С детства меня преследуют ночные видения особого рода. Я называю их гиперсны. Будучи ребенком я верил, что гиперсны были путешествиями в иные миры…
13 мин, 49 сек 16237
Сперва мне почудилось, что это снежинка, но потом я различил человеческую фигурку с белыми крыльями за спиной. Крылья эти были составлены из перьев, виртуозно вырезанных из цельной кости. Господи, я видел их так отчетливо, будто они были у меня перед носом! Содрогаясь от отвращения и ужаса, а повернулся и побежал прочь. Костяной ангел устремился за мной.
Я долго бежал, задыхаясь, по каким-то темным коридорам и переходам, едва различая дорогу. А летучая тварь настигала меня, костяной шелест крыльев слышался все ближе и ближе. Наконец я увидел все и выбежал в зал ожидания. Здание вокзала изменилось. Теперь оно больше походило на турнирный зал рыцарского замка. Исчезли кассы, киоски и банкоматы, а вместо деревянных скамеечек пол покрывали каменные обломки. Вдоль стен висели турнирные щиты и факелы в держателях, подле колонн галереи у выходов на платформы появились рыцарские доспехи с алебардами и мечами. Мой преследователь влетел в зал, в руке его сверкнула шпага. Я бросился к одному из рыцарей и вырвал из его железной руки меч. Мы начали отчаянно драться. Крылатый имел на голове шлем, точнее выпуклую зеркальную маску на подобии тех, какие носят спортсмены-фехтовальщики. Я видел в отражении сове искаженное вытянутое лицо, и пару раз меня посетила шизофреническая мысль, что я дерусь с самим собой.
Я не должен был победить. В кошмарных снах так не бывает. В какой-то момент я уже умолял моего противника поскорее прикончить меня чтобы этот дурацкий сон наконец закончился. Но вдруг неожиданно я сделал удачный выпад и пронзил своего врага насквозь. Он не издал ни звука, обмяк и начал оседать вниз. Мертвая тяжесть трупа вырвала рукоять меча из моей руки. Рвотный спазм сжал мое горло, я упал на колени, согнулся, и меня вырвало.
Когда я выпрямился, о с изумлением обнаружил себя в здании железнодорожного вокзала. Переход из сна к яви произошел совершенно незаметно для меня. У моих колен растекалась лужа вонючей блевотины. Я повернул голову и едва не потерял сознание. В метре от меня между скамейками лежал труп убитого мною во сне монстра. Он был точно такой же, только костяные крылья исчезли. Лужа темной крови растекалась под ним. А над ним, на скамейке беспокойно ерзал во сне тучный старик, облокотившийся на свой пузатый чемодан. я услышал шаги позади себя. В мою сторону направлялся патруль. Появление злых от недосыпа патрульных не сулило мне ничего хорошего. Я с надеждой посмотрел на пространство между скамьями. Труп был на месте. В зеркальной маске отражались мои ботинки. Я зажмурился и резко открыл глаза. Затем похлопал себя по щекам, надавил пальцем на глазное яблоко — всё без толку. Труп был безнадежно реален. И я был причиной его появления. Нужно было что-то немедленно предпринять. С трудом мне удалось подняться на подгибающихся ногах. Я выпрямился и пошел к выходу, стараясь не спешить чтобы патруль не заподозрил неладное.
За дверью вокзала лежала тьма. Не было видно ни фонарей, ни огней автомобилей, ничего. Было очень тихо. Никаких городских звуков не долетало сюда. Я стоял на крыльце и смотрел вниз. Вместо трех невысоких ступенек вокзального крыльца передо мною открывался бесконечный спуск вниз. Я насчитал примерно полсотни ступеней, покрытых вечной пылью, дальше лестничный марш скрывался в клубах серого тумана. Делать было нечего, я начал спускаться вниз.
Я долго бежал, задыхаясь, по каким-то темным коридорам и переходам, едва различая дорогу. А летучая тварь настигала меня, костяной шелест крыльев слышался все ближе и ближе. Наконец я увидел все и выбежал в зал ожидания. Здание вокзала изменилось. Теперь оно больше походило на турнирный зал рыцарского замка. Исчезли кассы, киоски и банкоматы, а вместо деревянных скамеечек пол покрывали каменные обломки. Вдоль стен висели турнирные щиты и факелы в держателях, подле колонн галереи у выходов на платформы появились рыцарские доспехи с алебардами и мечами. Мой преследователь влетел в зал, в руке его сверкнула шпага. Я бросился к одному из рыцарей и вырвал из его железной руки меч. Мы начали отчаянно драться. Крылатый имел на голове шлем, точнее выпуклую зеркальную маску на подобии тех, какие носят спортсмены-фехтовальщики. Я видел в отражении сове искаженное вытянутое лицо, и пару раз меня посетила шизофреническая мысль, что я дерусь с самим собой.
Я не должен был победить. В кошмарных снах так не бывает. В какой-то момент я уже умолял моего противника поскорее прикончить меня чтобы этот дурацкий сон наконец закончился. Но вдруг неожиданно я сделал удачный выпад и пронзил своего врага насквозь. Он не издал ни звука, обмяк и начал оседать вниз. Мертвая тяжесть трупа вырвала рукоять меча из моей руки. Рвотный спазм сжал мое горло, я упал на колени, согнулся, и меня вырвало.
Когда я выпрямился, о с изумлением обнаружил себя в здании железнодорожного вокзала. Переход из сна к яви произошел совершенно незаметно для меня. У моих колен растекалась лужа вонючей блевотины. Я повернул голову и едва не потерял сознание. В метре от меня между скамейками лежал труп убитого мною во сне монстра. Он был точно такой же, только костяные крылья исчезли. Лужа темной крови растекалась под ним. А над ним, на скамейке беспокойно ерзал во сне тучный старик, облокотившийся на свой пузатый чемодан. я услышал шаги позади себя. В мою сторону направлялся патруль. Появление злых от недосыпа патрульных не сулило мне ничего хорошего. Я с надеждой посмотрел на пространство между скамьями. Труп был на месте. В зеркальной маске отражались мои ботинки. Я зажмурился и резко открыл глаза. Затем похлопал себя по щекам, надавил пальцем на глазное яблоко — всё без толку. Труп был безнадежно реален. И я был причиной его появления. Нужно было что-то немедленно предпринять. С трудом мне удалось подняться на подгибающихся ногах. Я выпрямился и пошел к выходу, стараясь не спешить чтобы патруль не заподозрил неладное.
За дверью вокзала лежала тьма. Не было видно ни фонарей, ни огней автомобилей, ничего. Было очень тихо. Никаких городских звуков не долетало сюда. Я стоял на крыльце и смотрел вниз. Вместо трех невысоких ступенек вокзального крыльца передо мною открывался бесконечный спуск вниз. Я насчитал примерно полсотни ступеней, покрытых вечной пылью, дальше лестничный марш скрывался в клубах серого тумана. Делать было нечего, я начал спускаться вниз.
Страница 4 из 4