Давным-давно это было. Жили-были старик со старухой, и у них было много скота. Вскоре мать почувствовала приближение смерти, сделала завещание — половиной проданного имущества сделать поминки. Так братья и поступили. Вскоре умер и отец. Перед смертью отец попросил сыновей три ночи ночевать на его могиле.
Добавить в моё избранное
12 мин, 8 сек 18474
Схватил он волшебное кольцо и быстро приехал в родной нутук, сняв сначала богатырскую одежду и переодевшись в дырявую ветхую рубаху. А кольцо он отдал жене, и она его куда-то спрятала. И остался он сидеть дома как ни в чем не бывало.
А старшим зятьям хан опять дает задание. На этот раз они должны пригнать с неба табун лошадей: так выросли уже жеребята, что не помещаются в небесном пространстве. И их надо пригнать в ханский нутук. А жена хана давно доняла, что ее старшие зятья не смогут пригнать табун лошадей, и говорит хану: «Надо еще и Нусха My отправить, хоть и считается, что на него мало надежды». Но сколько она ни просила, хан был против отправки Нусха My за табуном коней. Но, в конце концов, поддавшись на уговоры ханши, он решил отправить и Нусха My. Надел Нусха My плохонькую одежонку, коня снарядил кое-как и отправился в далекий путь. Но на краю хотона оставил он свою лошадку и зажег желтоватый волосок, дарованный ему отцом.
И тут же прилетел крылатый конь, богато снаряженный, уже оседланный, а к седлу была приторочена красивая одежда, предназначенная для Нусха My. Оседлал крылатого коня Нусха My и полетел на небо в поисках табуна. Увидели его два старших зятя и догадались, что этот богатырь и есть Нусха My, и договорились меж собой, что они отберут у него табун.
А Нусха My в поисках табуна стал ходить по небу и вдруг увидел перед собой дворец. А за дворцом он заметил похищенный табун лошадей. Когда он подошел ко дворцу, то увидел женщину, которая стирала белье. Спросил он, где ее муж. Она ответила, что он крепко спит. Когда Нусха My вошел во дворец, то увидел мужчину. Выхватил Нусха My меч из ножен и изрубил его на мелкие кусочки. Нусха My отправился дальше в дорогу, прихватив с собой добычу — табун лошадей. Спустился он с небес на землю и видит перед собой большой белый дворец. Вдруг заговорил его конь: «В этот дом не заходи, в этом доме хотят тебя убить». Но зашел он в дом, и его стали усаживать на почетное место, усадили его на белый ковер-ширдык. А под этим ширдыком была вырыта яма глубиной в девяносто девять саженей. Туда и упал Нусха My, забыв о словах коня. Упал он так сильно, что все кости переломал.
А эту западню устроили Нусха My два ханских зятя, которые тут же угнали табун. И ускакали в сторону ханского дворца.
Между тем Нусха My не знал, как выбраться из подземелья — тама, глубина которого девяносто девять саженей. Долго он лежал. Вдруг видит, что мимо него ползет муравей с поломанной ногой. Взял муравей листочек травы, тер-тер свою рану, быстро излечился и вылез наружу. Обрадовался Нусха My и повторил действия муравья, и также быстро излечился. Не знал Нусха My, как выбраться ему из ямы. И тут он видит, что около ямы остановился волк, а его девяностосаженный хвост был опущен на радость Нусха My в яму. Нусха My вылез из подземелья, схватившись за волчий хвост.
Вылез Нусха My из глубокого подземелья, оседлал коня и поскакал в свой хотон. На краю хотона он снял свою дорогую одежду и снова принял вид несчастного сироты. Вытащил он также ханский оркомджи, а на него положил золотое кольцо так, чтобы отсвет от него достигал дворца хана. Увидел хан свет, который шел из бедной юрты Нусха My, подумал он, что у Нусха My загорелась бедная юрта. И распорядился привезти свою дочь. Но когда хан пришел в бедную юрту, то увидел, что свет идет от золотого кольца, и также увидел шелковый оркомджи черного цвета, подаренный им Нусха My.
Понял тогда хан, что неказистый человек Нусха My — не тот, за кого он себя выдает, а смелый и храбрый человек, достойный всяческих почестей. Пришел он во дворец, велел поставить стол, за которым никогда сам не сидел, а на нем — расставить всякие яства, которые сам никогда не ел. Через слуг позвал хан Нусха My во дворец.
Один раз позвал хан — Нусха My не пришел, второй раз позвал — тот не пришел, только в третий раз соизволил прийти, переодевшись в красивую одежду.
Хан посадил Нусха My рядом с собой, угостил он его всякими яствами, стали они вести меж собой обстоятельный разговор. И тогда Нусха My поведал хану о своих тайных делах. А также задал хану несколько вопросов: «Когда вы были ранены, вы воспользовались помощью всадника на черном коне?» — «Да, помню», — ответил хан. Дальше ведет расспросы Нусха My: «Перевязывали вы рану этому всаднику черным шелковым оркомджи?» Хан ответил утвердительно. И тут Нусха My спросил:«А помните, когда вы пришли с войны и заболели, вас можно было излечить только сайгачьим шолюном? И вы попросили двух зятьев поехать на охоту и добыть сайгака. Но они пришли без добычи. И тогда я отправился за сайгаком, хотя вы были уверены в том, что я никогда его не добуду», — добавил Нусха My.
Опять согласился с его доводами хан.
Вновь продолжил свой рассказ Нусха My: «Вашим зятьям я отдал сайгака, которого я добыл на охоте, но в обмен отрезал мизинец у одного, у другого же отрезал мочку уха». Позвал хан двух зятьев, так и есть: нет мизинца у одного и мочки уха у другого.
А старшим зятьям хан опять дает задание. На этот раз они должны пригнать с неба табун лошадей: так выросли уже жеребята, что не помещаются в небесном пространстве. И их надо пригнать в ханский нутук. А жена хана давно доняла, что ее старшие зятья не смогут пригнать табун лошадей, и говорит хану: «Надо еще и Нусха My отправить, хоть и считается, что на него мало надежды». Но сколько она ни просила, хан был против отправки Нусха My за табуном коней. Но, в конце концов, поддавшись на уговоры ханши, он решил отправить и Нусха My. Надел Нусха My плохонькую одежонку, коня снарядил кое-как и отправился в далекий путь. Но на краю хотона оставил он свою лошадку и зажег желтоватый волосок, дарованный ему отцом.
И тут же прилетел крылатый конь, богато снаряженный, уже оседланный, а к седлу была приторочена красивая одежда, предназначенная для Нусха My. Оседлал крылатого коня Нусха My и полетел на небо в поисках табуна. Увидели его два старших зятя и догадались, что этот богатырь и есть Нусха My, и договорились меж собой, что они отберут у него табун.
А Нусха My в поисках табуна стал ходить по небу и вдруг увидел перед собой дворец. А за дворцом он заметил похищенный табун лошадей. Когда он подошел ко дворцу, то увидел женщину, которая стирала белье. Спросил он, где ее муж. Она ответила, что он крепко спит. Когда Нусха My вошел во дворец, то увидел мужчину. Выхватил Нусха My меч из ножен и изрубил его на мелкие кусочки. Нусха My отправился дальше в дорогу, прихватив с собой добычу — табун лошадей. Спустился он с небес на землю и видит перед собой большой белый дворец. Вдруг заговорил его конь: «В этот дом не заходи, в этом доме хотят тебя убить». Но зашел он в дом, и его стали усаживать на почетное место, усадили его на белый ковер-ширдык. А под этим ширдыком была вырыта яма глубиной в девяносто девять саженей. Туда и упал Нусха My, забыв о словах коня. Упал он так сильно, что все кости переломал.
А эту западню устроили Нусха My два ханских зятя, которые тут же угнали табун. И ускакали в сторону ханского дворца.
Между тем Нусха My не знал, как выбраться из подземелья — тама, глубина которого девяносто девять саженей. Долго он лежал. Вдруг видит, что мимо него ползет муравей с поломанной ногой. Взял муравей листочек травы, тер-тер свою рану, быстро излечился и вылез наружу. Обрадовался Нусха My и повторил действия муравья, и также быстро излечился. Не знал Нусха My, как выбраться ему из ямы. И тут он видит, что около ямы остановился волк, а его девяностосаженный хвост был опущен на радость Нусха My в яму. Нусха My вылез из подземелья, схватившись за волчий хвост.
Вылез Нусха My из глубокого подземелья, оседлал коня и поскакал в свой хотон. На краю хотона он снял свою дорогую одежду и снова принял вид несчастного сироты. Вытащил он также ханский оркомджи, а на него положил золотое кольцо так, чтобы отсвет от него достигал дворца хана. Увидел хан свет, который шел из бедной юрты Нусха My, подумал он, что у Нусха My загорелась бедная юрта. И распорядился привезти свою дочь. Но когда хан пришел в бедную юрту, то увидел, что свет идет от золотого кольца, и также увидел шелковый оркомджи черного цвета, подаренный им Нусха My.
Понял тогда хан, что неказистый человек Нусха My — не тот, за кого он себя выдает, а смелый и храбрый человек, достойный всяческих почестей. Пришел он во дворец, велел поставить стол, за которым никогда сам не сидел, а на нем — расставить всякие яства, которые сам никогда не ел. Через слуг позвал хан Нусха My во дворец.
Один раз позвал хан — Нусха My не пришел, второй раз позвал — тот не пришел, только в третий раз соизволил прийти, переодевшись в красивую одежду.
Хан посадил Нусха My рядом с собой, угостил он его всякими яствами, стали они вести меж собой обстоятельный разговор. И тогда Нусха My поведал хану о своих тайных делах. А также задал хану несколько вопросов: «Когда вы были ранены, вы воспользовались помощью всадника на черном коне?» — «Да, помню», — ответил хан. Дальше ведет расспросы Нусха My: «Перевязывали вы рану этому всаднику черным шелковым оркомджи?» Хан ответил утвердительно. И тут Нусха My спросил:«А помните, когда вы пришли с войны и заболели, вас можно было излечить только сайгачьим шолюном? И вы попросили двух зятьев поехать на охоту и добыть сайгака. Но они пришли без добычи. И тогда я отправился за сайгаком, хотя вы были уверены в том, что я никогда его не добуду», — добавил Нусха My.
Опять согласился с его доводами хан.
Вновь продолжил свой рассказ Нусха My: «Вашим зятьям я отдал сайгака, которого я добыл на охоте, но в обмен отрезал мизинец у одного, у другого же отрезал мочку уха». Позвал хан двух зятьев, так и есть: нет мизинца у одного и мочки уха у другого.
Страница 3 из 4
