Печать Дракулы

— Нет! — Кейт категорично струсила меня с себя.

— Я не хочу вмешиваться в ваши с Майклом дела.

— Помоги… — как не стыдно признаваться сейчас, тогда я давила на Вашу жалость.

И это сработало.

— Ты сама за себя в ответе.

— Вы бросили мне длинный плащ с объёмным капюшоном.

Я вскочила и быстро оделась в него, не обратив внимания на босые ноги. Мантия идеально подошла мне, а главное — она полностью скрывала моё лицо.

— Я выведу тебя сейчас. Просто иди за мной и ни с кем не разговаривай.

— Кейт открыла дверь и жестом пригласила выйти. Для меня до сих пор загадка, как Вам так быстро удалось сменить наряд?

Из замка мы вышли спокойно… Ну если не считать того, что все Кейт чуть ли не в ножки кидались. Одно радует, на меня никто не обратил ни малейшего внимания. Кроме Майкла. Он заметил нас уже на улице, спускающихся по величественно красивой кованой лестнице.

Я опять начинала паниковать. Если он догадается… Ай! Кейт больно ударила меня в бок своим локтём. И, честно говоря, спасибо ей за это.

— Кейт… — Майкл выглядел таким разбитым и потерянным… Волосы взъерошены, мятая рубашка небрежно расстёгнута на три верхние пуговицы.

Он озадаченно потёр подбородок, оценивая меня взглядом. Медленно его палец спустился от челюсти к губам, щетина сопровождала эти завораживающие движение своим лёгким шуршанием. Какой чудесный звук… Рука Майкла устремилась вверх к роскошной гриве. На солнце его каштановая шевелюра переливалась прекрасным множеством медных оттенков, отлично контрастируя с бледной кожей и… красными глазами.

Внезапно я поняла, что, как чистой воды — дура, стою и разглядываю его, несмотря на свою приподнятую к небу головушку и спавший к чертям капюшон!

— Только не смей паниковать, Анна! — моё подсознание всё ещё тянуло последнюю ноту здравия.

— Привет… — я шептала.

— Привет, — теперь разум принялся грубо высмеивать меня, — он сейчас на части тебя разорвёт и единственное что ты смогла из себя вытянуть — это какой-то глупый «привет»… Да уж, лучшего времени, чтобы поздороваться и не найти.

— Аннабель… — Майкл, кажется, тоже говорил тихо.

— Какого ты чёрта? — нет, он шипел, на этот раз обращаясь к Кейт.

Она же не проявляла никаких эмоций. Равнодушие в её глазах, словно никуда и не девалось последние два часа.

— Какого чёрта вы обе задумали?! — я вздрогнула от его голоса. В таком тоне он никогда со мной не разговаривал.

— Ну давай, объясняй, как ты на коленях умоляла меня показать тебе «Станцию Краффаген» в Морфии.

— Кейт лгала, сложив руки на груди в молитвенной позе.

Я очень неправдоподобно рассмеялась, а Майкл, похоже, растерялся.

— Думаю, нам есть что обсудить.

— я обратилась к нему, предоставляя Кейт возможность оставить нас наедине и уйти. Она так и сделала.

Я не отводила от неё глаз до тех пор, пока зелень Мисс Суаресс совсем не исчезла из поля моего зрения. Майкл терпеливо ждал, сложив руки за спиной.

— Злишься, значит… — моё подсознание переключилось в режим «стерва».

— Ну ничего, тебе так даже идёт.

— я демонстративно прошла мимо него в сторону главных ворот. Не надеясь выйти в город, я представила, как бешенный Майкл запирает меня в высокой-высокой башне с маленьким витражным окошечком. Косу что ли отпустить?

Смешно… Но, как ни странно, я спокойно дошла до конечной точки патруля и ни одной попытки остановить меня не последовало… Необычно.

2. Я шла по обочине, придерживая полы мантии, которые просто не мог оставить в покое ветер. Да и волосам повезло не меньше. Почему я разозлилась на него? Ну нет, так со мной обращаться я никому не позволю. И что вообще значило «её мать в чём-то замешана с оборотнями»?! Неужели я не имею права знать что происходит?

Интересно, в курсе ли Гейб? Наверное… Тогда почему он ничего не сказал мне? Это ведь и моя мама тоже… Ой… Почему так щиплет щёки? Ветер?

Слёзы.

Я опустилась на грязный асфальт, лицом зарывшись в мягкую накидку.

— Ох, чёрт… Почему так жжёт-то? — коснувшись своих век, я почувствовала знакомый запах и дикую боль.

На мои руки капали жгучие слёзы вперемешку с кровью, образовывая маленькие ожоги на дрожащих ладонях… Сказать, что я испугалась, значит ничего не сказать. Я была в ужасном паническом шоке.

Кровь — Какого чёрта?! Как?! Что делать?! — разум был парализован, а я не в состоянии даже пошевелиться.

Моё тело больше меня не слушалось, реальность отошла на второй план, а лицо жгло такой болью, что каждый мой мускул, каждая мышца и клеточка пульсировали адскими покалываниями, а я погружалась в неимоверную агонию страха.

Внезапно заметив на себе чьи-то руки, я рванула что есть мочи, издав дикий вопль и нечаянно задев пораженную плоть.