Пиво оказалось теплее, чем вечерний воздух, поэтому с общего молчаливого согласия бутылки были поставлены на скамейку охлаждаться, а почтенное собрание занялось семечками.
Добавить в моё избранное
5 мин, 25 сек 13628
— Не, я лучше по пивасику — и домой. Что я, рыжий, по развалюхам ночью бродить? Еще кирпич на голову упадет.
— Не суетись, тебя никто на веревке не тащит, — миролюбиво ответил Жора.
— Тут постоишь, на шухере. В крайнем случае, посвистишь. Нормуль?
Коркин кивнул и вцепился в бутылку. Вовчик с завистью посмотрел на приятеля, но лимит милостей от вожака был исчерпан. Пришлось тащиться за всеми.
Едва компания скрылась за поворотом, Коркин открыл пробку и быстрыми глотками отправил в глотку добрую половину содержимого. Легче не стало. Где-то в темноте слышалась веселая возня и бряканье железа. Потом скрипнули дверные петли, зачмокали шаги, эхом прокатилось по пустому складу хихиканье. Коркин вздохнул.
— Что смурной такой? — услышал он над самым ухом и подпрыгнул чуть не до самой спинки скамейки.
— О, еще и нервный! Тебе лечиться надо.
Конопатый осторожно отобрал бутылку у парня и приложился к пивку. Почмокал.
— Уже терпимо.
— А ты чего со всеми не пошел? — просипел Коркин.
— Струсил, что ли?
— Чего я там забыл? Фрески все давно ободрали да заштукатурили, пол кафелем застелили, электричество проложили. Коробка коробкой, тьфу да и только. Вот в нашем районе… — Это ты когда все успел увидеть? — удивился парень.
— Народ ведь только-только вошел.
— Хм. Уел. Но знаешь, перед тем, как веревка тебе выдернет шею, замечаешь столько подробностей! А забывать уже и некогда, — Конопатый подмигнул.
— Намек понял?
— Нннн… Ты кто?
— Десять лет назад я был тут, на этом самом месте. Вот так же ко мне подошел один человек, поговорил, а потом — опа, я уже петельку приладил и закачался. И вот что я тебе скажу, мил друг, так сразу покойно стало… — Чего, ты теперь хочешь, чтобы я… удавился? — выдавил Коркин.
— Нне хоччччу я!
— Ну на нет и суда нет, — пожал плечами собеседник.
— Чипсы будешь?
— Во дурак! — внезапно паренек понял, что его банально разыграли.
— И шутки у тебя кретинские! Выходите все, уроды! Что еще за гадство?!
Из-за угла вывалилась вся честная компания, гогоча и икая. Спустя пару минут они уже чокались пивом и весело обсуждали, как лоханулся юный ботан.
Вечер определенно удался. Когда изрядно подвыпившие молодые люди с пением и посвистом двинулись к метро, Конопатый отошел до ветру в кустики. Из зарослей жимолости открывался отличный вид на взломанную складскую дверь. Ее уже пристально изучал немолодой бомж. Едва голоса уходящих стихли, старик воровато оглянулся и скользнул в темноту заговоренной часовни. Конопатый криво ухмыльнулся. Он застегнул ширинку и пошел за друзьями, не дожидаясь, когда упадет табурет.
— Не суетись, тебя никто на веревке не тащит, — миролюбиво ответил Жора.
— Тут постоишь, на шухере. В крайнем случае, посвистишь. Нормуль?
Коркин кивнул и вцепился в бутылку. Вовчик с завистью посмотрел на приятеля, но лимит милостей от вожака был исчерпан. Пришлось тащиться за всеми.
Едва компания скрылась за поворотом, Коркин открыл пробку и быстрыми глотками отправил в глотку добрую половину содержимого. Легче не стало. Где-то в темноте слышалась веселая возня и бряканье железа. Потом скрипнули дверные петли, зачмокали шаги, эхом прокатилось по пустому складу хихиканье. Коркин вздохнул.
— Что смурной такой? — услышал он над самым ухом и подпрыгнул чуть не до самой спинки скамейки.
— О, еще и нервный! Тебе лечиться надо.
Конопатый осторожно отобрал бутылку у парня и приложился к пивку. Почмокал.
— Уже терпимо.
— А ты чего со всеми не пошел? — просипел Коркин.
— Струсил, что ли?
— Чего я там забыл? Фрески все давно ободрали да заштукатурили, пол кафелем застелили, электричество проложили. Коробка коробкой, тьфу да и только. Вот в нашем районе… — Это ты когда все успел увидеть? — удивился парень.
— Народ ведь только-только вошел.
— Хм. Уел. Но знаешь, перед тем, как веревка тебе выдернет шею, замечаешь столько подробностей! А забывать уже и некогда, — Конопатый подмигнул.
— Намек понял?
— Нннн… Ты кто?
— Десять лет назад я был тут, на этом самом месте. Вот так же ко мне подошел один человек, поговорил, а потом — опа, я уже петельку приладил и закачался. И вот что я тебе скажу, мил друг, так сразу покойно стало… — Чего, ты теперь хочешь, чтобы я… удавился? — выдавил Коркин.
— Нне хоччччу я!
— Ну на нет и суда нет, — пожал плечами собеседник.
— Чипсы будешь?
— Во дурак! — внезапно паренек понял, что его банально разыграли.
— И шутки у тебя кретинские! Выходите все, уроды! Что еще за гадство?!
Из-за угла вывалилась вся честная компания, гогоча и икая. Спустя пару минут они уже чокались пивом и весело обсуждали, как лоханулся юный ботан.
Вечер определенно удался. Когда изрядно подвыпившие молодые люди с пением и посвистом двинулись к метро, Конопатый отошел до ветру в кустики. Из зарослей жимолости открывался отличный вид на взломанную складскую дверь. Ее уже пристально изучал немолодой бомж. Едва голоса уходящих стихли, старик воровато оглянулся и скользнул в темноту заговоренной часовни. Конопатый криво ухмыльнулся. Он застегнул ширинку и пошел за друзьями, не дожидаясь, когда упадет табурет.
Страница 2 из 2
