Иуда Искариот (Искариот — евр. «человек из Кериота», где Кериот — обозначение населённого пункта, возможно, тождественного иудейскому городку Кириафу, ср. Иис. Нав. 15, 25 и др., иногда значение выводят из арам. «лживый», или греч. «сикарий», выдвинута также версия: Искариот-«красильщик»), в христианских религиозно-мифологических представлениях один из двенадцати апостолов, предавший Иисуса Христа. Сын некоего Симона, если традиционное истолкование прозвища (первое из приведённых выше) и отождествление Кериота с Кириафом верны, — уроженец Иудеи, чуть ли не единственный среди других учеников Христа — уроженцев Галилеи (Северной Палестины).
Добавить в моё избранное
5 мин, 53 сек 14740
Иуда Искариот ведал общими расходами общины учеников Христа, нося с собой «денежный ящик» для подаяний (Ио. 12, 6), этот род служения часто ассоциировался с корыстным характером его устремлений (евангельский текст прямо обвиняет Иуду Искариота в недобросовестном исполнении обязанностей казначея). Резкое осуждение со стороны Иуда Искариот вызывает щедрость Марии из Вифании (в средневековой западной традиции отождествлена с Марией Магдалиной), в ритуальном акте помазавшей ноги Христа драгоценным нардовым миром (Ио. 12, 2-6, у Матф. 26, 8-9 и Мк. 14, 4-5 в этой сцене такая реакция приписывается и другим ученикам). Христианская традиция связывает именно с этим моментом созревание в душе Иуды Искариота воли к предательству, вложенной в него дьяволом. Далее евангельское повествование сообщает, что Иуда Искариот пошёл к«первосвященникам» и предложил свои услуги:«что вы дадите мне, и я вам предам его?»(Матф. 26, 15, ср. Мк. 14, 10, Лук. 22, 4). Назначенная цена — тридцать сребреников (ср. Зах. 11, 12-13). На тайной вечере Иуда Искариот возлежит, по-видимому, в непосредственной близости от Христа, он слышит его слова:«один из вас предаст меня»(Ио. 13, 21). В знак того, что это сделает именно Иуда Искариот, Христос подаёт ему обмокнутый кусок хлеба (13, 26). Иуда Искариот остаётся нераскаянным, и дьявол (сатана), вложивший в сердце Иуды Искариота помысел о предательстве, теперь окончательно«входит» в Иуду Искариота. (13, 27). После слов Христа:«что делаешь, делай скорее», — он выходит из освещённой горницы в ночь (выразительный символ извержения себя самого из сакрального круга во «тьму внешнюю», ср. Матф. 8, 12 и 22, 13). Иуда Искариот ведёт толпу, посланную схватить Христа, на известное ему мосто к востоку от Иерусалима, за потоком Кедрон, и помогает своим поцелуем быстро опознать Христа в ночной темноте: «Кого я целую, тот и есть, возьмите его»(Матф. 26, 48 и др… Это была ценная услуга, и всё же существует несомненный контраст между её сравнительной малостью и духовным значением, которое традиция признаёт за событием предательства одного из избранников. Попытки элиминировать этот контраст, иначе понимая объём предательского деяния Иуды Искариота (предполагая, например, что он выдал своим нанимателям те или иные«криминальные» высказывания Христа или аспекты его учения), встречающиеся в науке 20 в. (у А. Швейцера и др.), не имеют никакой опоры в евангельском повествовании. Контраст входит в структуру евангельской ситуации: моральное зло поступка Иуды и его значимость как вечной парадигмы отступничества, предательства не измеряется практической важностью этого поступка.
С упомянутой парадигматичностыо предательства Иуды связано и отсутствие в евангельском повествовании его психологической мотивировки (корыстолюбие Иуды Искариота, упоминаемое евангелием от Иоанна, — отнюдь не сущность его выбора, а разве что щель, делающая его доступным внушениям дьявола). Предательство Иуды непосредственно предвосхищает выступление антихриста, недаром он характеризуется словосочетанием «сын погибели»(Ио. 17, 12), применённое в Новом завете также к антихристу (2 Фесс. 2, 3). Однако после совершения«дела предательства» дьявольская инспирация оставляет Иуду Искариота, узнав об осуждении Христа судом синедриона и выдаче его на расправу Понтию Пилату, Иуда Искариот в раскаянии возвращает тридцать сребреников своим нанимателям со словами:«согрешил я, предав кровь невинную»(Матф. 27, 4). Эта«цена крови» создаёт казуистическую проблему: деньги выданы из храмовой кассы, но не могут быть в неё возвращены по причине лежащей на них скверны. Для решения этой проблемы (и, как намекает евангельский текст, во исполнение пророчеств, Иерем. 32, 9 и Зах. 11, 12) их выплачивают за земельный участок некоего горшечника, на котором устраивают кладбище для иноземцев (Матф. 27, 6-7). Иуда же в отчаянии удавился (27, 5). В соответствии с древним принципом«проклят пред богом всякий повешенный на дереве» (Втор. 21, 23), восходящим к архаическим ритуалам казни как заклания в жертву, повешенный на древе креста Христос, принявший на себя проклятие человечества, и повесившийся Иуда Искариот, несущий бремя собственного проклятия, представляют собой многозначительную симметричную антитезу, не раз дававшую пластический мотив для изобразительного искусства. Фольклор даёт различные идентификации дерева, на котором повесился Иуда Искариот («иудино дерево», осина, которая с тех пор не перестаёт дрожать, и др…
По другому новозаветному сообщению о смерти Иуды Искариота, «когда низринулся [он], расселось чрево его, и выпали все внутренности его» (Деян. 1, 18). Оба сообщения обычно примиряли, принимая, что Иуда Искариот. сорвался или был снят с дерева ещё живым, после чего умер от какой-то таинственной болезни (традиция, зафиксированная ок. 130 христианским автором Папием Гиерапольским, говорившим о страшном распухании тела Иуды Искариота). Место Иуды Искариота в кругу двенадцати апостолов было по жребию передано Матфию (1, 25-26).
С упомянутой парадигматичностыо предательства Иуды связано и отсутствие в евангельском повествовании его психологической мотивировки (корыстолюбие Иуды Искариота, упоминаемое евангелием от Иоанна, — отнюдь не сущность его выбора, а разве что щель, делающая его доступным внушениям дьявола). Предательство Иуды непосредственно предвосхищает выступление антихриста, недаром он характеризуется словосочетанием «сын погибели»(Ио. 17, 12), применённое в Новом завете также к антихристу (2 Фесс. 2, 3). Однако после совершения«дела предательства» дьявольская инспирация оставляет Иуду Искариота, узнав об осуждении Христа судом синедриона и выдаче его на расправу Понтию Пилату, Иуда Искариот в раскаянии возвращает тридцать сребреников своим нанимателям со словами:«согрешил я, предав кровь невинную»(Матф. 27, 4). Эта«цена крови» создаёт казуистическую проблему: деньги выданы из храмовой кассы, но не могут быть в неё возвращены по причине лежащей на них скверны. Для решения этой проблемы (и, как намекает евангельский текст, во исполнение пророчеств, Иерем. 32, 9 и Зах. 11, 12) их выплачивают за земельный участок некоего горшечника, на котором устраивают кладбище для иноземцев (Матф. 27, 6-7). Иуда же в отчаянии удавился (27, 5). В соответствии с древним принципом«проклят пред богом всякий повешенный на дереве» (Втор. 21, 23), восходящим к архаическим ритуалам казни как заклания в жертву, повешенный на древе креста Христос, принявший на себя проклятие человечества, и повесившийся Иуда Искариот, несущий бремя собственного проклятия, представляют собой многозначительную симметричную антитезу, не раз дававшую пластический мотив для изобразительного искусства. Фольклор даёт различные идентификации дерева, на котором повесился Иуда Искариот («иудино дерево», осина, которая с тех пор не перестаёт дрожать, и др…
По другому новозаветному сообщению о смерти Иуды Искариота, «когда низринулся [он], расселось чрево его, и выпали все внутренности его» (Деян. 1, 18). Оба сообщения обычно примиряли, принимая, что Иуда Искариот. сорвался или был снят с дерева ещё живым, после чего умер от какой-то таинственной болезни (традиция, зафиксированная ок. 130 христианским автором Папием Гиерапольским, говорившим о страшном распухании тела Иуды Искариота). Место Иуды Искариота в кругу двенадцати апостолов было по жребию передано Матфию (1, 25-26).
Страница 1 из 2
