Победитель дракона

Пегас, покружив в небе, снова повторил свое нападение. И только сейчас Беллерефон увидел, что первым ударом меча он отсек козлиную голову чудовища, которая теперь беспомощно свисала с его шеи.

Наверное, потому и удвоилась ярость двух оставшихся голов, — львиной и змеиной, — и они жаждали отомстить за свою третью голову. Их громоподобный рев и шипение оглушали человеческое ухо.

— Не бойся, Пегас! — закричал Беллерефон.

— Еще один удар — и мы отсечем вторую голову! Вперед, дружище, и — смелей!

Он снова послал вперед коня, и снова бурей ринулся вниз крылатый конь, и Беллерефон изо всех сил нанес удар по двум оставшимся головам. Но на сей раз и ему это даром не прошло: дракон своими когтями оцарапал левое крыло Пегаса и глубоко поранил плечо Беллерефона. Беллерефон же тоже в долгу не остался: он отсек львиную голову чудища, которая, беззвучно раззевая пасть, уже беспомощно свисала рядом с козлиной головой.

Теперь совсем разъярилась оставшаяся в одиночестве змеиная голова дракона. Теперь она изрыгала из пасти ураганы огня, сжигая и испепеляя все далеко вокруг себя. И ее отчаянный рев достиг такой высоты, что ее услышал царь Иобат в своем далеком дворце и от страха так задрожал, что трон под ним начал шататься и трещать.

— Горе нам! — завопил он.

— Это голос Химеры! Она приближается! Она погубит нас!

А в это время Пегас, поднявшись к тучам, ржал от злости, и его глаза метали молнии.

— Ты ранен, Пегас? — воскликнул Беллерефон, увидев кровь на серебристом крыле любимого коня.

— Ну, ладно ж! Он поплатится за это своей последней головой!

Пегас только этого и ждал. В одно мгновение он раз вернулся и стрелой понесся вниз. Багровая от ярости Химера извивалась и скрючивалась на окровавленном песке, тянулась вверх, скрежеща зубастой пастью. А пасть этой мерзкой твари была такой огромной, что Пегас, не складывая крыльев, вместе со своим всадником мог бы спокойно пролететь сквозь нее прямо в ее ненасытное бездонное брюхо.

Когда увидела Химера, что враг ее снова летит на нее, начала она реветь и исторгать огненные реки, жар которых опалил белые крылья Пегаса и золотистые кудри Беллерефона. И это было только начало.

Сначала Химера подпустила их поближе, а затем неожиданным прыжком бросилась на Пегаса, упала на него всей своей тяжестью и обвила его своим мерзким змеиным хвостом.

С этой страшной ношей конь и всадник взмыли к небесам. Под ними уже сверкали горные вершины, плыли белые облака, а они летели все выше и выше. Дракон крепко вцепился в Пегаса и все глубже впивался когтями в его истерзанное тело. И тут Беллерефон обернулся и, прикрыв щитом грудь и лицо, в упор посмотрел в глаза Химеры. А Химера не выносила человеческого взгляда. Она закрыла глаза и протянула вперед свои когтистые лапы, чтобы поверх щита схватить Беллерефона за голову, но тем самым обнажила свою грудь, и Беллерефон тут же вонзил в нее свой меч. Получив этот смертельный удар, Химера тут же разжала свои змеиные объятия и, оторвавшись от коня, полетела вниз и рухнула на скалы. Из ее чрева вырвалось пламя, и Химера вспыхнула ослепительным костром… В тот день многие люди видели, как с неба падает огненный шар с длинным хвостом. Люди испугались, подумав, что это какое-то небесное знамение или хвостатая звезда, но на следующий день крестьяне с ужасом увидели, что их поля покрыты густым, черным пеплом, а в середине поля огромная куча белых обугленных костей.

С этого дня никто не видел Химеру.

Одержав эту замечательную победу, Беллерефон нежно обнял Пегаса и поцеловал его в лоб.

— Летим! — сказал он.

— Летим к твоему любимому роднику Пирены? Я благодарен тебе за этот подвиг.

Пегас воспарил в небо, и через короткое время они были уже у родника Пирены. Здесь все было по-прежнему: задумчиво стоял седовласый старец, коренастый крестьянин поил свою корову, и молоденькая девушка пришла по воду с кувшином на плече.

— Теперь припоминаю, — сказал старец, глядя на Пегаса.

— Этого крылатого коня я видел один раз… в детстве. Но тогда он был в тысячу раз красивее, чем сейчас… — Я бы трех таких коней не обменял на одну корову, — сказал крестьянин.

— Если бы этот крылатый конь был моим, в первую очередь я с корнем вырвал бы его крылья.

А молоденькая девушка ничего не сказал: она всегда и всего беспричинно пугалась, и теперь, увидев Пегаса, повернулась и побежала домой. По дороге споткнулась, кувшин упал на землю и разбился.

— А где же наш кудрявый малыш? — спросил Беллерефон, подходя к крестьянам.

— Он был мне хорошим другом, он верил, что Пегас появится… — Я здесь, — послышался голос мальчика, и он вышел к ним из-за кустов.

Этот добрый малыш все свои дни проводил у родника Пирены в ожидании своего друга, но, увидев Беллерефона на Пегасе, спрятался в кусты, чтоб крестьянин и старец не увидели слез его радости.