Дочь Луны

Фиби послала в нее яростный взгляд — ясно было, что к этой теме она хотела подойти постепенно.

Я скептически подняла брови. А ведь сколько бы я не старалась перед зеркалом, у меня никак не получалось поднять всего одну бровь.

В ответ Фиби молча протянула мне листок пергамента, озаглавленный «Список новых учеников». В скобках было указано «белая ведьма» или«белый колдун». Я мельком прошлась глазами по списку и отыскала свою фамилию. «Мерсер, Джессика (темная ведьма)».

Я еще раз просмотрела список. У меня одной было указано «темная ведьма».

Я подняла глаза на ликующую троицу.

Девочки обменялись радостными улыбками. И чего они так радуются?

Молча я протянула список Фиби. Она скатала его в трубку и перевязала фиолетовой ленточкой.

— Ну и что?

Такой «пофигистичной» реакции от меня явно не ожидали. Улыбки исчезли, а когда Фиби заговорила, ее голос дрожал от еле различимого гнева:

— Ну и что? И ты еще спрашиваешь? Темные ведьмы намного сильнее белых! Мы можем такое, о чем они могут только мечтать! — Фиби кивнула на спускавшихся по лестнице близняшек. Они метнули в спину ведьме обиженный взгляд и взбежали вверх.

— Мы можем летать! Оживлять мертвых! Нам подчиняются все силы ночи!

Глаза Фиби горели азартом. Ничто из этого списка меня не прельщало. Я не знала, чего они от меня хотят, а потому спросила напрямик:

— Чего вы хотите?

— Чтобы ты вступила в наш ковен! — выпалила Оливия и тут же съежилась под очередным гневным взглядом Фиби.

Ковены? Кажется, мама рассказывала мне о группах ведьм, союз которых значительно увеличивал их силу. Но, кажется, все ковены давно перестали быть популярными. Ведьмы отдалились друг от друга (особенно на это повлияла средневековая инквизиция) и ковенов больше не стало.

— Ковен увеличит и твою и нашу силу, — нехотя признала Фиби. Видно было, что она не хочет принимать меня в свой «клан королевы школы», но ей очень хотелось получить как можно больше силы и власти. Меня эта перспектива не привлекала, о чем я и сообщила ей со всей прямотой.

Откуда ни возьмись, подул резкий ветер. Свечи погасли, в холле стало темно. Наступила пугающая тишина, слышны были только тихие звуки дождя, но они раздавались словно издалека. В темноте я увидела, как кожа девочек наливается серебристым лунным светом. Глаза словно метали огненные молнии, а волосы развевались, как при сильном ветре. Медленно оторвавшись носками одинаковых черных туфель, они поднялись над ступенями лестницы. Приподнявшись примерно на полметра, девочки опустились у подножия лестницы. Дружно стукнули каблуки. Серебристое сияние, исходящее от их кожи, погасло. Только сейчас я осознала, что это — настоящие колдуньи, а не слепые пародии на ведьм.

— Видела? — азартно спросила Хлоя.

— И это только мы втроем! Представь, на что мы будем способны, если ты согласишься!

Я нахмурилась. Это что, новый метод запугивания? Смотри, какие мы стра-а-ашные! Иди к нам, будешь такой же стра-а-ашной!

— Нет. И если вы позволите, я пойду. Меня подруга ждет.

Я обошла девушек и направилась к двери в коридор.

— С кем ты живешь? — равнодушно спросила Фиби. Спиной я ощутила на себе все тот же скучающий взгляд.

— С Рейчел Талбот, — бросила я через плечо. Я услышала, как троица дружно ахнула.

— С убийцей?! — воскликнула Оливия.

Я раздраженно повернулась лицом к девушкам, намереваясь защитить честь Рейчел и увидела в глазах девочек плохо скрываемый ужас. Но одновременно с ним я видела искорку хитрости и злобности.

— Что? — надменно спросила я, стараясь скрыть страх.

— В прошлом году с Рейчел жила девушка по имени Лили.

— Стуча каблуками, Фиби подошла к фотографии, которую я рассматривала и ткнула в нее пальцем. Я поняла, что она указывает на обнявшихся Рейчел и девушку, чьего имени я не знала.

— А в конце семестра, перед балом по случаю Хэллоуина, Лили нашли мертвой. Она лежала на полу ванной в луже крови. Даже Гэри не смог ей помочь — он ведь белый колдун, он не может оживлять мертвых. А мы с ней дружили, уважали ее… — Раз дружили, почему не оживили? — холодно спросила я, сверля глазами фальшивую «жалобную мордашку» Фиби.

— Мы не умеем, — вступилась за подругу Хлоя.

— А вот накануне Лили и Рейчел поссорились. И вот, пожалуйста — она убила бывшую подругу.

— А почему вы так уверены, что это была она?

— А кто еще? — задала вопрос Оливия.

— Даже и не знаю, — мысленно протянула я. По мне, так эти три девицы вполне могли кого-нибудь убить. А потом строить смазливые лица и скорбеть о смерти бывшей подруги. Во всяком случае, в причастность Рейчел я не верила.

— Миссис Гилрой тоже считает, что убийца Рейчел? — деревянным голосом спросила я.

— Нет, не считает. И вообще, про ссору знаем только мы.