Это место издавна считалось в тех краях нехорошим, страшным. Там не жили животные, не летали птицы…
Добавить в моё избранное
14 мин, 15 сек 2310
Местные жители опасались ходить туда, а тех, кто не боялись и шли, нередко находили мертвыми; убийцу сыскать было невозможно, и даже спецслужбы давно опустили руки. Иногда посетивших жуткое место и вовсе не находили, и тогда люди отправлялись на их поиски, а возвращались седыми и полусумасшедшими. Время от времени пытались отправить туда священников, и тогда в округе начинались загадочные и страшные события. Люди отчаялись… Внешне эта гора была совершенно обычной горой. Да какая там гора! Большой каменный холм, с южной стороны увитый плющом. А с западной в нем была пещера. Большая пещера, глубокая. Чья? Да ничья. Животные, как уже было сказано, там не селились, а человек… за несколько сотен лет он хотя бы раз, но вышел бы.
Именно поэтому эту пещеру прозвали пещерой Сатаны.
В один ясный летний день мимо пещеры шел путешественник. Он, как и многие, прибывшие в этот штат, был ловцом удачи, мошенником, который искал легкий путь к богатству. Нет, преступником он не был, отнюдь; даже, пожалуй, был весьма благородным человеком. Как и все путешественники, он не знал про «пещеру Сатаны». Про нее вообще, кроме ФБР и местных жителей, никто не знал. Потому и не обошел это зловещее место стороной. Возможно, путешественник зря пошел именно там, но что было, то было; и сейчас, как ни размышляй, случившееся не исправить.
Путешественника звали Абрахам Скэйл, или же попросту Брэм. На вид ему было лет тридцать-тридцать пять, хотя на самом деле он был несколько моложе. Брэма привлекла в эти края старая, как клюка его прабабки, небылица: якобы где-то в этих местах, недалеко от фермы мистера Лоуренса, находится скрытый в огромной шахте золотой прииск, а вход в шахту будто бы лежит в крутом береге реки… Брэм не помнил ее названия. Он приехал сюда с целью найти этот прииск и спустя некоторое время основать там свое дело по добыче золота. Скэйл остановился в доме одной пожилой вдовы, добродушной полной женщины, миссис Хадсон; она приняла его как собственного сына (своих детей у нее не было). Брэм прожил у нее неделю, обрыскал в поисках входа в шахту берега всех окрестных рек, все холмы, впадины и даже леса; но небылица, увы, оказалась всего лишь небылицей. И теперь Скэйл, расстроенный, держал путь прочь отсюда, обратно на родину — в Англию, в Манчестер.
Солнце пекло так, что видно было, как воздух плавится от жары. Дорога была сухой и пыльной; ни малейшего намека на тень поблизости не было, а на солнце долго находиться было опасно: Абрахам с детства страдал сердцем, и, случись солнечный удар, совершенно точно было ясно, что Брэму не выжить… Тут, к своему облегчению, Скэйл увидел пещеру в холме. «Там можно пересидеть часок-другой, — мелькнуло в его голове.»
— Пока солнце не перестанет так палить. А там уж и дальше в путь до города«… Брэм подошел к пещере. Оттуда тянуло приятной прохладой. Он ступил внутрь; мрак охватил его со всех сторон. Не видно было ни зги. Брэм хотел сесть, но вдруг отчего-то подумал, неожиданно сам для себя:» А что, если это и есть ТА САМАЯ шахта? Похоже на то… тогда я… черт возьми, да это же удача в моих руках!«Он, осторожно ступая, стараясь не шуметь на всякий случай, прошел вглубь пещеры… через десять минут стало совсем темно, и Брэм включил фонарик. Странное ощущение возникло у него: как будто кто-то наблюдает за ним. Беспричинный страх свел скулы. Брэм нервно обвел светом фонарика пространство вокруг себя. Никого. Камень, камень, камень. Каменные своды, каменные стены, каменный пол… на полу валялись различные предметы, потрепанные и старые; как-то Скэйл зацепился ногой за древнюю-предревнюю шляпу. Выругавшись, он скинул ошметки шляпы с ноги и двинулся дальше. Страх все нарастал, хотя причин для него не было никаких. Брэм пытался сдержаться, но плечи сами собой передергивались от каждого шороха.»
Абрахам шел и шел, а пещера все не кончалась. Наступил, наконец, момент, когда фонарик внезапно мигнул и погас. «Странно, — подумал Абрахам.»
— Батарейки совсем новые!«Теперь ему было по-настоящему жутко. Страх этот был какой-то необычный. Иглой сидел он в подсознании Брэма и царапал душу. Брэм ежился, но шел: теперь, когда удача, как казалось, была в его руках, он готов был отправиться даже Дьяволу в когти.»
Но пещера… пещера… она была какой-то странной. Она… как будто дышала! Каждым шагом своим, каждым движением Брэм ощущал словно некое сердцебиение. Пещера казалась огромным живым существом, внимательно следящим за Скэйлом. Причем внимание это отнюдь не было дружелюбным. Страх нарастал и нарастал, и наступил миг, когда паника охватила Брэма настолько, что он готов был бросить к черту свою затею с прииском и бежать отсюда со всех ног, бежать не оглядываясь. И это-то при том, что Брэм не был трусом и вдобавок не верил в сверхъестественное. Теперь он готов был поверить во что угодно, лишь бы избавиться от этого кошмарного ощущения, когда точно знаешь, что за тобой кто-то следит, причем этот кто-то не человек и уж, конечно, не зверь!
Именно поэтому эту пещеру прозвали пещерой Сатаны.
В один ясный летний день мимо пещеры шел путешественник. Он, как и многие, прибывшие в этот штат, был ловцом удачи, мошенником, который искал легкий путь к богатству. Нет, преступником он не был, отнюдь; даже, пожалуй, был весьма благородным человеком. Как и все путешественники, он не знал про «пещеру Сатаны». Про нее вообще, кроме ФБР и местных жителей, никто не знал. Потому и не обошел это зловещее место стороной. Возможно, путешественник зря пошел именно там, но что было, то было; и сейчас, как ни размышляй, случившееся не исправить.
Путешественника звали Абрахам Скэйл, или же попросту Брэм. На вид ему было лет тридцать-тридцать пять, хотя на самом деле он был несколько моложе. Брэма привлекла в эти края старая, как клюка его прабабки, небылица: якобы где-то в этих местах, недалеко от фермы мистера Лоуренса, находится скрытый в огромной шахте золотой прииск, а вход в шахту будто бы лежит в крутом береге реки… Брэм не помнил ее названия. Он приехал сюда с целью найти этот прииск и спустя некоторое время основать там свое дело по добыче золота. Скэйл остановился в доме одной пожилой вдовы, добродушной полной женщины, миссис Хадсон; она приняла его как собственного сына (своих детей у нее не было). Брэм прожил у нее неделю, обрыскал в поисках входа в шахту берега всех окрестных рек, все холмы, впадины и даже леса; но небылица, увы, оказалась всего лишь небылицей. И теперь Скэйл, расстроенный, держал путь прочь отсюда, обратно на родину — в Англию, в Манчестер.
Солнце пекло так, что видно было, как воздух плавится от жары. Дорога была сухой и пыльной; ни малейшего намека на тень поблизости не было, а на солнце долго находиться было опасно: Абрахам с детства страдал сердцем, и, случись солнечный удар, совершенно точно было ясно, что Брэму не выжить… Тут, к своему облегчению, Скэйл увидел пещеру в холме. «Там можно пересидеть часок-другой, — мелькнуло в его голове.»
— Пока солнце не перестанет так палить. А там уж и дальше в путь до города«… Брэм подошел к пещере. Оттуда тянуло приятной прохладой. Он ступил внутрь; мрак охватил его со всех сторон. Не видно было ни зги. Брэм хотел сесть, но вдруг отчего-то подумал, неожиданно сам для себя:» А что, если это и есть ТА САМАЯ шахта? Похоже на то… тогда я… черт возьми, да это же удача в моих руках!«Он, осторожно ступая, стараясь не шуметь на всякий случай, прошел вглубь пещеры… через десять минут стало совсем темно, и Брэм включил фонарик. Странное ощущение возникло у него: как будто кто-то наблюдает за ним. Беспричинный страх свел скулы. Брэм нервно обвел светом фонарика пространство вокруг себя. Никого. Камень, камень, камень. Каменные своды, каменные стены, каменный пол… на полу валялись различные предметы, потрепанные и старые; как-то Скэйл зацепился ногой за древнюю-предревнюю шляпу. Выругавшись, он скинул ошметки шляпы с ноги и двинулся дальше. Страх все нарастал, хотя причин для него не было никаких. Брэм пытался сдержаться, но плечи сами собой передергивались от каждого шороха.»
Абрахам шел и шел, а пещера все не кончалась. Наступил, наконец, момент, когда фонарик внезапно мигнул и погас. «Странно, — подумал Абрахам.»
— Батарейки совсем новые!«Теперь ему было по-настоящему жутко. Страх этот был какой-то необычный. Иглой сидел он в подсознании Брэма и царапал душу. Брэм ежился, но шел: теперь, когда удача, как казалось, была в его руках, он готов был отправиться даже Дьяволу в когти.»
Но пещера… пещера… она была какой-то странной. Она… как будто дышала! Каждым шагом своим, каждым движением Брэм ощущал словно некое сердцебиение. Пещера казалась огромным живым существом, внимательно следящим за Скэйлом. Причем внимание это отнюдь не было дружелюбным. Страх нарастал и нарастал, и наступил миг, когда паника охватила Брэма настолько, что он готов был бросить к черту свою затею с прииском и бежать отсюда со всех ног, бежать не оглядываясь. И это-то при том, что Брэм не был трусом и вдобавок не верил в сверхъестественное. Теперь он готов был поверить во что угодно, лишь бы избавиться от этого кошмарного ощущения, когда точно знаешь, что за тобой кто-то следит, причем этот кто-то не человек и уж, конечно, не зверь!
Страница 1 из 4
