Колдун — в русских поверьях, чаще, опытный старец, умеющий колдовать, накладывать чары, общающийся с потусторонним миром и существами…
Добавить в моё избранное
35 мин, 27 сек 16907
По поверьям, колдовать можно было не только посредством каких-то действий, через предметы, но словом или просто взглядом, «по ветру» и т. п., то есть практически любое движение подозреваемого в колдовстве считалось«чарованием».
Колдуну подвластны почти все стороны бытия природы и человека. Он повелевает небесными явлениями, погодой (насылает град, ветер, «отводит» тучи, что отражено уже в древнерусских историко-литературных памятниках). Повелевая стихиями, природными явлениями, колдун может их«толковать», то есть разгадывать, предсказывать посредством их будущее, объяснять настоящее.
Такая роль колдуна, ворожца, волхва, видимо, очень существенная для жизни Древней Руси, не столь ярко выражена в поверьях XIX-XX вв., хотя и в это время к колдунам продолжали обращаться за разгадкой причин тех или иных событий (главным образом, с просьбой отыскать источник порчи, причину болезни, пропажи…
Представления об исконной и особой власти колдунов над водой, влагой, погодой отразились в позднейших повествованиях о разбойниках-колдунах, в частности о Степане Разине, который мог, по поверьям, плавать по реке на войлоке или в нарисованной лодке, умел насылать ветер, бурю.
Как и ведьма, колдун может «портить» скот, поля, людей: он отнимает молоко у коров, делает в поле прожины, заломы, закрутки, куклы. Делая закрутку или куклу, колдун связывает колосья в пучок, нередко пригибая при этом к земле. Такое вязание — колдовское действие: оно«связывает», уничтожает плодородие, урожай. Человек, неосторожно сорвавший куклу или просто дотронувшийся до нее, опасно заболевает, умирает. Куклу (как и закрутку, залом) снимали, уничтожали с особыми предосторожностями (не руками, а, например, кочергой) и сжигали; убрать куклу, закрутку, залом приглашали «сильного» колдуна или священника. Подобно ведьмам,«портящие» урожай и скот колдуны считались особенно опасными в дни летнего солнцеворота, но в целом связь их действий с определенным временем года или суток выражена в поверьях не столь ярко, как у ведьм. Погоду, скот и поля колдуны, в представлении крестьян, портили реже, чем ведьмы, козням которых часто приписывались все значительные и незначительные отклонения в жизни крестьянской общины. В XIX-XX вв. нередко именно«сильный» колдун отыскивает источник таких отклонений и наказывает ведьму, в общем-то, сходно с волхвами Древней Руси, которые преследовали губивших урожай ведьм. Роль колдуна, таким образом, может быть положительной, необходимой, хотя и менее значимой, чем у волхвов, влиявших даже на государственный быт Древней Руси. Отношение же крестьян к колдунам, волхвам, по-видимому, всегда оставалось двойственным: это уважение, смешанное со страхом.
Как искусные колдуны традиционно славились иноземцы — финны, лопари, татары и т. п. В одном из записанных на Терском Берегу Белого моря рассказов свадьбу портит лопин (лопарь): «Бывало еще дедка женился мой, Поликарп. Поехал за невестой… А тут жили в соседях. Тоже лопаря жили, дак. Вышел лопин один… Бросил головню. А от головни-то искры полетели, полетели, да в окно, да в подрезок. Искра прилетела, и в окни-то заорало — как женщина. Все перепугались, не знают, что делать. А отец — это прадед мой уже — пошел к дедку Семену. Пришел.» Ну, я к тебе«, — говорит. Тот сидит, бахилы шьет. Говорит:» Я сейчас!«Встал дедко, бахил положил, взял тупицу да гвоздь большой. Не спросил — куда, зачем, а пришел да гвоздь поставил в подрезок, пробил дырочку… Взвизгнуло в подрезке-то! Он и говорит:» Что, мало попало еще?«Развернулся, да еще стукнул, да пошел… И стихло. А такой вой был — за реку было слышно. Девки за водой боялись ходить».
Колдун может «напустить» на человека икоту, посадить в него беса, сделать его припадочным, кликушей; он же и«снимает» порчу, лечит:«Кто на добро ладит, кто на зло».
Особенно опасались вредоносного колдовства во время свадеб. Значительную часть русских рассказов о колдунах составляют повествования о свадебной порче или о свадебном соперничестве колдунов. Поскольку жених с невестой и поезжане считались особенно подверженными порче, то на свадьбу обязательно приглашали «сильного» колдуна, которому отводилось одно из самых почетных мест.«Раньше свадьбу без колдуна не сыграешь. А то свадьбу испортят… Превратят ее или в веников, или в волков. И разбегутся все. Свадьбу не соберешь. А берут сильного колдуна: он за крестным едет, передом, и все это отделает [отколдует]»…
Виды свадебной порчи многообразны: не может двинуться с места свадебный поезд, распрягаются и дохнут кони, а на поезжан находит нечто вроде коллективного помрачения рассудка, заболевают молодые и т. п. Нередко свадьба становится ареной соперничества колдунов, один из которых «портит», а другой устраняет порчу.
«На одной свадьбе колдун для предохранения молодых от порчи. Когда молодые отправлялись в церковь, то заметили человека, стоявшего неподвижно около ихнего дома. Возвращаясь из церкви, опять заметили этого человека на том же месте.
Колдуну подвластны почти все стороны бытия природы и человека. Он повелевает небесными явлениями, погодой (насылает град, ветер, «отводит» тучи, что отражено уже в древнерусских историко-литературных памятниках). Повелевая стихиями, природными явлениями, колдун может их«толковать», то есть разгадывать, предсказывать посредством их будущее, объяснять настоящее.
Такая роль колдуна, ворожца, волхва, видимо, очень существенная для жизни Древней Руси, не столь ярко выражена в поверьях XIX-XX вв., хотя и в это время к колдунам продолжали обращаться за разгадкой причин тех или иных событий (главным образом, с просьбой отыскать источник порчи, причину болезни, пропажи…
Представления об исконной и особой власти колдунов над водой, влагой, погодой отразились в позднейших повествованиях о разбойниках-колдунах, в частности о Степане Разине, который мог, по поверьям, плавать по реке на войлоке или в нарисованной лодке, умел насылать ветер, бурю.
Как и ведьма, колдун может «портить» скот, поля, людей: он отнимает молоко у коров, делает в поле прожины, заломы, закрутки, куклы. Делая закрутку или куклу, колдун связывает колосья в пучок, нередко пригибая при этом к земле. Такое вязание — колдовское действие: оно«связывает», уничтожает плодородие, урожай. Человек, неосторожно сорвавший куклу или просто дотронувшийся до нее, опасно заболевает, умирает. Куклу (как и закрутку, залом) снимали, уничтожали с особыми предосторожностями (не руками, а, например, кочергой) и сжигали; убрать куклу, закрутку, залом приглашали «сильного» колдуна или священника. Подобно ведьмам,«портящие» урожай и скот колдуны считались особенно опасными в дни летнего солнцеворота, но в целом связь их действий с определенным временем года или суток выражена в поверьях не столь ярко, как у ведьм. Погоду, скот и поля колдуны, в представлении крестьян, портили реже, чем ведьмы, козням которых часто приписывались все значительные и незначительные отклонения в жизни крестьянской общины. В XIX-XX вв. нередко именно«сильный» колдун отыскивает источник таких отклонений и наказывает ведьму, в общем-то, сходно с волхвами Древней Руси, которые преследовали губивших урожай ведьм. Роль колдуна, таким образом, может быть положительной, необходимой, хотя и менее значимой, чем у волхвов, влиявших даже на государственный быт Древней Руси. Отношение же крестьян к колдунам, волхвам, по-видимому, всегда оставалось двойственным: это уважение, смешанное со страхом.
Как искусные колдуны традиционно славились иноземцы — финны, лопари, татары и т. п. В одном из записанных на Терском Берегу Белого моря рассказов свадьбу портит лопин (лопарь): «Бывало еще дедка женился мой, Поликарп. Поехал за невестой… А тут жили в соседях. Тоже лопаря жили, дак. Вышел лопин один… Бросил головню. А от головни-то искры полетели, полетели, да в окно, да в подрезок. Искра прилетела, и в окни-то заорало — как женщина. Все перепугались, не знают, что делать. А отец — это прадед мой уже — пошел к дедку Семену. Пришел.» Ну, я к тебе«, — говорит. Тот сидит, бахилы шьет. Говорит:» Я сейчас!«Встал дедко, бахил положил, взял тупицу да гвоздь большой. Не спросил — куда, зачем, а пришел да гвоздь поставил в подрезок, пробил дырочку… Взвизгнуло в подрезке-то! Он и говорит:» Что, мало попало еще?«Развернулся, да еще стукнул, да пошел… И стихло. А такой вой был — за реку было слышно. Девки за водой боялись ходить».
Колдун может «напустить» на человека икоту, посадить в него беса, сделать его припадочным, кликушей; он же и«снимает» порчу, лечит:«Кто на добро ладит, кто на зло».
Особенно опасались вредоносного колдовства во время свадеб. Значительную часть русских рассказов о колдунах составляют повествования о свадебной порче или о свадебном соперничестве колдунов. Поскольку жених с невестой и поезжане считались особенно подверженными порче, то на свадьбу обязательно приглашали «сильного» колдуна, которому отводилось одно из самых почетных мест.«Раньше свадьбу без колдуна не сыграешь. А то свадьбу испортят… Превратят ее или в веников, или в волков. И разбегутся все. Свадьбу не соберешь. А берут сильного колдуна: он за крестным едет, передом, и все это отделает [отколдует]»…
Виды свадебной порчи многообразны: не может двинуться с места свадебный поезд, распрягаются и дохнут кони, а на поезжан находит нечто вроде коллективного помрачения рассудка, заболевают молодые и т. п. Нередко свадьба становится ареной соперничества колдунов, один из которых «портит», а другой устраняет порчу.
«На одной свадьбе колдун для предохранения молодых от порчи. Когда молодые отправлялись в церковь, то заметили человека, стоявшего неподвижно около ихнего дома. Возвращаясь из церкви, опять заметили этого человека на том же месте.
Страница 2 из 10
