История эта произошла со мной и моим товарищем не так давно, а именно в мае 2015 года, если быть совсем точным, то в ночь с 21 на 22. Рассказ получился довольно длинный, дабы не упустить ни одной мало-мальски значительной детали.
Добавить в моё избранное
9 мин, 56 сек 10002
Всё равно мы решили заночевать уже там. На этой же лодчонке, но уже вдвоём и со скарбом, запасом продуктов на три дня и спальными мешками проделали тот же путь через реку. Только теперь моторчик, 3.3 — сильный меркурий, ощущал загрузку. И так весело, как меня одного, тащить лодку отказывался. Туда путь лежит практически везде по течению. Только в одном месте, пересекая главное русло, надо подняться против, метров на 800. Путь занял чуть больше часа. Значит, обратно будем добираться часа 2.5. Ну что же, время терпит, мы никуда не торопимся. Загнав лодку в боковую речку, высадились на урочище. Теперь можно было рассмотреть место подробнее. Домов тут, конечно, не осталось, срубы давно сгнили. Из земли местами торчали трухлявые брёвна, остатки сельхозтехники. В небольшом подлеске, на краю урочища даже удалось отыскать не то сеялку, не то веялку, 20-х или 30-х годов прошлого века. Когда-то эта штуковина цеплялась, судя по всему, к трактору. А вот интересных находок практически не было. Ну нашли несколько медяков 19-20 века. Попалось несколько монет советской мелочи. Какие-то пуговки и неопределяемые предметы. А между тем время шло к ночи. Солнце ещё стояло высоко, до полной темноты оставалось часа три. Ах да, кода мы только вылезли из лодки и осмотрелись, Артур предложил далеко друг от друга не расходиться и держаться в поле зрения. Видимо, место ему тоже показалось неуютным, хотя — что за старушечьи предрассудки? Людей бояться надо, кто тут ещё может быть, кроме нас? Посовещавшись, было решено оставаться и ночевать. Идти на лодке обратно в темноте в таких условиях — смертоубийство. А за те два часа, что мы прибывали на месте, осмотрели далеко не всё. Азарт есть азарт. Начало понемногу темнеть и, по мере сгущения темноты, стала нарастать тревога. Какая-то непонятная, противная. Тьфу, что за наваждение. Всё это время мы продолжали обследовать урочище и по мере того, как начинало темнеть, мы с Артуром непроизвольно всё ближе сходились, за процессом поиска старались не терять друг друга из виду.
— Ну что, Арчи, палатку будем ставить? — пораздумав, предложил я.
— Зачем палатку, балки же есть. Там теплее.
— А может, палатку, не нравятся мне эти вагончики. Грязно как-то там.
— Ха, грязно. Это тебя когда-либо останавливало? Спальники кинем на нары и выспимся, — посмеялся надо мной товарищ.
Решено было идти в лодку за вещами. И тут возникло препирательство. Никто не хотел топать один через всё урочище. Пошли вдвоём. Дойдя до лодчонки, я предложил не переносить вещи, а перегнать лодку прямо к балкам. Завёл мотор и начал отчаливать от берега. И тут друг закричал, что один через поляну не пойдет, и надо плыть вдвоём. Хотя пройти-то надо было всего около 300 метров. Ничего не понятно, что это за место такое, где взрослый крепкий мужик да ещё вооруженный лопатой боится пройти 150 саженей в темноте один. Зайдя в балок, начали располагаться на ночёвку. Убранство вагончика самое заурядное. Двое сколоченных нар, столик и печка. И тут — бабах! Вагончик перевернулся с ног на голову вместе со всем содержимым, в том числе и нами. Было такое ощущение, что кто-то невидимый и далеко не хилый его подтолкнул снаружи. Как танкисты из подбитого танка мы выскочили на улицу через дверь, которая теперь находилась сверху и больше напоминала люк. Выбравшись наружу, осмотрелись. Тишина. Ничего подозрительного. Тьфу, ерунда какая. Наверное, просто центр тяжести вагончика пришёлся не на ту точку приложения, вот и перевернулись. Знамо ли, два таких кабана залезли. Покурив и отдышавшись, привели балок в первоначальное состояние. Подпёрли для верности парой брёвен. К этому времени уже совсем стемнело и как-то ходить, что то искать, пусть даже с фонарями, нам совсем расхотелось. Решено было ложиться спать. Утро вечера, как говорится, мудренее. Забрались на нары, закрыли балок очень импровизированным способом — на столе лежал сломанный гаечный ключ, номером примерно так на 32. Вот его и просунули в проём между дверной ручкой и коробкой. Получилось, что как бы закрылись «на ключ» в обоих смыслах. Лежим в балке, переговариваемся. В целом мысли сводятся к тому, что, как только позволит судоходная обстановка на реке, то есть рассветет, надо рвать когти с этого места. И совсем не хочется тут оставаться. Постепенно наш разговор стал умолкать, паузы становились всё длиннее. И тут — шарах! По железной крыше вагончика забарабанило что-то с нечеловеческой силой. Было такое ощущение, что пара дюжих мужиков лупила со всего маха кувалдой.
— Арчи, что это? Ты слышишь?
— Эм. Хм… Ветер, наверное, — выдавил Артур.
— Да какой… ветер, на улице штиль, — возразил я.
— Миха, лучше спи и не думай. Я будильник поставил, как только рассветёт, дёрнем отсюда.
Но выспаться в эту ночь нам так и не пришлось. При попытке задремать непонятная сущность начинала издавать совсем рядом какие-то невообразимые звуки. ОНО скулило, стонало, плакало, смеялось нечеловечески.
— Ну что, Арчи, палатку будем ставить? — пораздумав, предложил я.
— Зачем палатку, балки же есть. Там теплее.
— А может, палатку, не нравятся мне эти вагончики. Грязно как-то там.
— Ха, грязно. Это тебя когда-либо останавливало? Спальники кинем на нары и выспимся, — посмеялся надо мной товарищ.
Решено было идти в лодку за вещами. И тут возникло препирательство. Никто не хотел топать один через всё урочище. Пошли вдвоём. Дойдя до лодчонки, я предложил не переносить вещи, а перегнать лодку прямо к балкам. Завёл мотор и начал отчаливать от берега. И тут друг закричал, что один через поляну не пойдет, и надо плыть вдвоём. Хотя пройти-то надо было всего около 300 метров. Ничего не понятно, что это за место такое, где взрослый крепкий мужик да ещё вооруженный лопатой боится пройти 150 саженей в темноте один. Зайдя в балок, начали располагаться на ночёвку. Убранство вагончика самое заурядное. Двое сколоченных нар, столик и печка. И тут — бабах! Вагончик перевернулся с ног на голову вместе со всем содержимым, в том числе и нами. Было такое ощущение, что кто-то невидимый и далеко не хилый его подтолкнул снаружи. Как танкисты из подбитого танка мы выскочили на улицу через дверь, которая теперь находилась сверху и больше напоминала люк. Выбравшись наружу, осмотрелись. Тишина. Ничего подозрительного. Тьфу, ерунда какая. Наверное, просто центр тяжести вагончика пришёлся не на ту точку приложения, вот и перевернулись. Знамо ли, два таких кабана залезли. Покурив и отдышавшись, привели балок в первоначальное состояние. Подпёрли для верности парой брёвен. К этому времени уже совсем стемнело и как-то ходить, что то искать, пусть даже с фонарями, нам совсем расхотелось. Решено было ложиться спать. Утро вечера, как говорится, мудренее. Забрались на нары, закрыли балок очень импровизированным способом — на столе лежал сломанный гаечный ключ, номером примерно так на 32. Вот его и просунули в проём между дверной ручкой и коробкой. Получилось, что как бы закрылись «на ключ» в обоих смыслах. Лежим в балке, переговариваемся. В целом мысли сводятся к тому, что, как только позволит судоходная обстановка на реке, то есть рассветет, надо рвать когти с этого места. И совсем не хочется тут оставаться. Постепенно наш разговор стал умолкать, паузы становились всё длиннее. И тут — шарах! По железной крыше вагончика забарабанило что-то с нечеловеческой силой. Было такое ощущение, что пара дюжих мужиков лупила со всего маха кувалдой.
— Арчи, что это? Ты слышишь?
— Эм. Хм… Ветер, наверное, — выдавил Артур.
— Да какой… ветер, на улице штиль, — возразил я.
— Миха, лучше спи и не думай. Я будильник поставил, как только рассветёт, дёрнем отсюда.
Но выспаться в эту ночь нам так и не пришлось. При попытке задремать непонятная сущность начинала издавать совсем рядом какие-то невообразимые звуки. ОНО скулило, стонало, плакало, смеялось нечеловечески.
Страница 2 из 3
