Что там?

Тэд нагнулся, поднял что-то с земли и принялся рассматривать.

— Медвежий? — спросил он.

— Кто медвежий? — не понял я.

— Череп, мать твою, медвежий.

— Где?

— А вот, погляди.

Я пригляделся.

— Ага.

Тэд выкинул череп и замолчал. Тишина в лесу стояла гробовая. Она действовала на мои и без того расшатанные нервы, как серная кислота на бумагу. Теперь спросил я:

— Ты первый?

— О чём ты, Брайан? — удивился Тэд.

— Я спрашиваю, ты собираешься первым лезть в ту дыру у тебя за спиной, из которой так отвратительно пахнет?

— Ага.

— Тэд усмехнулся.

— Но если ты не против, я, блядь, с радостью готов пропустить первым тебя.

— Ну, уж нет! Только после вас, мистер.

— Тогда пойдём.

— Пойдём, — ответил я, поднимаясь.

Тэд медленно подошёл к чернеющему пролому и посветил фонариком.

— Ну и вонь, блядь! — проворчал он и скрылся в проломе, который напоминал зубастую пасть акулы.

— Иди сюда, Брайан, здесь есть на что посмотреть.

Здесь Тэд, конечно, слукавил. Смотреть там было определённо не на что. Просторная комната, стены, заросшие скользкой плесенью и паутиной, в центре комнаты — саркофаг.

— Ты прав, Тэд. Совсем нечем дышать. Здесь пусто — никаких сокровищ. Пойдём отсюда к чёртовой матери! — У меня разболелась голова. Теперь она просто раскалывалась.

— Постой.

— Тэд подошёл к саркофагу.

— Попробуем открыть эту блядскую штуку.

— О´кей. Но потом сразу выходим. От этого места у меня башка трещит.

— Точно Брайан. Мне тоже не по себе как-то. Давай не будем терять времени. Помоги-ка!

Вдвоём мы легко сдвинули каменную плиту, скрывающую внутренности саркофага, и с отвращением уставились на то дерьмо, что там находилось.

— Скелет, — произнёс я.

Там лежал даже не скелет, а мумия, старая полуистлевшая мумия. Тэд направил луч фонаря на опутанный паутиной череп. Из пустой глазницы выскочил большой жирный паук. Я почувствовал, что меня сейчас стошнит.

— Идём, Тэд, — взмолился я.

— Одну минуту.

— Он продолжал рассматривать останки внутри саркофага.

Всё, я не мог больше оставаться в этом душном склепе и нетвёрдой походкой направился к выходу. Подышать свежим воздухом… Голова больше не болит — это было первое, что я заметил, когда очнулся, лёжа на земле, недалеко от пробитого нами входа. Похоже, я вырубился на какое-то время.

— Тэ-э-эд! — позвал я, медленно поднимаясь на ноги.

Тэда нигде не было. Где же он? Может быть, он всё ещё в склепе? Наверное. Подобрав с земли фонарь, я снова полез в пролом. Духота меня больше не беспокоила. Почти сразу я увидел Тэда. Он лежал на боку около стены, спиной ко мне. Эге, да он тоже отключился.

— Тэд! — Я нагнулся над ним. Нет ответа.

— Тэд, очнись!

Протянув руку, я потряс его за плечо. Тело Тэда безвольно перевернулось на спину. То, что я увидел, повергло меня в ужас. Боже милостивый! Лицо… его лицо! Верхнюю часть лица стало невозможно узнать. Глаза Тэда были, как будто, вырваны, выдраны чудовищно острыми когтями. На их месте теперь находились две развороченные глазницы, сочащиеся кровью, которая стекала по левой щеке и собиралась в лужицы на полу. Тэд был мёртв.

Что за грёбаная тварь могла сотворить такое? Внезапно на меня накинулся дикий всепоглощающий страх. Я попятился. Нужно бежать отсюда. Я развернулся и бросился к выходу, мельком взглянув на саркофаг. Он был пуст.

Выбравшись наружу, я со всех ног кинулся прочь. Как можно дальше от этого ужасного места. Теперь я понял, мы осквернили древнюю могилу и разбудили зло, таящееся там. Это Оно погубило Тэда. Оно мстит. Значит, следующий — я. Ветки деревьев больно хлестали меня по лицу, но я не замечал этого. Нельзя останавливаться. Ни в коем случае. Остановиться — значит умереть. Оно обязательно догонит. Это я знал точно.

Как ни странно, автомобиль сразу завёлся. Я, как безумный, мчался по ночной дороге, будто за мной гнались все демоны Ада (возможно, так оно и было). Бедняга Тэд. Я внутренне содрогнулся. Человек не должен так умирать. Хотя во Вьетнаме я насмотрелся всякого, не ожидал, что такое случится с Тэдом. Он не заслужил этого.

Нужно ехать в город — там, я думаю, оно не достанет меня. Я уже знал, что буду делать, когда приеду. Напьюсь, блядь. А потом продам ферму и уеду, уеду, блядь, куда угодно. Лучше всего на другое побережье. Но моим планам так и не суждено было осуществиться… Мотор заглох примерно в полумиле от моей фермы.

— Проклятье! — Я вышел из кабины и внимательно осмотрелся. Невдалеке виднелась вода. Озеро — значит рядом дом. Машину придётся бросить, пойду пешком. Вот только сначала схожу, попью, а то в горле страшно пересохло. Захлопнув дверцу, я принялся спускаться к берегу, но в следующую секунду остановился.