Свет фар и шум мотора рассекли темноту, потревожив заснувшую было деревянную дачу. Подъехав к широкой деревянной калитке, машина посигналила. Тут же на крыльцо дощатого домика выбежала полная женщина в платке, в цветастом платье. Одним ловким движением она раздвинула высокий забор и отошла в сторону, давая машине проехать.
Добавить в моё избранное
13 мин, 5 сек 7565
Он сковывал пальцы, забивался под тонкую ткань платья, проявлял пупырышки на кистях рук. Ничего потеплей женщина с собой не взяла. А если бы даже и взяла, Андреич бы непременно отобрал.
Лес всё больше и больше казался жутким. Где-то протяжно заухали совы, в темноте то и дело загорались чьи-то глаза, а то вдруг неожиданно наступала тишина, отчего делалось ещё страшнее. В темноте ночной как раз всплывают все страхи, которые при свете дня кажутся глупыми. Сейчас Лере поневоле верилось и в леших, и в бабу Ягу, и в прочую лесную нечисть.
— Иван Андреич, а может, переодеться наизнанку, ну это, чтоб лешего обмануть?
— На кой ляд? — заорал Андреич.
— Я, блин, домой хочу, а ты мне тут своей бабьей дурью мозги полощещь! Завела чёрт-те куда, теперь молчи.
«Я завела?! — хотела было спросить Лера.»
— Да я только и делаю, что иду следом за Вами«.»
Но промолчала. Кончится тем, что он её, как всегда, пошлёт на три буквы.
— А это ещё что за чёрт? — вдруг выругался Андреич, глядя по сторонам.
Действительно, откуда-то издалека послышались какие-то непонятные звуки. Как будто кто-то истерично хохотал. И таких голосов было несколько — как мужских, так и женских, некоторые из них были пьяными.
«Уж не разбойники ли?» — подумала Лера, тревожно озираясь.
Сосед в тот момент оглянулся назад, и вдруг глаза его сделались круглыми от ужаса. Он завопил так, что Лера аж подпрыгнула, и, забыв про усталость, бросился наутёк, не разбирая дороги.
Лера и оглянуться не успела, как мимо неё промчались… нет, не разбойники. И даже не звери. Таких существ женщина видела впервые за всю жизнь. С виду они напоминали огромных кошек — чёрных, без единого пятнышка, с горящими жёлтыми глазами. У каждого на голове, промеж острых ушей, виднелось по два рога. Их длинные хвосты заканчивались остроконечной стрелкой. С гомерическим хохотом вся эта стая процокала копытами, даже не взглянув на перепуганную женщину.
Прежде чем Лера обрела способность двигаться, она услышала душераздирающие крики, раздававшиеся далеко спереди. Это кричал несчастный Андреич. Должно быть, черти кошачьи его всё-таки догнали… Растерянная, Лера не знала, что делать, куда бежать. Прочитать бы молитву, но все слова разом вылетели у неё из головы.
Тем временем дьявольские кошки вернулись назад. Так же стремительно они пронеслись мимо Леры — так, словно её и вовсе не существовало. На этот раз их смех звучал с нотками злобного торжества.
Вскоре всё стихло, и Лера осталась одна посреди леса. Слава Богу, живая!
Но куда теперь идти? На кого надеяться? Может, попробовать-таки сделать, как советовала бабушка? Хуже уже, скорей всего, не будет.
С этими мыслями Лера сняла платье и спешно вывернула наизнанку. Затем озябшими пальцами принялась натягивать на промёрзшее до самых костей тело. Босоножки поменять оказалось не намного легче. За весь день ходьбы ноги распухли и покрылись мозолями.
Наконец, когда дело было сделано, женщина осмелилась пройти вперёд. И тут же услышала негромкое:
— Лера! Лера!
Такой родной и любимый голос! Серёжин!
— Я здесь! Серёжа! Я здесь! — закричала она во всю мощь своих лёгких.
— Ты меня слышишь? — на этот раз голос показался чуточку ближе.
— Слышу! Я здесь!
Чуть ли не бегом женщина бросилась туда, откуда этот голос слышался. Бежать было неудобно — перепутанные босоножки здорово мешали, но Лера боялась их снять. Вдруг леший опять уведёт её куда подальше?
— Лера! — голос уже был совсем близко.
— Бегу, Серёженька!
Через несколько минут её уже обнимали и согревали любимые руки, а родные губы шептали нежные слова.
— Лера! Лерочка!
— Серёженька! Я люблю тебя!
— Я тебя тоже очень люблю. Пойдём домой, Лерочка!
При этом он не выпускал жену из своих объятий, да и Лера не хотела, чтобы выпустил. Напротив, прижалась к мужу покрепче и покорно пошла, куда он вёл. Она вдруг поймала себя на том, что точно так же, обнявшись, она шла бы с Серёжей не только домой, а куда угодно — хоть этапом в Сибирь, хоть на гильотину, да хоть вообще на край света. Рядом с любимым ей было совсем не страшно.
— Эх, Лерка, Лерка! — ворчала Зинаида Петровна, подкладывая невестке маринованных грибочков.
— По заднице бы тебе надавать, чтобы впредь старших слушала! Ребёнок целый день спрашивает: когда мама придёт? Серёжа, как приехал, тут же искать побежал. Хоть бы мобильник догадалась взять! Эх ты, горе луковое!
— Виновата, — оправдывалась Лера, словно нашкодившая ученица.
— Впредь не пойду в лес одна. Чертей кошачьих мне с лихвой хватило.
— Ещё бы! Хорошо, они тебя не заметили, а то бы худо пришлось.
— Может, я им неинтересна?
«Но где же Серёжа? Почему он так долго?» О том, что муж мог заблудиться в лесу, Лера не думала.
Лес всё больше и больше казался жутким. Где-то протяжно заухали совы, в темноте то и дело загорались чьи-то глаза, а то вдруг неожиданно наступала тишина, отчего делалось ещё страшнее. В темноте ночной как раз всплывают все страхи, которые при свете дня кажутся глупыми. Сейчас Лере поневоле верилось и в леших, и в бабу Ягу, и в прочую лесную нечисть.
— Иван Андреич, а может, переодеться наизнанку, ну это, чтоб лешего обмануть?
— На кой ляд? — заорал Андреич.
— Я, блин, домой хочу, а ты мне тут своей бабьей дурью мозги полощещь! Завела чёрт-те куда, теперь молчи.
«Я завела?! — хотела было спросить Лера.»
— Да я только и делаю, что иду следом за Вами«.»
Но промолчала. Кончится тем, что он её, как всегда, пошлёт на три буквы.
— А это ещё что за чёрт? — вдруг выругался Андреич, глядя по сторонам.
Действительно, откуда-то издалека послышались какие-то непонятные звуки. Как будто кто-то истерично хохотал. И таких голосов было несколько — как мужских, так и женских, некоторые из них были пьяными.
«Уж не разбойники ли?» — подумала Лера, тревожно озираясь.
Сосед в тот момент оглянулся назад, и вдруг глаза его сделались круглыми от ужаса. Он завопил так, что Лера аж подпрыгнула, и, забыв про усталость, бросился наутёк, не разбирая дороги.
Лера и оглянуться не успела, как мимо неё промчались… нет, не разбойники. И даже не звери. Таких существ женщина видела впервые за всю жизнь. С виду они напоминали огромных кошек — чёрных, без единого пятнышка, с горящими жёлтыми глазами. У каждого на голове, промеж острых ушей, виднелось по два рога. Их длинные хвосты заканчивались остроконечной стрелкой. С гомерическим хохотом вся эта стая процокала копытами, даже не взглянув на перепуганную женщину.
Прежде чем Лера обрела способность двигаться, она услышала душераздирающие крики, раздававшиеся далеко спереди. Это кричал несчастный Андреич. Должно быть, черти кошачьи его всё-таки догнали… Растерянная, Лера не знала, что делать, куда бежать. Прочитать бы молитву, но все слова разом вылетели у неё из головы.
Тем временем дьявольские кошки вернулись назад. Так же стремительно они пронеслись мимо Леры — так, словно её и вовсе не существовало. На этот раз их смех звучал с нотками злобного торжества.
Вскоре всё стихло, и Лера осталась одна посреди леса. Слава Богу, живая!
Но куда теперь идти? На кого надеяться? Может, попробовать-таки сделать, как советовала бабушка? Хуже уже, скорей всего, не будет.
С этими мыслями Лера сняла платье и спешно вывернула наизнанку. Затем озябшими пальцами принялась натягивать на промёрзшее до самых костей тело. Босоножки поменять оказалось не намного легче. За весь день ходьбы ноги распухли и покрылись мозолями.
Наконец, когда дело было сделано, женщина осмелилась пройти вперёд. И тут же услышала негромкое:
— Лера! Лера!
Такой родной и любимый голос! Серёжин!
— Я здесь! Серёжа! Я здесь! — закричала она во всю мощь своих лёгких.
— Ты меня слышишь? — на этот раз голос показался чуточку ближе.
— Слышу! Я здесь!
Чуть ли не бегом женщина бросилась туда, откуда этот голос слышался. Бежать было неудобно — перепутанные босоножки здорово мешали, но Лера боялась их снять. Вдруг леший опять уведёт её куда подальше?
— Лера! — голос уже был совсем близко.
— Бегу, Серёженька!
Через несколько минут её уже обнимали и согревали любимые руки, а родные губы шептали нежные слова.
— Лера! Лерочка!
— Серёженька! Я люблю тебя!
— Я тебя тоже очень люблю. Пойдём домой, Лерочка!
При этом он не выпускал жену из своих объятий, да и Лера не хотела, чтобы выпустил. Напротив, прижалась к мужу покрепче и покорно пошла, куда он вёл. Она вдруг поймала себя на том, что точно так же, обнявшись, она шла бы с Серёжей не только домой, а куда угодно — хоть этапом в Сибирь, хоть на гильотину, да хоть вообще на край света. Рядом с любимым ей было совсем не страшно.
— Эх, Лерка, Лерка! — ворчала Зинаида Петровна, подкладывая невестке маринованных грибочков.
— По заднице бы тебе надавать, чтобы впредь старших слушала! Ребёнок целый день спрашивает: когда мама придёт? Серёжа, как приехал, тут же искать побежал. Хоть бы мобильник догадалась взять! Эх ты, горе луковое!
— Виновата, — оправдывалась Лера, словно нашкодившая ученица.
— Впредь не пойду в лес одна. Чертей кошачьих мне с лихвой хватило.
— Ещё бы! Хорошо, они тебя не заметили, а то бы худо пришлось.
— Может, я им неинтересна?
«Но где же Серёжа? Почему он так долго?» О том, что муж мог заблудиться в лесу, Лера не думала.
Страница 3 из 4
