Я жду. Я жду и мне страшно. Сказать, что мне страшно — это всё равно, что назвать свирепо рычащего волка безобидным щенком. Я просто в ужасе. Если я продержусь до рассвета, всю оставшуюся жизнь буду молиться Богу или Сатане, или ещё хрен знает кому, лишь бы только забыть этот кошмар. Я уже заколотил все окна и двери. Это, один черт, не вселило в меня надежду увидеть свет солнца ещё раз. Просто мне нужно было чем-то занять свои руки, иначе бы я, наверно, сошёл с ума.
Добавить в моё избранное
14 мин, 22 сек 1848
Я сидел в кресле, курил. И ждал Его. На коленях у меня лежал охотничий обрез. Внезапно послышался шум приближающегося автомобиля. Было бы Божьей милостью, если бы он остановился. Но Бог не был милостив ко мне. И к Тэду. Да… к Тэду в особенности. Уж это я знаю точно. Тэд сам бы подтвердил это, да только сейчас он не может… извините, он умер… да-да… перезвоните позже… хи-хи! Господи, я схожу с ума! Сигарета уже (автомобиль, проехав, теперь удалялся… вот и хорошо — я никого не хотел вмешивать в это дело… за свои грехи должен расплачиваться только я один… ) начала обжигать мне пальцы. Глубоко затянувшись, я затушил её об свою левую ладонь. Боль, как вспышка молнии, осветила все тёмные углы моего сознания, вернув чёткость и ясность мыслей. Но, не прогнав страх, а лишь заглушив его… на время… Я знал, что Оно придёт. Мы с Тэдом разбудили Его. Теперь Тэд мёртв, а мне, судя по всему, осталось только ждать. Ждать смерти.
Я зажёг ещё одну сигарету.
Тэд позвонил в 7.30 вечера, в субботу, и сразу, после того как ушли люди, которых я нанимал для работы в поле, предложил съездить в город. «Проветриться», как он говорил:
— Выпьем пивка, потолкуем… О´кей, почему бы нет? Ведь Тэда я считал своим товарищем, да и дел на сегодня больше не намечалось. Если б я только знал тогда, что спустя несколько часов, буду проклинать себя за то, что не задержался в поле ещё на пять минут и ответил на этот грёбаный телефонный звонок.
— Ладно, Тэд, уговорил. Заеду через полчасика.
— Буду ждать в «Красном медведе», как обычно! — не дав больше сказать ни слова, он бросил трубку.
Как всегда, мой старенький «форд» с первого раза не завёлся. Я ехал с такой скоростью, какую только мог выжать из моей колымаги, и это доставляло мне огромное удовольствие. Теперь я лишь мечтаю ещё раз так прокатиться!
Тэда я знал хорошо. Ещё с Вьетнама. Похоже, у него опять какие-то неприятности. Дела у Тэда шли из рук вон плохо, после пожара на его ферме прошлой осенью. Да, так и есть — Тэду опять нужны деньги. С этим, на данный момент, я не мог ему помочь. По крайней мере, до того как закончится уборка урожая.
Я выкинул окурок в окно и поднял стекло, чтоб не дуло. Мой брат Фредди умер от воспаления лёгких, когда мне было двенадцать. Никогда за свою жизнь он не надевал шапки. Ни разу за те 19 лет, что было отпущены ему Господом. Я не дурак (через каких-то пару часов, я как законченный кретин, соглашусь на предложение Тэда), я не хочу помирать, даже в свои 47 лет.
Мой «форд» мчался по грунтовой дороге, подпрыгивая, как сумасшедший, на редких ухабах и неровностях. Из-под колёс летела грязь вперемешку с навозом. А солнце уже садилось за холмы, заливая небеса фиолетово-красным и перекрашивая зелень кукурузных полей в тёмно синий цвет. Сегодня оно было каким-то другим. Мне трудно объяснить это, но всё же постараюсь. Я не мог отвести глаз от солнца. Словно какое-то наваждение. Забыв про всё, я, не отрываясь, смотрел на закат. Мне никогда не приходилось видеть наше светило таким — словно холодный налитый кровью глаз. Он, как будто, испепелял своим взглядом, полным ненависти. Хотя теперь я понял — не ненависть была в нём — какая-то тревога, или может быть… страх? Это не солнце, подумал я тогда. Это глаз самого Дьявола. Он стремительно заполнял всё моё сознание, раздуваясь в нём, как воздушный шарик, ломая разум и волю. И я погружался туда всё больше и больше. Я уже не замечал ничего, кроме этого гребаного багрового шара. Поэтому не заметил здоровенный проклятый булыжник, полузакопанный каким-то придурком прямо посреди дороги. В следующую секунду мой автомобиль налетел на него, и сильный толчок вывел меня, наконец, из оцепенения. Если б не моя реакция…«Форд» бешено завертелся на скользкой грязи. Каким-то чудом я не врезался в дерево, разбив об него боковое зеркало. Моя нога мёртвым грузом давила на тормоза, но остановить машину на такой дороге я был не в состоянии. Зато забор был в состоянии.
До города ехал, как лунатик. И старался не вспоминать о сегодняшнем закате.
Напротив бара стоял Тэд, его я узнал ещё за полквартала. Главным образом по его оранжевой куртке и белой шевелюре. Час спустя, мы уже сидели в баре, оба уже слегка набравшись.
— Слушай, Брайан, дружище, — сказал мне Тэд, — думаю, тебе не трудно будет одолжить мне сотен пять, а?
Я усмехнулся про себя, ибо, блин, ждал этого вопроса.
— Я знаю, ты не откажешь в помощи старому боевому товарищу.
Ну что я мог тут сказать? Тэд, старый грёбаный хитрец — он чертовски хорошо умел убеждать. Он, наверно, мог бы любого убедить съесть собственное дерьмо, запивая томатным соком, да ещё улыбаясь при этом.
— Ясен хрен, я был бы рад, помочь тебе, Тэд, — я помотал головой, — но не могу.
Лицо Тэда вытянулось и помрачнело.
Может быть, через недельку, — я решил его немного успокоить.
— Когда закончится сбор гребаного урожая.
Я зажёг ещё одну сигарету.
Тэд позвонил в 7.30 вечера, в субботу, и сразу, после того как ушли люди, которых я нанимал для работы в поле, предложил съездить в город. «Проветриться», как он говорил:
— Выпьем пивка, потолкуем… О´кей, почему бы нет? Ведь Тэда я считал своим товарищем, да и дел на сегодня больше не намечалось. Если б я только знал тогда, что спустя несколько часов, буду проклинать себя за то, что не задержался в поле ещё на пять минут и ответил на этот грёбаный телефонный звонок.
— Ладно, Тэд, уговорил. Заеду через полчасика.
— Буду ждать в «Красном медведе», как обычно! — не дав больше сказать ни слова, он бросил трубку.
Как всегда, мой старенький «форд» с первого раза не завёлся. Я ехал с такой скоростью, какую только мог выжать из моей колымаги, и это доставляло мне огромное удовольствие. Теперь я лишь мечтаю ещё раз так прокатиться!
Тэда я знал хорошо. Ещё с Вьетнама. Похоже, у него опять какие-то неприятности. Дела у Тэда шли из рук вон плохо, после пожара на его ферме прошлой осенью. Да, так и есть — Тэду опять нужны деньги. С этим, на данный момент, я не мог ему помочь. По крайней мере, до того как закончится уборка урожая.
Я выкинул окурок в окно и поднял стекло, чтоб не дуло. Мой брат Фредди умер от воспаления лёгких, когда мне было двенадцать. Никогда за свою жизнь он не надевал шапки. Ни разу за те 19 лет, что было отпущены ему Господом. Я не дурак (через каких-то пару часов, я как законченный кретин, соглашусь на предложение Тэда), я не хочу помирать, даже в свои 47 лет.
Мой «форд» мчался по грунтовой дороге, подпрыгивая, как сумасшедший, на редких ухабах и неровностях. Из-под колёс летела грязь вперемешку с навозом. А солнце уже садилось за холмы, заливая небеса фиолетово-красным и перекрашивая зелень кукурузных полей в тёмно синий цвет. Сегодня оно было каким-то другим. Мне трудно объяснить это, но всё же постараюсь. Я не мог отвести глаз от солнца. Словно какое-то наваждение. Забыв про всё, я, не отрываясь, смотрел на закат. Мне никогда не приходилось видеть наше светило таким — словно холодный налитый кровью глаз. Он, как будто, испепелял своим взглядом, полным ненависти. Хотя теперь я понял — не ненависть была в нём — какая-то тревога, или может быть… страх? Это не солнце, подумал я тогда. Это глаз самого Дьявола. Он стремительно заполнял всё моё сознание, раздуваясь в нём, как воздушный шарик, ломая разум и волю. И я погружался туда всё больше и больше. Я уже не замечал ничего, кроме этого гребаного багрового шара. Поэтому не заметил здоровенный проклятый булыжник, полузакопанный каким-то придурком прямо посреди дороги. В следующую секунду мой автомобиль налетел на него, и сильный толчок вывел меня, наконец, из оцепенения. Если б не моя реакция…«Форд» бешено завертелся на скользкой грязи. Каким-то чудом я не врезался в дерево, разбив об него боковое зеркало. Моя нога мёртвым грузом давила на тормоза, но остановить машину на такой дороге я был не в состоянии. Зато забор был в состоянии.
До города ехал, как лунатик. И старался не вспоминать о сегодняшнем закате.
Напротив бара стоял Тэд, его я узнал ещё за полквартала. Главным образом по его оранжевой куртке и белой шевелюре. Час спустя, мы уже сидели в баре, оба уже слегка набравшись.
— Слушай, Брайан, дружище, — сказал мне Тэд, — думаю, тебе не трудно будет одолжить мне сотен пять, а?
Я усмехнулся про себя, ибо, блин, ждал этого вопроса.
— Я знаю, ты не откажешь в помощи старому боевому товарищу.
Ну что я мог тут сказать? Тэд, старый грёбаный хитрец — он чертовски хорошо умел убеждать. Он, наверно, мог бы любого убедить съесть собственное дерьмо, запивая томатным соком, да ещё улыбаясь при этом.
— Ясен хрен, я был бы рад, помочь тебе, Тэд, — я помотал головой, — но не могу.
Лицо Тэда вытянулось и помрачнело.
Может быть, через недельку, — я решил его немного успокоить.
— Когда закончится сбор гребаного урожая.
Страница 1 из 4
