Давным-давно это было. Жили-были старик со старухой, и у них было много скота. Вскоре мать почувствовала приближение смерти, сделала завещание — половиной проданного имущества сделать поминки. Так братья и поступили. Вскоре умер и отец. Перед смертью отец попросил сыновей три ночи ночевать на его могиле.
Добавить в моё избранное
12 мин, 8 сек 18473
А хан тем временем попросил трех дочерей найти себе суженых среди присутствующих в ханском дворце. Выбор двоих дочерей пал на очень красивых юношей, а младшая узнала Нусха My, который был в грязной одежонке, в ветхом тулупчике, и выбрала его. Хан взял старших дочерей вместе с женихами в ханский дворец, а младшую дочь, разозлившись на ее выбор, оставил в маленьком домике из травы.
Вскоре началась война, и хан отправился на войну вместе с мужьями старших дочерей, младшей же сказал, злясь на дочь: «Если бы ты вышла замуж за достойного человека, я бы взял его с собой на войну».
Вдруг ханше приснился плохой сон о том, что хана ранило в бою. И об этом сне она поведала мужу младшей дочери Нусха My. Попросила она также Нусха My навестить хана, чтобы узнать, как обстоят у него дела. Послушался Нусха My ханшу и отправился в далекий путь на плохонькой лошаденке, но потом ее оставил, а сам оседлал красивого коня, который появился из волоска, подаренного отцом. Сам он также переоделся в красивую одежду. Оседлал он черного скакуна и поскакал.
Вскоре он прибыл на поле битвы. Хан, весь израненный, попросил у него помощи. Быстро поднялся Нусха My, вытащил меч и стал уничтожать врагов, разрубая их на две части. Тут Нусха My сильно ранили, и он не знал, чем перевязать свои раны, тогда хан перевязал его рану шелковой накидкой — оркомджи. Прибыл он после битвы домой, взял ханский оркомджи с собой, а из гривы коня вырвал волосок. После этого его конь ускакал. А сам он, переодевшись в ветхую одежду, отправился домой.
После боев возвратился хан, весь усталый и измученный. Сказали хану, что он должен пить суп-шолюн из мяса сайгака. Послал хан за сайгаками своих старших зятьев, но, немного времени подождав их с добычей, сказал зятю Нусха My: «Отправляйся за сайгаком!» Уехав за край хотона, Нусха My вытащил сероватый волосок, подаренный ему отцом, поджег его, и перед ним предстал конь серой масти, уже оседланный, а красивая одежда, предназначенная Нусха My, привязана была к седлу.
Нусха My сбросил ветхую одежонку, быстро переоделся и стал искать двух ханских зятьев. Они никак не могли подстрелить сайгаков. Схватил Нусха My ружье и со словами: «Пусть верхний слой мяса станет ядом, а внутренний — пусть станет целебным аршаном» — подстрелил сайгака.
Тут Нусха My с добычей увидели ханские зятья и говорят ему: «Нашему хану срочно нужно выпить суп из сайгачатины, иначе он не выздоровеет». Нусха My согласился отдать сайгака, но только в обмен на мизинец одного зятя и на мочку уха другого зятя. Согласились ханские зятья на условия Нусха My, схватили тушку сайгака и поехали с добычей в ханский дворец, где их уже ждали с нетерпением. Быстро сварили слуги хана сайгачий суп. Попробовал хан его, и ему еще тяжелее стало.
Нусха My также прибыл домой, надев по пути свою обычную ветхую одежонку. Приказал он сварить внутренности сайгака, которые ленивые старшие зятья не стали брать с собой, а сваренные внутренности отнести хану. Вскоре младшая дочь со словами, что сваренный дотур — внутренности — не станет ядом для отца, поставила его перед отцом. Попробовал хан еду, которую принесла младшая дочь. Показалась она ему очень вкусной, съел он все и выздоровел.
Прошло немного времени, и хан решил испытать своих старших зятьев. Призвал он их к себе и говорит: «У нас есть давно кобылица, которая приносит приплод только в безлюдной выгоревшей степи. Как только у нее появляется жеребенок величиной с ладонь, его уносит черная туча величиной со шкуру быка. Надо забрать жеребенка у кобылицы прежде, чем его возьмет с собой черная туча». Так приказал хан.
Поехали два ханских зятя в безлюдную белую степь. Настала ночь, и они увидели, как появился жеребенок, которого унесла туча. Забрать с собой жеребенка они не смогли. Вернулись они домой ни с чем. Тогда младшая дочь просит отца: «Отец, пусть мой муж испробует свои силы. Пусть он попытается спасти жеребенка».
— «Пусть испробует свои силы», — сказал хан, и отправился Нусха My в путь по поручению хана. Хану ничего не оставалось делать, как послать Нусха My: старшие зятья так и вернулись ни с чем.
Снарядили они Нусха My в дорогу. Для его неказистого коня сделали вожжи из веревки. Выехал он из хотона, отпустил восвояси своего неказистого коня, а сам вытащил желтоватый волосок и поджег его. Тут же появился красиво снаряженный конь, принес он также с собой боевое оружие для Нусха My. Снял Нусха дырявую ветхую одежду и переоделся в богатырскую одежду. Помчался он, не жалея своего богатырского коня, и прибыл в то место в безлюдной степи, где рождался у кобылицы жеребенок.
Стал он незаметно от кобылицы следить за ней. Наконец у нее появился жеребенок. Не успела черная туча, величиной с бычью шкуру, схватить жеребенка, как Нусха My выстрелил. И вдруг после выстрела на землю упал огонь, величиной с кулак. Когда он подъехал и посмотрел на блестящий предмет поближе, он увидел золотое кольцо.
Вскоре началась война, и хан отправился на войну вместе с мужьями старших дочерей, младшей же сказал, злясь на дочь: «Если бы ты вышла замуж за достойного человека, я бы взял его с собой на войну».
Вдруг ханше приснился плохой сон о том, что хана ранило в бою. И об этом сне она поведала мужу младшей дочери Нусха My. Попросила она также Нусха My навестить хана, чтобы узнать, как обстоят у него дела. Послушался Нусха My ханшу и отправился в далекий путь на плохонькой лошаденке, но потом ее оставил, а сам оседлал красивого коня, который появился из волоска, подаренного отцом. Сам он также переоделся в красивую одежду. Оседлал он черного скакуна и поскакал.
Вскоре он прибыл на поле битвы. Хан, весь израненный, попросил у него помощи. Быстро поднялся Нусха My, вытащил меч и стал уничтожать врагов, разрубая их на две части. Тут Нусха My сильно ранили, и он не знал, чем перевязать свои раны, тогда хан перевязал его рану шелковой накидкой — оркомджи. Прибыл он после битвы домой, взял ханский оркомджи с собой, а из гривы коня вырвал волосок. После этого его конь ускакал. А сам он, переодевшись в ветхую одежду, отправился домой.
После боев возвратился хан, весь усталый и измученный. Сказали хану, что он должен пить суп-шолюн из мяса сайгака. Послал хан за сайгаками своих старших зятьев, но, немного времени подождав их с добычей, сказал зятю Нусха My: «Отправляйся за сайгаком!» Уехав за край хотона, Нусха My вытащил сероватый волосок, подаренный ему отцом, поджег его, и перед ним предстал конь серой масти, уже оседланный, а красивая одежда, предназначенная Нусха My, привязана была к седлу.
Нусха My сбросил ветхую одежонку, быстро переоделся и стал искать двух ханских зятьев. Они никак не могли подстрелить сайгаков. Схватил Нусха My ружье и со словами: «Пусть верхний слой мяса станет ядом, а внутренний — пусть станет целебным аршаном» — подстрелил сайгака.
Тут Нусха My с добычей увидели ханские зятья и говорят ему: «Нашему хану срочно нужно выпить суп из сайгачатины, иначе он не выздоровеет». Нусха My согласился отдать сайгака, но только в обмен на мизинец одного зятя и на мочку уха другого зятя. Согласились ханские зятья на условия Нусха My, схватили тушку сайгака и поехали с добычей в ханский дворец, где их уже ждали с нетерпением. Быстро сварили слуги хана сайгачий суп. Попробовал хан его, и ему еще тяжелее стало.
Нусха My также прибыл домой, надев по пути свою обычную ветхую одежонку. Приказал он сварить внутренности сайгака, которые ленивые старшие зятья не стали брать с собой, а сваренные внутренности отнести хану. Вскоре младшая дочь со словами, что сваренный дотур — внутренности — не станет ядом для отца, поставила его перед отцом. Попробовал хан еду, которую принесла младшая дочь. Показалась она ему очень вкусной, съел он все и выздоровел.
Прошло немного времени, и хан решил испытать своих старших зятьев. Призвал он их к себе и говорит: «У нас есть давно кобылица, которая приносит приплод только в безлюдной выгоревшей степи. Как только у нее появляется жеребенок величиной с ладонь, его уносит черная туча величиной со шкуру быка. Надо забрать жеребенка у кобылицы прежде, чем его возьмет с собой черная туча». Так приказал хан.
Поехали два ханских зятя в безлюдную белую степь. Настала ночь, и они увидели, как появился жеребенок, которого унесла туча. Забрать с собой жеребенка они не смогли. Вернулись они домой ни с чем. Тогда младшая дочь просит отца: «Отец, пусть мой муж испробует свои силы. Пусть он попытается спасти жеребенка».
— «Пусть испробует свои силы», — сказал хан, и отправился Нусха My в путь по поручению хана. Хану ничего не оставалось делать, как послать Нусха My: старшие зятья так и вернулись ни с чем.
Снарядили они Нусха My в дорогу. Для его неказистого коня сделали вожжи из веревки. Выехал он из хотона, отпустил восвояси своего неказистого коня, а сам вытащил желтоватый волосок и поджег его. Тут же появился красиво снаряженный конь, принес он также с собой боевое оружие для Нусха My. Снял Нусха дырявую ветхую одежду и переоделся в богатырскую одежду. Помчался он, не жалея своего богатырского коня, и прибыл в то место в безлюдной степи, где рождался у кобылицы жеребенок.
Стал он незаметно от кобылицы следить за ней. Наконец у нее появился жеребенок. Не успела черная туча, величиной с бычью шкуру, схватить жеребенка, как Нусха My выстрелил. И вдруг после выстрела на землю упал огонь, величиной с кулак. Когда он подъехал и посмотрел на блестящий предмет поближе, он увидел золотое кольцо.
Страница 2 из 4
