К вечному вопросу о женской и мужской логике. Стою в аптеке в очереди, передо мной происходит спектакль с двумя действующими лицами: П-молодой папаша, отправленный в аптеку молодой мамашей ребёнку за лекарством и Ф-умудренный профессиональным опытом фармацевт в очках…
Добавить в моё избранное
4 мин, 54 сек 13676
Больной аж заржал:
— Огромная, убьёт! Как же! Я это три года назад уже слышал. Нейрохирург из Москвы говорил мне: «Срочно оперироваться, а то через месяц дуба дашь!». Тот нейрохирург, говорят, умер, а я — живёхонек! Отпустите, доктор, вам же лучше будет! На хера я вам? Взять с меня — нечего… Угостите только на дорожку спиртиком. Его у вас ведь-хоть залейся. Я то знаю.
И поведал нам больной, что как только ему поставили диагноз, так он сразу принялся пьянствовать.
— Пил я — говорит, — беспробудно. Денег у меня много было. Я ведь ценным специалистом был в одной солидной конторе. Но как только сказали нейрохирурги, что пиздец мне пришёл-на всё плюнул, купил ящик водки и стал её пить. Утром, как только глаза открою-стакан водяры хрясь-и всё похуй делается. Так и повелось: ящик кончится-покупаю новый и — вперёд!
С работы-уволили. Я даже трудовую книжку у них не забрал. На кой она мне?!
Жена-ушла. Дети — хрен знает где… Да и хуй с ними. А потом, сами знаете как оно: деньги кончились. Стал всё продавать, менять на водку… Квартиру трёхкомнотную обменял на однушку в хрущобе, доплату — пропил… У меня и снимки есть дома! Отпустите, я вам их привезу!
Дали мы ему спирту чуток, что бы утих. Нашли способ добыть эти снимки.
Глянули и оторопели: внутримозговая опухоль, по всем признакам-глиального ряда, несомненно — злокачественная, на снимках трёхгодичной давности была точно таких же размеров, что и на наших, вчерашних томограммах! Может быть даже-чуть больше.
Интересно, что это? Химиотерапия алкоголем? Или ошибаемся мы в природе этой опухоли?
Ни на какие наши коврижки больной не соглашается и требует выписки.
Наши седативные и малые дозы спирта его не удовлетворяют: рвётся на волю.
Уверен, что мы ему врём, а если и не врём, то и хер с ним: прожил, говорит, три года и ещё столько же проживу, если не сдохну с перепоя или от судорог.
Такая перспектива больного совершенно не пугает.
Видимо, так и выпишем, не узнав того, что позволило этому человеку прожить столь долго с таким большим объёмом в головном мозге.
— Огромная, убьёт! Как же! Я это три года назад уже слышал. Нейрохирург из Москвы говорил мне: «Срочно оперироваться, а то через месяц дуба дашь!». Тот нейрохирург, говорят, умер, а я — живёхонек! Отпустите, доктор, вам же лучше будет! На хера я вам? Взять с меня — нечего… Угостите только на дорожку спиртиком. Его у вас ведь-хоть залейся. Я то знаю.
И поведал нам больной, что как только ему поставили диагноз, так он сразу принялся пьянствовать.
— Пил я — говорит, — беспробудно. Денег у меня много было. Я ведь ценным специалистом был в одной солидной конторе. Но как только сказали нейрохирурги, что пиздец мне пришёл-на всё плюнул, купил ящик водки и стал её пить. Утром, как только глаза открою-стакан водяры хрясь-и всё похуй делается. Так и повелось: ящик кончится-покупаю новый и — вперёд!
С работы-уволили. Я даже трудовую книжку у них не забрал. На кой она мне?!
Жена-ушла. Дети — хрен знает где… Да и хуй с ними. А потом, сами знаете как оно: деньги кончились. Стал всё продавать, менять на водку… Квартиру трёхкомнотную обменял на однушку в хрущобе, доплату — пропил… У меня и снимки есть дома! Отпустите, я вам их привезу!
Дали мы ему спирту чуток, что бы утих. Нашли способ добыть эти снимки.
Глянули и оторопели: внутримозговая опухоль, по всем признакам-глиального ряда, несомненно — злокачественная, на снимках трёхгодичной давности была точно таких же размеров, что и на наших, вчерашних томограммах! Может быть даже-чуть больше.
Интересно, что это? Химиотерапия алкоголем? Или ошибаемся мы в природе этой опухоли?
Ни на какие наши коврижки больной не соглашается и требует выписки.
Наши седативные и малые дозы спирта его не удовлетворяют: рвётся на волю.
Уверен, что мы ему врём, а если и не врём, то и хер с ним: прожил, говорит, три года и ещё столько же проживу, если не сдохну с перепоя или от судорог.
Такая перспектива больного совершенно не пугает.
Видимо, так и выпишем, не узнав того, что позволило этому человеку прожить столь долго с таким большим объёмом в головном мозге.
Страница 2 из 2
