Нервная ночь. Очередная нервная ночь, ведь так? Он пережил уже две таких ночи, когда беньши кричала под самыми стенами моего дома. Но крик беньши — ничто, ведь она не может войти сюда, в его колдовскую обитель. Слишком велика была сила хозяина, чтобы он позволял входить в свой дом опасным для себя существам.
Добавить в моё избранное
8 мин, 12 сек 6599
Он ждал ее. Честное слово, ждал. Но она не войдет сюда, она — нежеланный гость. Он не мог запретить собратьям по ремеслу осудить его методы работы, не мог помешать им попытаться нейтрализовать себя любым доступным им способом. Все колдуны с бедной фантазией выбирают, почему-то, очень экзотические методы воздействия. Ни один не додумается просто подослать убийцу. Все выбирают способы потусторонние, чем страшнее их наемник — тем лучше. А ума не хватает понять вот что: существо, которое один колдун может вызвать, другой может отправить обратно. Кого угодно. Но не беньши.
Беньши не примет любую жертву. Только ту, что была обещана. А обещали ей колдуна. Молодого, удачливого собрата своего, который ни разу еще не допустил ошибки, который получал все, что хотел, благодаря своему искусству, который был настолько ловок, умен и находчив, что вызвал бурю негодования в душах своих менее расторопных собратьев. Они бросили ему вызов. Они, а не он, как считалось. Он просто хотел жить не по указке других, а так, как казалось лучше ему. Да что там объяснять!
Третья ночь — последний срок, когда беньши может забрать колдуна с собой. Обласкать и проводить в заоблачные сферы. Может, тогда колдун и станет равным богам, зато не будет больше мешать свои коллегам здесь, в этом мире. Но такой фокус им, таким враждебным, как и глупым, магам, конечно же, не удастся. Колдун по-прежнему будет здравствовать и процветать, отбивая клиентов у своих менее удачливых собратьев.
Это неправда, что беньши убивает своим криком. Нет. Ее жуткий крик, полный боли и тоски — простое предупреждение об опасности. О смерти. О приговоре, который должен быть приведен в исполнение. О беньши. Благородное создание дает фору своей предполагаемой жертве. Дает время осознать. Приготовиться. А бывало ли так, что беньши упускала свою жертву? Вот это колдун и собирался выяснить.
Он защищал свой дом не от нее. От порождений тьмы он его защищал. От смертельно-опасных тварей. Но и беньши теперь не могла войти в дом колдуна. И была в ее крике ярость обманутого хищника, а колдун теперь был спокоен. Кончится ночь. И вместе с рассветом придет безопасность.
Первые лучи солнца заставили беньши замолчать и убраться восвояси. Ее заунывный плач прекратился, теперь уже — навсегда. В этом поединке с непознанным победил колдун. Сознание победы согрело самолюбие колдуна. Это так приятно — побеждать.
Утро было в самом разгаре, когда тишину лесной чащи нарушил стук колес. Наверное, кому-то очень не терпелось повидать колдуна. Ну что ж, теперь он готов встретиться с кем угодно. У него сегодня очень удачный день. Он опять оказался победителем. И в этот раз он победил саму смерть. Ведь беньши — верная служанка старухи с косой.
Колдун нетерпеливо мерил шагами башню. Его снедало любопытство. Его переполняла жажда деятельности. Но сам он никогда не встречал своих гостей. Он спускался из башни после того, как слуга докладывал ему о гостях. Если, конечно, у него было настроение принимать гостей. Сегодня настроение у него было. а слуга с докладом что-то не спешил.
Ага, вот и он. Быстрые, легкие шаги. Низкий поклон. Тяжелое дыхание (бежал, хозяин не любит ждать).
— Господин, к Вам посетительница.
— Гостья. Те, кто приходят сюда, становятся моими гостями.
— мягко поправил колдун слугу. Тот снова поклонился:
— К Вам гостья.
— И кто же почтил нас своим посещением?
— Это очень красивая дама, господин.
Колдун поморщился, подивившись странной непонятливости слуги:
— Но ведь у этой дамы наверняка есть имя. Как ты полагаешь?
— Наверняка. Только мне она его не назвала, господин.
— Нет? Любопытно.
— Ему действительно было любопытно. В этом мире имя играло не последнюю роль. Громкое, известное имя давало многое. Гостья не назвала своего имени? А, впрочем, он все равно собирался спуститься вниз:
— Скажи, что я сейчас спущусь.
— Да, господин.
Слуга помчался вниз. Колдун тут же последовал за ним. Разница была только в том, что слуга бежал со всех ног, а колдун шел спокойной, размеренной поступью, пожалуй, даже лениво. Он господин здесь и уж он-то точно может не торопиться. Да и зачем. Пусть прекрасная гостья (если слуга не соврал и она действительно прекрасна) подготовится к его приходу. А уж он-то постарается не разочаровать ее.
Они увидели друг друга одновременно. В приемной зале повисло напряженное молчание. Она действительно была красива в своих огненных одеяниях. Все оттенки красного, поза аристократки и улыбка дорогой шлюхи. Улыбка, которая расцветала на ее лице по мере того, как она смотрела, смотрела, смотрела… Как относятся зеркала к отражению? Колдун никогда не задумывался об этом, когда смотрел в зеркала. Сейчас он подумал о том, что заслуживает такой улыбки гостьи, потому произвел на женщину должное впечатление. Даже аристократок способно поразить обаяние колдуна.
Беньши не примет любую жертву. Только ту, что была обещана. А обещали ей колдуна. Молодого, удачливого собрата своего, который ни разу еще не допустил ошибки, который получал все, что хотел, благодаря своему искусству, который был настолько ловок, умен и находчив, что вызвал бурю негодования в душах своих менее расторопных собратьев. Они бросили ему вызов. Они, а не он, как считалось. Он просто хотел жить не по указке других, а так, как казалось лучше ему. Да что там объяснять!
Третья ночь — последний срок, когда беньши может забрать колдуна с собой. Обласкать и проводить в заоблачные сферы. Может, тогда колдун и станет равным богам, зато не будет больше мешать свои коллегам здесь, в этом мире. Но такой фокус им, таким враждебным, как и глупым, магам, конечно же, не удастся. Колдун по-прежнему будет здравствовать и процветать, отбивая клиентов у своих менее удачливых собратьев.
Это неправда, что беньши убивает своим криком. Нет. Ее жуткий крик, полный боли и тоски — простое предупреждение об опасности. О смерти. О приговоре, который должен быть приведен в исполнение. О беньши. Благородное создание дает фору своей предполагаемой жертве. Дает время осознать. Приготовиться. А бывало ли так, что беньши упускала свою жертву? Вот это колдун и собирался выяснить.
Он защищал свой дом не от нее. От порождений тьмы он его защищал. От смертельно-опасных тварей. Но и беньши теперь не могла войти в дом колдуна. И была в ее крике ярость обманутого хищника, а колдун теперь был спокоен. Кончится ночь. И вместе с рассветом придет безопасность.
Первые лучи солнца заставили беньши замолчать и убраться восвояси. Ее заунывный плач прекратился, теперь уже — навсегда. В этом поединке с непознанным победил колдун. Сознание победы согрело самолюбие колдуна. Это так приятно — побеждать.
Утро было в самом разгаре, когда тишину лесной чащи нарушил стук колес. Наверное, кому-то очень не терпелось повидать колдуна. Ну что ж, теперь он готов встретиться с кем угодно. У него сегодня очень удачный день. Он опять оказался победителем. И в этот раз он победил саму смерть. Ведь беньши — верная служанка старухи с косой.
Колдун нетерпеливо мерил шагами башню. Его снедало любопытство. Его переполняла жажда деятельности. Но сам он никогда не встречал своих гостей. Он спускался из башни после того, как слуга докладывал ему о гостях. Если, конечно, у него было настроение принимать гостей. Сегодня настроение у него было. а слуга с докладом что-то не спешил.
Ага, вот и он. Быстрые, легкие шаги. Низкий поклон. Тяжелое дыхание (бежал, хозяин не любит ждать).
— Господин, к Вам посетительница.
— Гостья. Те, кто приходят сюда, становятся моими гостями.
— мягко поправил колдун слугу. Тот снова поклонился:
— К Вам гостья.
— И кто же почтил нас своим посещением?
— Это очень красивая дама, господин.
Колдун поморщился, подивившись странной непонятливости слуги:
— Но ведь у этой дамы наверняка есть имя. Как ты полагаешь?
— Наверняка. Только мне она его не назвала, господин.
— Нет? Любопытно.
— Ему действительно было любопытно. В этом мире имя играло не последнюю роль. Громкое, известное имя давало многое. Гостья не назвала своего имени? А, впрочем, он все равно собирался спуститься вниз:
— Скажи, что я сейчас спущусь.
— Да, господин.
Слуга помчался вниз. Колдун тут же последовал за ним. Разница была только в том, что слуга бежал со всех ног, а колдун шел спокойной, размеренной поступью, пожалуй, даже лениво. Он господин здесь и уж он-то точно может не торопиться. Да и зачем. Пусть прекрасная гостья (если слуга не соврал и она действительно прекрасна) подготовится к его приходу. А уж он-то постарается не разочаровать ее.
Они увидели друг друга одновременно. В приемной зале повисло напряженное молчание. Она действительно была красива в своих огненных одеяниях. Все оттенки красного, поза аристократки и улыбка дорогой шлюхи. Улыбка, которая расцветала на ее лице по мере того, как она смотрела, смотрела, смотрела… Как относятся зеркала к отражению? Колдун никогда не задумывался об этом, когда смотрел в зеркала. Сейчас он подумал о том, что заслуживает такой улыбки гостьи, потому произвел на женщину должное впечатление. Даже аристократок способно поразить обаяние колдуна.
Страница 1 из 3
