Лешие: хозяева леса, облики и образы, реальные истории

Осмотрел его. Резиновые сапоги на ногах, куртка, брюки черные, и я прошел. Я прошел, думаю, метров сто пятьдесят и свернул за ягодами. Только расположился за ягоды, этот дядька пришел ко мне, значит, метров, ну, сто, наверное, от меня; меньше. «Ола! Ола! Ола!» — до того он доорал там далеко-далеко; чуть где-то слышно женщина откликнулась.

А что он ей кричал?

— Он ей все кричал: «Але!» Что он может кричать? Говорить же не может на такое-то расстояние, так? А я все собираю ягоды. Потом женщина эта к нему пришла. Они говорили, говорили, говорили. Он говорит:«Я пойду в лес». И она от него ушла. Ну, и прошло минут сорок-пятьдесят, около часа, он походил где-то в лесу, пришел на это место: орал, орал, орал; там далеко, далеко она где-то откликнулась. Ну, он все стоит и кричит; я уж корзину добираю. Потом все стихло. Проходит, наверное, минут сорок, около часа; часов около пяти вечера. Идет мужчина, женщина, старушка и ребенок лет двенадцати (десять — двенадцать) такой. Старушка та подошла ко мне, посмотрела, и они ушли туда, куда мне идти как раз за ягодами. Ну, я пришел, корзинку добрал; я перешел болотнику, пошел домой. Задержалась: такая крупная черника. Собираю, этот мужчина и женщина уже идут обратно без старушки и без ребенка, в лес прямо, и никакая ветка им не мешает. Я же там был, там, в этом месте ни грибов, ни ягод, ничего нету, но они не наклоняются. Так они и ушли. Я вижу: дело не уха, надо мне выбираться отсюда. Повернул и домой ушел.

— Давно это было?— Давно было, давно, лет десять назад, даже больше.

Человек и леший в гостях друг у друга. Как вести себя в лесу

Лешего бояться надо. В лесу живет с лешачихой. Ребята пойдут на путик, говорю: «Сядете под сосну ночевать, дак попроситесь у дедушка-домовеюшка переночевать». Рассказывал один мужик: «Пошел в лес, да пришлось под зародом переночевать. Не попросился, да и выго-нило».

— А как это «выгонило»?— То ли шум, то ли сено полетело.

В лесу увидеть лешего, надо всю одежду налево выворачивать. Лучше не видеть. Детей одних в лесу нельзя оставлять.

***

Я тогда небольшой была. Пошли мы с мамкой в лес за брусникой. И не знаю, что мне так привязалось, будто кто-то заставляет, стала я ягоды собирать и свистеть. И чем дальше, тем больше хочется, как черт попутал. Ну, вот, поставила я кошелку, собираю ягоды и насвистываю. Вдруг слышу: кто-то дышит тяжело-тяжко за спиной. Поворачиваюсь: никого нет. Ох, как я испугалась. Бегом к маме побежала. Бегу, кричу, чуть корзинку не оставила. А мама говорит: «Это тебя дедушко напугал, чтоб в лесу не шумела».

***

Пошла однажды баба тут одна в лес по грибы. Набрала она было уж полную корзину. Домой уж, видно, начала собираться. Да шчо-то споткнулась она ли, шчо ли, о кочку-то, грибы-то все из корзины-то и посыпались. Стала она тут «лешьим» ругаться. А он-то услыхал ее, видно, разгневался, стал ее кругами водить вокруг одной поляны-то. Так ее на третьи сутки еле живую мужики нашли там.

***

Раньше гоняли рано коров-то. У каждого не по одной корове, да много их. У нас эта улица была в лес, туды в поскотину. Вот рано мать меня отправила, я иду, гоню коров, а вдруг насрету, говорит, человек высокий, но без головы. Вот как закинулся чем-то и идет. Я не знаю, что и делать. И надо вернуться, не знаю, проходить, ну вот мать, видно, научила говорить: вернулся, перекрестился, нигде никого человека не стало. Пришел домой, матери рассказываю. А она и говорит: «Это леший и был, говорит, но ты, говорит, перекрестился, он тебя простил, пропустил».

***

Водит тебя по лесу. Вот не понравился, будешь ты ходить. Лес знаешь, вот конкретно его знаешь, ну, свой участок леса, где там грибы ходишь собираешь, но заблудишься ты в пять минут. Водит леший. Не надо его худым словом упоминать, когда в лесу ходишь.

***

Целиком-то не знаю, от людей тоже слышала. Ну, праздник завтрашний день (19 августа — Преображение) не ходили, бывало, в лес за ягодами даже. Это праздник работницам и нянькам был. А вот одни девки-то, небольшие сестры, это, может, неправда, легенда ведь, пошли по ягоды. Берут, берут, значит. Потом пришли девки болыпи, высоки, нарядились по-ихнем, по сестриным одеждам будто. Зовут: «Пойдемте с нами!» Они-то, девки, переглядываются маленьки говорят:«У нас сестры никуда не пошли, отдыхают, праздник сегодня, дак не пойдут». Звали, звали они их. Они не пошли. Они осмеялись, пошли по лесу, только лес затрещал. «А-а-а, догадались!» — говорят. Вот так я слыхала. Легенда ведь говорят. От тетки Емельяны я ведь это слышала. Она все рассказывала эту легенду.

Застолье у лешего

Был у нас дедушка — сторожил церкви, на горе жил. Пошел как-то вечером он в Пахурово. Идет-идет, видит: дом стоит, в нем свет горит. Он зашел, там сидели трое. Встретили его хорошо, налили вино в рюмку. Перед тем как выпить, дедушка перекрестился и очнулся под ольхой.