В давней давности жили-были старик и старуха. Был у них единственный сын, звали его Эдикан. Рос парень здоровым и сильным, а как подрос — забрали его в солдаты. Раньше солдатская служба была долгой: по двадцать, а то и двадцать пять лет. Послужил-послужил Эдикан — не по душе ему пришлась строгая солдатская жизнь, взял и ушёл со службы.
Добавить в моё избранное
15 мин, 40 сек 10037
Эдикан нажал кнопку и с удивлением услышал, как в комнате зазвенела песня, которую только что пела Селиме. Он открыл окно — песня звучала во всём городе. Словно бы весь город пел песню Селиме. «Уж не сон ли это?» — подумал Эдикан.
Между тем чудеса на этом не кончились.
— Не хочешь ли, Эдикан, поглядеть на наше богатство?— спросила Селиме и повела его из дома к двенадцатидверному амбару.
Открыли одну дверь — чудесные цветы, каким и названия нет, цветут. Открыли вторую — разные наряды и украшения по стенам висят. Открыли третью — всевозможные яства на столах стоят. В четвёртую дверь заглянули — поле спелого хлеба, в пятую — стада, пасущиеся на зелёных лугах… Все двенадцать дверей пооткрывали, всего нагляделись. И моря видели, и корабли, какие по морям плывут, и леса с деревьями до самого неба, и летающие по тому небу крылатые машины… Наверное, никто ещё до Эдикана с Селиме не видел того, что они повидали.
В довольстве и согласии стали жить Эдикан и Селиме. Все были ими довольны, все их любили.
А скоро Селиме обрадовала Эдикана — родила ему сына. На седьмом небе чувствовал себя Эдикан от радости, устроил пир на весь мир. Назвали сына Удиканом.
Все бы так хорошо и шло. Да появился у Эдикана новый враг-злодей — лесной сатана. Он приходился дедом водяному главному чёрту и не мог простить Эдикану изничтожения своего дорогого внука.
Как-то среди ночи проснулся Эдикан от крика Удикана. А пока успел подойти к постели, на которой спал сын с матерью, ударил гром, сверкнула молния, в окно влетела какая-то огненная птица и унесла Селиме. Эдикан в ужасе выбежал из дома и увидел, что на город льётся огненный дождь.
Кинул вверх шерстяной клубок Эдикан, не сразу, а лишь погодя, подошёл к нему, еле волоча ноги, аргамак.
— Мой Эдикан, рад бы тебе службу сослужить, да против этого злодея я бессилен.
Постучал Эдикан напёрстками, явились, прихрамывая, три солдата и сказали то же самое.
— Эх, была бы здесь бабушка!— вырвалось с горя у Эдикана.
Старушка не заставила себя ждать.
— Нет, Эдикан, царя лесных чертей и я не переборю, — сказала она.
— Спроси у моего старшего брата, может быть, он поможет. Вернись в дом и нажми ту перламутровую кнопку, которую тебе Селиме показывала.
Вернулся Эдикан в дом, нажал кнопку, и в доме кто-то невидимый заговорил:
— Эдикан, я тоже был когда-то бравым солдатом. И не один раз пытался разделаться с главным царём лесных чертей, но не сумел. Его злая сила пересиливала мою силу. Теперь родился достойный ему противник, это — Удикан. В двенадцатидверном амбаре войди в последнюю двенадцатую дверь, спустись в подземелье и возьми висящий там огненный меч. А ещё возьми там же белый платок. Тем платком утри лицо Удикана, а потом дай ему в руки меч. Что делать дальше, он сам знает… А теперь ещё раз нажми кнопку.
Эдикан нажал на перламутровую кнопку и — диво дивное!— увидел в зеркале сначала свои амбары, потом подземелье и огненный меч в том подземелье. И ему пришло на ум, а нельзя ли так же увидеть и Селиме, узнать, где она сейчас? И только он так подумал — увидел дремучий непролазный лес, а в лесу железный дом, вокруг дома двенадцать рядов волков, двенадцать рядов тигров, двенадцать рядов львов на цепи сидят. Весь лес кишит змеями и ящерицами, около дома тут и там человечьи кости кучами лежат. А в доме на груде костей сидит связанная Селиме, напротив неё — главный царь леших.
Не теряя больше времени, Эдикан выбежал из дома, открыл двенадцатую амбарную дверь, спустился в подземелье и взял огненный меч с белым платком. После того утёр платком лицо Удикана и тот за один миг превратился в рослого сильного богатыря. И сразу к Эдикану:
— Дай-ка, отец, свой клубок.
Эдикан отдал сыну шерстяной клубок, сын кинул его вверх, и явился прихрамывающий аргамак. Удикан провёл по его гриве платком, и конь снова стал резвым и сильным.
— Садитесь оба, — сказал конь, — теперь я вас и обоих выдержу.
Эдикан с сыном вскочили на коня и поскакали в дремучий лес выручать Селиме.
За семью морями, за семью чугунными горами, семьюдесятью семью полями находился тот дремучий лес, в котором жил главный царь всех леших. Но аргамак блеснул молнией и вмиг донёс Эдикана и Удикана до железного дома.
Один раз только махнул Удикан своим огненным мечом и испепелил всех гадов и зверей, стороживших дом лесного сатаны. В следующий миг богатырь перескочил на своём аргамаке через семисаженный чугунный забор и влетел в дом царя лесных чертей. Ещё раз махнул Удикан огненным мечом — покатилась с плеч голова лесного сатаны. Взял богатырь на руки свою мать, утёр платком её лицо — мать красивее прежнего стала, как утреннее, умытое росой, солнце засияла. Провёл Удикан огненным мечом по груде костей, что лежали в доме и вокруг него, — кости стали живыми людьми. Лес ожил от их голосов, на деревьях птицы запели.
Между тем чудеса на этом не кончились.
— Не хочешь ли, Эдикан, поглядеть на наше богатство?— спросила Селиме и повела его из дома к двенадцатидверному амбару.
Открыли одну дверь — чудесные цветы, каким и названия нет, цветут. Открыли вторую — разные наряды и украшения по стенам висят. Открыли третью — всевозможные яства на столах стоят. В четвёртую дверь заглянули — поле спелого хлеба, в пятую — стада, пасущиеся на зелёных лугах… Все двенадцать дверей пооткрывали, всего нагляделись. И моря видели, и корабли, какие по морям плывут, и леса с деревьями до самого неба, и летающие по тому небу крылатые машины… Наверное, никто ещё до Эдикана с Селиме не видел того, что они повидали.
В довольстве и согласии стали жить Эдикан и Селиме. Все были ими довольны, все их любили.
А скоро Селиме обрадовала Эдикана — родила ему сына. На седьмом небе чувствовал себя Эдикан от радости, устроил пир на весь мир. Назвали сына Удиканом.
Все бы так хорошо и шло. Да появился у Эдикана новый враг-злодей — лесной сатана. Он приходился дедом водяному главному чёрту и не мог простить Эдикану изничтожения своего дорогого внука.
Как-то среди ночи проснулся Эдикан от крика Удикана. А пока успел подойти к постели, на которой спал сын с матерью, ударил гром, сверкнула молния, в окно влетела какая-то огненная птица и унесла Селиме. Эдикан в ужасе выбежал из дома и увидел, что на город льётся огненный дождь.
Кинул вверх шерстяной клубок Эдикан, не сразу, а лишь погодя, подошёл к нему, еле волоча ноги, аргамак.
— Мой Эдикан, рад бы тебе службу сослужить, да против этого злодея я бессилен.
Постучал Эдикан напёрстками, явились, прихрамывая, три солдата и сказали то же самое.
— Эх, была бы здесь бабушка!— вырвалось с горя у Эдикана.
Старушка не заставила себя ждать.
— Нет, Эдикан, царя лесных чертей и я не переборю, — сказала она.
— Спроси у моего старшего брата, может быть, он поможет. Вернись в дом и нажми ту перламутровую кнопку, которую тебе Селиме показывала.
Вернулся Эдикан в дом, нажал кнопку, и в доме кто-то невидимый заговорил:
— Эдикан, я тоже был когда-то бравым солдатом. И не один раз пытался разделаться с главным царём лесных чертей, но не сумел. Его злая сила пересиливала мою силу. Теперь родился достойный ему противник, это — Удикан. В двенадцатидверном амбаре войди в последнюю двенадцатую дверь, спустись в подземелье и возьми висящий там огненный меч. А ещё возьми там же белый платок. Тем платком утри лицо Удикана, а потом дай ему в руки меч. Что делать дальше, он сам знает… А теперь ещё раз нажми кнопку.
Эдикан нажал на перламутровую кнопку и — диво дивное!— увидел в зеркале сначала свои амбары, потом подземелье и огненный меч в том подземелье. И ему пришло на ум, а нельзя ли так же увидеть и Селиме, узнать, где она сейчас? И только он так подумал — увидел дремучий непролазный лес, а в лесу железный дом, вокруг дома двенадцать рядов волков, двенадцать рядов тигров, двенадцать рядов львов на цепи сидят. Весь лес кишит змеями и ящерицами, около дома тут и там человечьи кости кучами лежат. А в доме на груде костей сидит связанная Селиме, напротив неё — главный царь леших.
Не теряя больше времени, Эдикан выбежал из дома, открыл двенадцатую амбарную дверь, спустился в подземелье и взял огненный меч с белым платком. После того утёр платком лицо Удикана и тот за один миг превратился в рослого сильного богатыря. И сразу к Эдикану:
— Дай-ка, отец, свой клубок.
Эдикан отдал сыну шерстяной клубок, сын кинул его вверх, и явился прихрамывающий аргамак. Удикан провёл по его гриве платком, и конь снова стал резвым и сильным.
— Садитесь оба, — сказал конь, — теперь я вас и обоих выдержу.
Эдикан с сыном вскочили на коня и поскакали в дремучий лес выручать Селиме.
За семью морями, за семью чугунными горами, семьюдесятью семью полями находился тот дремучий лес, в котором жил главный царь всех леших. Но аргамак блеснул молнией и вмиг донёс Эдикана и Удикана до железного дома.
Один раз только махнул Удикан своим огненным мечом и испепелил всех гадов и зверей, стороживших дом лесного сатаны. В следующий миг богатырь перескочил на своём аргамаке через семисаженный чугунный забор и влетел в дом царя лесных чертей. Ещё раз махнул Удикан огненным мечом — покатилась с плеч голова лесного сатаны. Взял богатырь на руки свою мать, утёр платком её лицо — мать красивее прежнего стала, как утреннее, умытое росой, солнце засияла. Провёл Удикан огненным мечом по груде костей, что лежали в доме и вокруг него, — кости стали живыми людьми. Лес ожил от их голосов, на деревьях птицы запели.
Страница 4 из 5
