Я кивнул Максу и Сереге, и они придвинулись ближе к очкарику. Тот стоял рядом, прислонившись прыщавым лбом к окошку и пялясь в свой планшет. Наш потенциальный клиент — прилично одетый студентик, очки с надписью «Trussardi», часы «Tissot» и сумка«D&G», в которой явно есть, чем поживиться.
Добавить в моё избранное
8 мин, 15 сек 6178
Плевок достал лишь до его розовенькой рубашечки.
— Ты сам напросился, — угрожающе сказал он, надев очки.
Он повернулся и пошел. Невидимые путы до сих пор сковывали меня по рукам и ногам.
Через метров пять он обернулся. Сложил руки в замок и начал их сильно сжимать.
Мое тело с обеих сторон, будто невидимка сдавливал. Медленно, мучительно.
Очкарик поднял руки выше. О, черт, моя голова! Гребаный Гарри Поттер вздумал меня убить.
Моя голова сдавливалась сильнее и сильнее. Мне послышался хруст или нет?
Наверное, нет. Какая пытка! Скоро смерть? Как же больно голову!
Простите меня за все, мама, папа, Макс и Серега. Простите меня. Петр Петрович выгуливал собаку. Шесть утра, еще даже не светает. Противно хрюкающий мопс вдруг куда-то ломанулся. Петр Петрович быстрым шагом последовал за псом.
За кустами акации мопс рычал и принюхивался к лежащему телу.
«Пирожок нашел бомжа. Экое открытие», — саркастически подумал Петр Петрович. Пирожок — самая подходящая кличка для мопса. Жаль, что не ему она пришла в голову.
Пес подошел к бомжу и начал его лизать.
— Эй, кыш! Брысь! — притопнул Петр Петрович. Мопс виновато подбежал к хозяину. Бомж даже не пошевелился.
Петр Петрович подошел ближе.
Он сразу понял, что это не бомж, а тело бомжа. Оно выглядело так, словно его пытались перекрутить на мясорубке или пережевать. Но начатого не доделали и извлекли так.
На запястье трупа была знакомая татуировка. Птица на ветке.
— Это жаворонок, — объяснил ему летом хозяин татуировки. Петр Петрович покрылся холодным потом
— Ты сам напросился, — угрожающе сказал он, надев очки.
Он повернулся и пошел. Невидимые путы до сих пор сковывали меня по рукам и ногам.
Через метров пять он обернулся. Сложил руки в замок и начал их сильно сжимать.
Мое тело с обеих сторон, будто невидимка сдавливал. Медленно, мучительно.
Очкарик поднял руки выше. О, черт, моя голова! Гребаный Гарри Поттер вздумал меня убить.
Моя голова сдавливалась сильнее и сильнее. Мне послышался хруст или нет?
Наверное, нет. Какая пытка! Скоро смерть? Как же больно голову!
Простите меня за все, мама, папа, Макс и Серега. Простите меня. Петр Петрович выгуливал собаку. Шесть утра, еще даже не светает. Противно хрюкающий мопс вдруг куда-то ломанулся. Петр Петрович быстрым шагом последовал за псом.
За кустами акации мопс рычал и принюхивался к лежащему телу.
«Пирожок нашел бомжа. Экое открытие», — саркастически подумал Петр Петрович. Пирожок — самая подходящая кличка для мопса. Жаль, что не ему она пришла в голову.
Пес подошел к бомжу и начал его лизать.
— Эй, кыш! Брысь! — притопнул Петр Петрович. Мопс виновато подбежал к хозяину. Бомж даже не пошевелился.
Петр Петрович подошел ближе.
Он сразу понял, что это не бомж, а тело бомжа. Оно выглядело так, словно его пытались перекрутить на мясорубке или пережевать. Но начатого не доделали и извлекли так.
На запястье трупа была знакомая татуировка. Птица на ветке.
— Это жаворонок, — объяснил ему летом хозяин татуировки. Петр Петрович покрылся холодным потом
Страница 3 из 3
