птичка карваки к теленку, стала его умолять:
— Теленочек, миленький, и хозяина твоего я просила, и хозяйку твою я просила, и матушку твою корову просила — не хотят они моей беде помочь. Может, хоть ты надо мной сжалишься, скажешь матушке корове, чтобы она хозяйку попросила уговорить хозяина моих птенцов выручить… Но теленок только головой помотал:
— Нет, куда уж мне, я еще маленький… Защемило от боли сердце у бедной птички карваки.
«Пропали совсем мои детки! — думает она.
— Вернусь-ка я лучше в лес, хоть рядом с ними побуду»… Полетела карваки в лес, села на большой куст сирени и плачет. Мимо тигр шел. Увидел, что плачет карваки, остановился, спросил.
— Что с тобой, сестричка, стряслось, о чем горюешь? Отвечала ему карваки:
— Я, братец тигр, о том горюю, что живу еще здесь, на земле, где мои птенцы с голоду умирают, и никто вокруг им помочь не хочет… Выслушал тигр ее рассказ и говорит:
— Я тебя научу, что делать. Этот плотник сейчас сам сюда прибежит и твоих детей освободит… — Да как же это? — спрашивает карваки.
— А вот как: кто в лесу тебе подчиняется, любой твой приказ исполнить готов? Только жук-наездник! Вот и поймай ты этого жука, клюнь его хорошенько в голову, а как он запросит пощады, возьми его в клюв и отнеси в деревню к дому плотника. Когда плотник станет корову доить, а теленок материнское вымя сосать, прикажи жуку теленка за хвост укусить. Пусть вцепится как можно крепче и не отпускает… Ну, а дальше сама увидишь… Поблагодарила карваки тигра и полетела жука-наездника искать. Видит: ползет жук-наездник по дороге… В миг один налетела на него карваки, схватила, клюнула раз, клюнула другой… Понял жук, что дела его плохи, взмолился:
— Пощади меня, могучая птица! Все сделаю, что ты мне прикажешь… Карваки жука схватила и — скорей в деревню, к дому плотника. А плотник в это время собирался корову доить. Взял он подойник и пошел на скотный двор, а жене велел корову из хлева выгнать и теленка к ней привести. Плот-ничиха поймала теленка, подвела его к корове и ткнула мордой — в вымя, а плотник с подойником рядом пристроился — ждет, когда можно будет. дойку начинать. Вот тут-то птичка карваки клюв раскрыла, жука-наездника выпустила и говорит ему:
— Хватай теленка за хвост! Держи крепче, не отпус-кай, пока не скажу!
Жук-наездник крылья растопырил, да как вцепится теленку в самый кончик хвоста! Теленок от боли света невзвидел и, что было силы, укусил свою мать за вымя, а потом во всю прыть побежал по дороге в лес. Подпрыгнула корова на всех четырех копытах, да как со всего маху боднет плотника рогами! И тоже вслед за теленком в лес побежала. Плотник отлетел на десять шагов в сторону, еле-еле поднялся, нащупал на земле палку, да свою жену палкой вдоль спины как хрястнет — раз, да другой, да третий!
— Отчего ты, птичка карваки, плачешь? А она им в ответ:
— Беда большая… Я в дупле этого баньяна гнездо себе устроила, вывела птенцов, пищу им носила. И нынче утром полетела я за червяками и мошками для моих деток, вернулась, а дупло-то за это время совсем заросло! Как же мне теперь быть? Как мне деток своих накормить? Ведь они там, бедные, с голоду помирают! Помогите, люди добрые!
Призадумались охотники:
— Чем же мы-то тебе можем помочь? Разве вот что: есть у нас в деревне плотник, попроси его. Он сюда придет, долотом в стволе дырку проделает, вот птенчики наружу и выйдут.
Полетела птичка в деревню и прямо к плотнику:
— Помоги, отец! Устроила я себе гнездо в дупле дерева, а дупло это срослось совсем… Пойди в лес, проруби дупло, освободи моих птенчиков.
— Вот еще! — говорит плотник.
— Ишь ты, дочь бритоголовой матери, выдумала чего! Что у меня — дел других нет? Ступай прочь, зови на помощь кого хочешь. У тебя свои заботы, у меня — свои… Горько заплакала несчастная карваки. Стала она думать: «Что ж мне делать теперь? Может, хоть жена его уговорить сможет»… Полетела она к плотничихе — та в это время корову с теленком в хлев загоняла,-стала ее просить:
— Смилуйся надо мной, матушка! Мои птенцы с голоду помирают. Скажи ты мужу, пусть он в дереве дупло прорубит, бедных моих деток от смерти спасет.
— Пошла прочь, скверная пичуга! — отвечает ей плот-ничиха.
— Нет у мепя времени с тобой болтать, видишь: делом занята… Убирайся отсюда!
Пуще прежнего заплакала птичка. Подлетела она к корове, взмолилась:
— Помоги мне, сестрица корова! И хозяина твоего я просила, и хозяйку твою, да не хотят они моему горю помочь… Спаси ты моих птенчиков, скажи хозяйке, чтобы она мужа уговорила в лес пойти, прорубить в дереве дупло… Пригрози ей, что молока не дашь… — Н-ну, нет! — промычала в ответ корова.
— Да никак ты с горя ума лишилась? Стану я из-за тебя с хозяевами ссориться? Они меня, чего доброго, кормить перестанут! Нет, не мое это дело.
Кинулась птичка карваки к теленку, стала его умолять:
— Теленочек, миленький, и хозяина твоего я просила, и хозяйку твою я просила, и матушку твою корову просила — не хотят они моей беде помочь. Может, хоть ты надо мной сжалишься, скажешь матушке корове, чтобы она хозяйку попросила уговорить хозяина моих птенцов выручить… Но теленок только головой помотал:
— Нет, куда уж мне, я еще маленький… Защемило от боли сердце у бедной птички карваки.
«Пропали совсем мои детки! — думает она.
— Вернусь-ка я лучше в лес, хоть рядом с ними побуду»… Полетела карваки в лес, села на большой куст сирени и плачет. Мимо тигр шел. Увидел, что плачет карваки, остановился, спросил.
— Что с тобой, сестричка, стряслось, о чем горюешь? Отвечала ему карваки:
— Я, братец тигр, о том горюю, что живу еще здесь, на земле, где мои птенцы с голоду умирают, и никто вокруг им помочь не хочет… Выслушал тигр ее рассказ и говорит:
— Я тебя научу, что делать. Этот плотник сейчас сам сюда прибежит и твоих детей освободит… — Да как же это? — спрашивает карваки.
— А вот как: кто в лесу тебе подчиняется, любой твой приказ исполнить готов? Только жук-наездник! Вот и поймай ты этого жука, клюнь его хорошенько в голову, а как он запросит пощады, возьми его в клюв и отнеси в деревню к дому плотника. Когда плотник станет корову доить, а теленок материнское вымя сосать, прикажи жуку теленка за хвост укусить. Пусть вцепится как можно крепче и не отпускает… Ну, а дальше сама увидишь… Поблагодарила карваки тигра и полетела жука-наездника искать. Видит: ползет жук-наездник по дороге… В миг один налетела на него карваки, схватила, клюнула раз, клюнула другой… Понял жук, что дела его плохи, взмолился:
— Пощади меня, могучая птица! Все сделаю, что ты мне прикажешь… Карваки жука схватила и — скорей в деревню, к дому плотника. А плотник в это время собирался корову доить. Взял он подойник и пошел на скотный двор, а жене велел корову из хлева выгнать и теленка к ней привести. Плот-ничиха поймала теленка, подвела его к корове и ткнула мордой — в вымя, а плотник с подойником рядом пристроился — ждет, когда можно будет. дойку начинать. Вот тут-то птичка карваки клюв раскрыла, жука-наездника выпустила и говорит ему:
— Хватай теленка за хвост! Держи крепче, не отпус-кай, пока не скажу!
Жук-наездник крылья растопырил, да как вцепится теленку в самый кончик хвоста! Теленок от боли света невзвидел и, что было силы, укусил свою мать за вымя, а потом во всю прыть побежал по дороге в лес. Подпрыгнула корова на всех четырех копытах, да как со всего маху боднет плотника рогами! И тоже вслед за теленком в лес побежала. Плотник отлетел на десять шагов в сторону, еле-еле поднялся, нащупал на земле палку, да свою жену палкой вдоль спины как хрястнет — раз, да другой, да третий!