В прежние времена, говорят, свахи не торопились довести дело до свадьбы, пока не подъедят куль риса в двенадцать манов весом. А как подойдет рис к концу, тут и заспешат свадьбу устроить. В те поры, говорят, все их очень боялись и обходились с ними с большим почтеньем: неровен час, возьмут да ославят и отпугнут сватов. Вот для того чтобы свахи женихов не отпугивали, их и встречали с почетом.
2 мин, 47 сек 12834
В прежние времена, сами знаете, везде леса были. В те поры тигры и леопарды поедали много людей. Жил тогда один человек, сватовством занимался. По этим делам ему много случалось ходить из деревни в деревню, а дорога шла через лес. Тут, говорят, и приметил его леопард. «Дай срок, — говорит, — я его съем». Вот что решил леопард.
А тут как раз этого человека послали за рисом. Говорят ему:
— День свадьбы подходит. Поди попроси у них и принеси нам два куля рису, чтобы было чем гостей встретить.
— Раз так, — отвечает тот, — я сегодня сразу пойду. Давайте мешок.
Тогда они его покормили, а как кончил он есть, отыскали мешок. Вскинул он мешок на плечо и пошел. Ну а леопард, который его съесть надумал, был самкой, и человек этот, конечно, не знал, что леопард его хочет съесть в тот самый день. Идет он себе по дороге, по сторонам не оглядывается, а леопард, только его заметил, забежал вперед и лег, притаился.
Тут и случилось, друзья, — видно, то Чандо чудные дела свои показал, — что человек вдруг увидел леопарда, который в засаде лежал. И сразу же тут, говорят, будто что-то толкнуло его заговорить.
— Не ешь меня, леопард, — сказал он.
— Я из одного двоих делаю.
Тут леопард, видно, смекнул, в чем дело, и спрашивает:
— Ты и вправду двоих из одного делаешь?
— Истинная правда, — говорит тот.
— А из меня двоих можешь сделать?
— Да, — говорит.
— Я бы мог из тебя двоих сделать. Только давай сперва отойдем отсюда немного.
— Зачем? — спрашивает леопард.
— Разве здесь, на этом месте, ты из меня двоих сделать не можешь?
— Могу, — отвечает он.
— Только, видишь, здесь ведь дорога. Я свое дело начну, а тут кто-нибудь подойдет, помешает. Вот я тебе и говорю: пойдем отсюда в сторонку. Там я из тебя двоих сделаю.
Видит леопард, он не зря так говорит, и согласился:
— Ладно, пойдем.
Остановился человек около речки и говорит леопарду:
— Иди сюда и залезай в этот мешок.
Сказать по правде, леопард к нему подошел и забрался в мешок. А тот завязал мешок крепко-накрепко и говорит леопарду, говорит, когда его в мешок посадил:
— Смотри, что ни стану я с тобой делать, ты ни слова не говори. Если хоть чуть голос подашь, знай: вся моя волшебная сила пропала зазря — двоих из тебя не получится. А будешь молчать — сразу станет вас двое.
Сказал он так, говорят, завязал мешок крепко-накрепко, приволок его на самый берег и швырнул прямо в речку.
И вот — чудны дела твои, Чандо, — леопард, говорят, не захлебнулся в воде; поплыл он в мешке по течению — только покачивает его вверх да вниз.
А ниже по речке лежал самец-леопард, ждал добычи. Увидел мешок, в котором самка плыла, и подумал: «Не корову ли это несет?» Как мешок с ним поравнялся, он прыгнул в воду, схватил его зубами и выволок на берег. Оттащил подальше на сушу, стал рвать, а оттуда самка как выпрыгнет. Встретились они, поговорили и стали мужем и женой. Так из одного леопарда два стало.
Тут самка и говорит:
— И впрямь тот человек правду сказал. Сама вижу, была я одна, а теперь нас двое. Такая я стала счастливая.
И велела она, чтобы об этом рассказали всем леопардам, и сама им сказала: «Отныне не ешьте свах. Не будем их есть».
С той поры, говорят, свахи могут всюду ходить в самое позднее время, какая бы тьма ни стояла, — ничего с ними не приключится. И ходят они спокойные, безо всякого страха.
Вот как сосватали леопарда.
А тут как раз этого человека послали за рисом. Говорят ему:
— День свадьбы подходит. Поди попроси у них и принеси нам два куля рису, чтобы было чем гостей встретить.
— Раз так, — отвечает тот, — я сегодня сразу пойду. Давайте мешок.
Тогда они его покормили, а как кончил он есть, отыскали мешок. Вскинул он мешок на плечо и пошел. Ну а леопард, который его съесть надумал, был самкой, и человек этот, конечно, не знал, что леопард его хочет съесть в тот самый день. Идет он себе по дороге, по сторонам не оглядывается, а леопард, только его заметил, забежал вперед и лег, притаился.
Тут и случилось, друзья, — видно, то Чандо чудные дела свои показал, — что человек вдруг увидел леопарда, который в засаде лежал. И сразу же тут, говорят, будто что-то толкнуло его заговорить.
— Не ешь меня, леопард, — сказал он.
— Я из одного двоих делаю.
Тут леопард, видно, смекнул, в чем дело, и спрашивает:
— Ты и вправду двоих из одного делаешь?
— Истинная правда, — говорит тот.
— А из меня двоих можешь сделать?
— Да, — говорит.
— Я бы мог из тебя двоих сделать. Только давай сперва отойдем отсюда немного.
— Зачем? — спрашивает леопард.
— Разве здесь, на этом месте, ты из меня двоих сделать не можешь?
— Могу, — отвечает он.
— Только, видишь, здесь ведь дорога. Я свое дело начну, а тут кто-нибудь подойдет, помешает. Вот я тебе и говорю: пойдем отсюда в сторонку. Там я из тебя двоих сделаю.
Видит леопард, он не зря так говорит, и согласился:
— Ладно, пойдем.
Остановился человек около речки и говорит леопарду:
— Иди сюда и залезай в этот мешок.
Сказать по правде, леопард к нему подошел и забрался в мешок. А тот завязал мешок крепко-накрепко и говорит леопарду, говорит, когда его в мешок посадил:
— Смотри, что ни стану я с тобой делать, ты ни слова не говори. Если хоть чуть голос подашь, знай: вся моя волшебная сила пропала зазря — двоих из тебя не получится. А будешь молчать — сразу станет вас двое.
Сказал он так, говорят, завязал мешок крепко-накрепко, приволок его на самый берег и швырнул прямо в речку.
И вот — чудны дела твои, Чандо, — леопард, говорят, не захлебнулся в воде; поплыл он в мешке по течению — только покачивает его вверх да вниз.
А ниже по речке лежал самец-леопард, ждал добычи. Увидел мешок, в котором самка плыла, и подумал: «Не корову ли это несет?» Как мешок с ним поравнялся, он прыгнул в воду, схватил его зубами и выволок на берег. Оттащил подальше на сушу, стал рвать, а оттуда самка как выпрыгнет. Встретились они, поговорили и стали мужем и женой. Так из одного леопарда два стало.
Тут самка и говорит:
— И впрямь тот человек правду сказал. Сама вижу, была я одна, а теперь нас двое. Такая я стала счастливая.
И велела она, чтобы об этом рассказали всем леопардам, и сама им сказала: «Отныне не ешьте свах. Не будем их есть».
С той поры, говорят, свахи могут всюду ходить в самое позднее время, какая бы тьма ни стояла, — ничего с ними не приключится. И ходят они спокойные, безо всякого страха.
Вот как сосватали леопарда.