Обряд Четырехмесячья

Либо это чья-то глупая шутка, либо мать действительно решилась. Резким нервным движением руки он дернул ручку и одновременно толкнул дверь — обычное действие, которое он делал сотни раз до этого момента, и практически превратившееся в ритуал, на этот раз далось ему нелегко. Сын как будто знал, что делает это в последний раз.

В ответ на хлопок двери из комнаты появилась мать. Перемены в ней сын заметил сразу, едва взглянул на нее. У матери был какой-то необычный взгляд. Она радостно вскинула руку в их обычном приветствии, но смотрела с легким оттенком печали. Сын решил брать быка за рога сразу, не оттягивая неприятный разговор. Хуже нет, чем ждать, тем более ждать неизвестно чего.

— Мы переезжаем? — задал вопрос он, больше утверждая, чем спрашивая.

— С чего ты взял? — мгновенно отозвалась мать.

— Значит, точно переезжаем, — кивнул он и опустился на диван.

— Ну спасибо, любимая мамочка. Как раз подгадала к финалу.

— У тебя завтра финал? — удивилась она.

— Так скоро?

— В том-то и дело, что не завтра. Через пять дней. И, как я полагаю, вместо того, чтобы стать самой перспективной командой, наши ребята окажутся в заднице. И все из-за меня!

— Дорогой, не кричи! — устало откликнулась мать.

— Во-первых, тебе найдут замену… — Какую замену, ты о чем вообще? — заорал сын, вскакивая с дивана.

— Кто будет играть вместо меня? Эдди? Дэйв? Эти недоумки не то, что играть — в запасе стоять не умеют! Как ты могла, мам?

Мать молчала, сознавая справедливость слов сына. Действительно, заменить его в университетской команде мог разве что один из игроков «Ред Сокс». Виды на ее сына имели сразу пять команд Национальной Бейсбольной Лиги, и этот финал — а мать была уверена, что он окажется победным для команды ее сына — окажется открытой дверью в НБЛ.

— И во-вторых, — сказала она торопливо, пока сын не успел разозлиться еще сильнее, — никакого переезда я не планировала. В ближайшее время, это уж точно.

— Тогда что означает эта проклятая табличка? — проревел сын, нависая над ней, как гризли.

— Какая табличка? — переспросила она, содрогнувшись.

— Которая висит на двери, черт возьми! — и он, схватив мать за руку, почти поволок ее к выходу. Распахнув дверь, он почти с торжеством указал на ее ручку.

— Ничего не понимаю, — мать осторожно сняла табличку и поднесла к глазам.

— Такое ощущение, что это просто шутка.

— Шутка? — ядовитым голосом, от которого у матери по спине побежали мурашки, спросил сын.

— Кто же так шутит, а?

— Смотри, — заговорила мать, изо всех сил стараясь, чтобы голос звучал уверенно, — буквы написаны криво, неровно. А вот, гляди — неужели ты думаешь, что твоя мать не способна написать правильно слово «продается»?

Сын мельком кинул взгляд на табличку.

— Я же знаю, — уже не так твердо сказал он, — что ты давно собиралась отсюда съехать.

— Собиралась, — подтвердила мать.

— Но разве могу я сломать твою карьеру ради каких-то личных желаний?

— Точно, — рот сына, только что представлявший собой острую как бритва, полоску, разъехался до ушей.

— Маму-уля! Так мы правда никуда не едем?

— Спрашиваешь! — фыркнула мать, швыряя табличку на траву.

— Впереди — финал!

Сын звонко чмокнул мать в щеку и побежал в дом. Вскоре его голос донесся из кухни. Он спрашивал, будет ли она пить кофе.

— Конечно, сынок, — отозвалась мать.

Сердце ее, только что бухавшее в груди, мало-помалу сбавляло свой кузнечный ритм.

Сидя на кушетке и задумчиво потягивая свой кофе, мать поверх чашки поглядывала на сына, который горой возвышался над столом. Решение, с которым она тянула последний месяц, должно быть принято сегодня. Сейчас.

— Сынок, — сказала она, отставив чашку.

— Да, мам! — невнятно отозвался сын, запихнув в рот еще одно печенье.

— Я давно решила сообщить тебе кое-что, — мать сцепила пальцы рук в замок.

— Но не знаю, как ты к этому отнесешься. Возможно, ты подумаешь, что твоя мама выжила из ума. Но я не могла сказать тебе об этом прежде.

— Прежде чего? — насторожился сын.

— Твоего восемнадцатилетия.

— Но восемнадцать мне исполнилось неделю назад! Не пойму я, куда ты клонишь, мам. Или это имеет какое-то отношение к переезду?

Глаза его сузились, но мать успокаивающе тронула его огромную руку.

— Ни о каком переезде речи пока не будет, обещаю.

— Тогда что? — сын, сбросив руку матери, вновь продолжил поглощение печенья.

— Что может иметь отношение к моему дню рождения?

Мать, собравшись с духом, заговорила:

— Ты у меня умный мальчик, и наверняка знаешь, что мифы и легенды, которые ходят в народе, почти все имеют логичное объяснение.