Дело было запрятано в потертую желтую папку. Доктор Кемп задумчиво поглядел на замусоленные уголки. Бумаги перелистывали и довольно часто. На одном из листов отчетливо виднелся отпечаток пальца. Наверняка, это его предшественник, доктор Зебски. Так некстати покончивший жизнь самоубийством.
Добавить в моё избранное
12 мин, 33 сек 573
Старшая сестра молча стояла возле стола, глядя на окно. Она не торопила Глорию, но та чувствовала, насколько ей неприятно здесь быть. Впрочем, ей самой тоже.
Взгляд ее упал на книжный шкаф-непременный атрибут любого врачебного кабинета. На средней полке, возле опрокинутой фотографии каких-то людей, она увидела две странные игрушки: горбатого гномика, с несуразно длинными руками и повисшего на ниточках тряпичного клоуна.
Глория всмотрелась. Гномик в синем колпаке стоял к ней в полоборота, как бы косясь из-под жалобно приподнятых, густых бровей. Но ее внимание привлек клоун. Он висел, нелепо растопырив руки и ноги, как будто упав откуда-то и случайно зацепившись за эти нити, натянутые меж двух ладоней.
Что-то трогательное и отталкивающее одновременно было в его искаженном лице. Глория всмотрелась еще. Дело было в глазах.
Глаза у клоуна были как живые, испуганно выпяченные, жалкие и пронзительные, полные какого-то готового вырваться крика….
Боже, ну что за идиотские вкусы у этих психиатров.
Она отвернулась. Посмотрела на часы. Времени оставалось не так много.
На столе перед ней лежала желтая папка.
— Кто это, — спросила она, взглянув на фотографию.
Евелин подошла, посмотрела через стол.
— Лилиан Паркер, — сказала она, — наша пациентка. Видимо, ваш отец работал с ней перед… перед уходом.
— Какая молодая… Я могу с ней поговорить?
Евелин замялась:-«Вообще-то это не принято, — сказала она.»
— Вдруг она сможет нам помочь? Во всей этой истории. Если она была последней, кто разговаривал с отцом.
— Но не больше, чем несколько минут, — согласилась Евелин.
— Вы же понимаете, правила….
Лилиан Паркер появилась быстро, почти сразу же, будто ждала за дверью.
На ней была синяя больничная пижама, кроссовки с аккуратно завязанными шнурками. Санитар, приведший ее, с любопытством посмотрел на Глорию и закрыл дверь.
Лилиан присела на кончик стула, выпрямилась и положила руки на колени.
Глория обратила внимание, что у нее аккуратно подстриженные и накрашенные ногти. И вообще она выглядела ухоженной и спокойной.
«Интересно, она знает о том, что случилось?» — подумала Глория.
— Наверное, нет.
На лице у Лилиан блуждала легкая, приветливая улыбка. Глория проследила за ее взглядом и заметила, что та улыбается тому самому, повисшему на ниточках клоуну«.»
— Вам знакома эта игрушка?» — спросила Глория.»
Лилиан с трудом оторвав взгляд от клоуна, повернула к ней голову:
— О, да, — ответила она.
— Это мой подарок доктору Кемпу.
— Он был ваш лечащий врач?
— Простите?
— Доктор Кемп занимался вашим лечением?
Лилиан посмотрела на нее удивленно и внимательно.
— Вы считает, что я больна?— спросила она.
Взгляд ее упал на книжный шкаф-непременный атрибут любого врачебного кабинета. На средней полке, возле опрокинутой фотографии каких-то людей, она увидела две странные игрушки: горбатого гномика, с несуразно длинными руками и повисшего на ниточках тряпичного клоуна.
Глория всмотрелась. Гномик в синем колпаке стоял к ней в полоборота, как бы косясь из-под жалобно приподнятых, густых бровей. Но ее внимание привлек клоун. Он висел, нелепо растопырив руки и ноги, как будто упав откуда-то и случайно зацепившись за эти нити, натянутые меж двух ладоней.
Что-то трогательное и отталкивающее одновременно было в его искаженном лице. Глория всмотрелась еще. Дело было в глазах.
Глаза у клоуна были как живые, испуганно выпяченные, жалкие и пронзительные, полные какого-то готового вырваться крика….
Боже, ну что за идиотские вкусы у этих психиатров.
Она отвернулась. Посмотрела на часы. Времени оставалось не так много.
На столе перед ней лежала желтая папка.
— Кто это, — спросила она, взглянув на фотографию.
Евелин подошла, посмотрела через стол.
— Лилиан Паркер, — сказала она, — наша пациентка. Видимо, ваш отец работал с ней перед… перед уходом.
— Какая молодая… Я могу с ней поговорить?
Евелин замялась:-«Вообще-то это не принято, — сказала она.»
— Вдруг она сможет нам помочь? Во всей этой истории. Если она была последней, кто разговаривал с отцом.
— Но не больше, чем несколько минут, — согласилась Евелин.
— Вы же понимаете, правила….
Лилиан Паркер появилась быстро, почти сразу же, будто ждала за дверью.
На ней была синяя больничная пижама, кроссовки с аккуратно завязанными шнурками. Санитар, приведший ее, с любопытством посмотрел на Глорию и закрыл дверь.
Лилиан присела на кончик стула, выпрямилась и положила руки на колени.
Глория обратила внимание, что у нее аккуратно подстриженные и накрашенные ногти. И вообще она выглядела ухоженной и спокойной.
«Интересно, она знает о том, что случилось?» — подумала Глория.
— Наверное, нет.
На лице у Лилиан блуждала легкая, приветливая улыбка. Глория проследила за ее взглядом и заметила, что та улыбается тому самому, повисшему на ниточках клоуну«.»
— Вам знакома эта игрушка?» — спросила Глория.»
Лилиан с трудом оторвав взгляд от клоуна, повернула к ней голову:
— О, да, — ответила она.
— Это мой подарок доктору Кемпу.
— Он был ваш лечащий врач?
— Простите?
— Доктор Кемп занимался вашим лечением?
Лилиан посмотрела на нее удивленно и внимательно.
— Вы считает, что я больна?— спросила она.
Страница 4 из 4
