Колдун — в русских поверьях, чаще, опытный старец, умеющий колдовать, накладывать чары, общающийся с потусторонним миром и существами…
Добавить в моё избранное
35 мин, 27 сек 16908
Вдруг этот человек обратился к колдуну, бывшему с молодыми:» Отпусти, не держи меня!«Колдун ответил:» Я и не держу тебя«. Тогда этот человек бегом пустился от них. Оказалось, что это был колдун, подосланный для порчи молодых. Но защитник молодых узнал его и силою своих чар заставил его простоять неподвижно все время венчания»…
Многочисленны рассказы о колдовском оборачивании участников свадьбы (чаще всего — в волков) (см. ВОЛКОДЛАК). Свадебные колдовские метаморфозы, которые производят и которым препятствуют колдуны, возможно, некогда были необходимой частью обряда (например, оборот в волка как необходимое и закономерное приобщение к сакрализованному облику зверя, «старшего», предка, покровителя, происходящее в важнейшие моменты человеческой жизни). В XIX-XX вв. такие «приобщения-превращения» воспринимаются уже как неизбежно нависающая над участниками свадьбы угроза порчи,«отвести» или«не отвести» которую властен колдун.
Колдуны — своеобразные распорядители свадеб, в чем, вероятно, наиболее ярко отразилась и сохранилась их некогда очень существенная роль старших в общине, обладающих особыми знаниями людей, объясняющих и устраняющих источники несчастий, знающих прошлое и будущее, предписывающих людям, как себя вести. В Древней Руси волхвы-колдуны «были общественным классом, игравшим роль жрецов. Они приносили жертвы и руководили богослужением, заботились о чистоте и неприкосновенности кумиров и мест богослужения, как и о сохранении мифологии, производили заклинания таинственных сил природы… ; они управляли природой, насылали дождь и ведро; собирали волшебные травы и коренья и лечили народ; они гадали по полету птиц <… >Волхва приглашали в дом при крещении ребенка, которому он давал языческое имя и завязывал на шее волшебный узел (науз); волхвов приглашали на свадьбы и особенно задабривали, чтобы уберечь молодых от порчи; к ним обращались во всех трудных обстоятельствах жизни <…> Народ долго находился под их влиянием, только иногда во время голода или засухи совершая над ними насилие, сожигая их, топя их в воде, выгребая их трупы из могил подобно тому, как бьет язычник своего идола, не получив от него желаемого» [Рязановский, 1915].
Представления об основных умениях колдунов сохранились на протяжении тысячелетия почти неизменными, социальный же статус волхва-колдуна был не столько подорван с принятием христианства, сколько причудливым образом распространен на всех людей, обладавших, по представлению крестьян, особой властью и силами.
Кроме «благородных разбойников»(Разина, Пугачева и др.), колдунами в народном мировоззрении мыслятся порою и священники, церковный причт. Такого взгляда не чуждались даже образованные классы. Собор Лаокидийский тридцать шестым правилом вынужден был запретить членам клира быть волшебниками. Протопоп Аввакум«славен был в Лопатицах и Юрьевце как заклинатель чертей»; в 1672 г. патриарх Никон писал царю, что архимандрит Кириллова монастыря с братией напускает на его келью чертей. В поверьях крестьян XIX-XX вв. колдунами и наставниками колдующих могут выступать, например, дьяконы…
В целом же колдун в поверьях крестьянства — фигура более «светская», социализированная, чем ведьма: основные представления о нем устойчивы, но меняют окраску в процессе исторического развития.
Имена «сильных» колдунов были обычно известны по всей округе; прочих подозреваемых в колдовстве можно было распознать в церкви на Пасху. В церкви колдуны — «самые богомоленные», хотя за пасхальной утреней свечи у них все время гаснут. Если же взять первое яйцо от молодой курицы, окрашенное в красный цвет, и, держа его в руке, смотреть на присутствующих в церкви во время крестного хода, то все колдуны окажутся стоящими спиной к иконам, с рогами на голове (Тульск… В Саратовской губернии считали, что, если зажигать всю Пасхальную неделю одну и ту же свечу, а затем (на год) привесить ее вниз фитилем на яблоке и снова зажечь во время следующей Пасхи, то все колдуны, находящиеся в церкви, перевернутся при свете этой свечи кверху ногами.
Обезопаситься от колдуна, лишить его колдовских чар возможно было, главным образом, покалечив, ударив «наотмашь»(в том числе тележной осью или осиновым поленом), а также прочитав в его присутствии молитву«Да воскреснет Бог» три раза с конца. Однако колдунов, особенно«сильных», опасались и расправлялись с ними не столь часто, как с ведьмами.
Согласно общераспространенным представлениям, умерший колдун часто становился по смерти еретиком, упырем: он начинал «вставать» из могилы, преследовать и губить людей (см. ЕРЕТИК, УПЫРЬ). Могилу такого мертвеца разрывали, подрезали ему пятки, вбивали в спину осиновый кол. Нередко колдунов хоронили с целым рядом предосторожностей: связав им руки, ноги, вниз лицом и т. п., чтобы помешать«вставать и ходить».
Сама внешность колдуна, строгая и внушительная, очень напоминает старый дуб.
Многочисленны рассказы о колдовском оборачивании участников свадьбы (чаще всего — в волков) (см. ВОЛКОДЛАК). Свадебные колдовские метаморфозы, которые производят и которым препятствуют колдуны, возможно, некогда были необходимой частью обряда (например, оборот в волка как необходимое и закономерное приобщение к сакрализованному облику зверя, «старшего», предка, покровителя, происходящее в важнейшие моменты человеческой жизни). В XIX-XX вв. такие «приобщения-превращения» воспринимаются уже как неизбежно нависающая над участниками свадьбы угроза порчи,«отвести» или«не отвести» которую властен колдун.
Колдуны — своеобразные распорядители свадеб, в чем, вероятно, наиболее ярко отразилась и сохранилась их некогда очень существенная роль старших в общине, обладающих особыми знаниями людей, объясняющих и устраняющих источники несчастий, знающих прошлое и будущее, предписывающих людям, как себя вести. В Древней Руси волхвы-колдуны «были общественным классом, игравшим роль жрецов. Они приносили жертвы и руководили богослужением, заботились о чистоте и неприкосновенности кумиров и мест богослужения, как и о сохранении мифологии, производили заклинания таинственных сил природы… ; они управляли природой, насылали дождь и ведро; собирали волшебные травы и коренья и лечили народ; они гадали по полету птиц <… >Волхва приглашали в дом при крещении ребенка, которому он давал языческое имя и завязывал на шее волшебный узел (науз); волхвов приглашали на свадьбы и особенно задабривали, чтобы уберечь молодых от порчи; к ним обращались во всех трудных обстоятельствах жизни <…> Народ долго находился под их влиянием, только иногда во время голода или засухи совершая над ними насилие, сожигая их, топя их в воде, выгребая их трупы из могил подобно тому, как бьет язычник своего идола, не получив от него желаемого» [Рязановский, 1915].
Представления об основных умениях колдунов сохранились на протяжении тысячелетия почти неизменными, социальный же статус волхва-колдуна был не столько подорван с принятием христианства, сколько причудливым образом распространен на всех людей, обладавших, по представлению крестьян, особой властью и силами.
Кроме «благородных разбойников»(Разина, Пугачева и др.), колдунами в народном мировоззрении мыслятся порою и священники, церковный причт. Такого взгляда не чуждались даже образованные классы. Собор Лаокидийский тридцать шестым правилом вынужден был запретить членам клира быть волшебниками. Протопоп Аввакум«славен был в Лопатицах и Юрьевце как заклинатель чертей»; в 1672 г. патриарх Никон писал царю, что архимандрит Кириллова монастыря с братией напускает на его келью чертей. В поверьях крестьян XIX-XX вв. колдунами и наставниками колдующих могут выступать, например, дьяконы…
В целом же колдун в поверьях крестьянства — фигура более «светская», социализированная, чем ведьма: основные представления о нем устойчивы, но меняют окраску в процессе исторического развития.
Имена «сильных» колдунов были обычно известны по всей округе; прочих подозреваемых в колдовстве можно было распознать в церкви на Пасху. В церкви колдуны — «самые богомоленные», хотя за пасхальной утреней свечи у них все время гаснут. Если же взять первое яйцо от молодой курицы, окрашенное в красный цвет, и, держа его в руке, смотреть на присутствующих в церкви во время крестного хода, то все колдуны окажутся стоящими спиной к иконам, с рогами на голове (Тульск… В Саратовской губернии считали, что, если зажигать всю Пасхальную неделю одну и ту же свечу, а затем (на год) привесить ее вниз фитилем на яблоке и снова зажечь во время следующей Пасхи, то все колдуны, находящиеся в церкви, перевернутся при свете этой свечи кверху ногами.
Обезопаситься от колдуна, лишить его колдовских чар возможно было, главным образом, покалечив, ударив «наотмашь»(в том числе тележной осью или осиновым поленом), а также прочитав в его присутствии молитву«Да воскреснет Бог» три раза с конца. Однако колдунов, особенно«сильных», опасались и расправлялись с ними не столь часто, как с ведьмами.
Согласно общераспространенным представлениям, умерший колдун часто становился по смерти еретиком, упырем: он начинал «вставать» из могилы, преследовать и губить людей (см. ЕРЕТИК, УПЫРЬ). Могилу такого мертвеца разрывали, подрезали ему пятки, вбивали в спину осиновый кол. Нередко колдунов хоронили с целым рядом предосторожностей: связав им руки, ноги, вниз лицом и т. п., чтобы помешать«вставать и ходить».
Сама внешность колдуна, строгая и внушительная, очень напоминает старый дуб.
Страница 3 из 10
