Иов, в иудаистических и христианских преданиях страдающий праведник, испытываемый сатаной с дозволения Яхве, главный персонаж ветхозаветной книги Иова…
Добавить в моё избранное
4 мин, 48 сек 19411
Страдающий праведник — центральный образ древних литератур Ближнего Востока (ср. вавилонскую поэму «О невинном страдальце», египетскую «Сказку о двух братьях» и др… Судя по упоминанию в ветхозаветной книге Иезекииля (нач. 6 в. до н. э… имя Иов было наряду с именами Ноя и Даниила обозначением (на уровне ходячей поговорки) образцового праведника (Иез. 14, 14 и 20). Датировка книги Иова неясна (5-4 вв. до н. э.), а структура и становление текста в известном нам объёме представляет много нерешённых проблем, не исключено присутствие в составе книги более раннего материала и более поздних вставок (вероятно, речи Элиу, описания бегемота и левиафана и др… О Иове сказано, что он был«прост, и праведен, и богобоязнен, и далёк от зла»(Иов 1, 1, здесь и ниже перевод автора, цитируется по книге«Поэзия и проза Древнего Востока», М., 1973), вначале возникает образ искренней истовости богатого патриархальною главы рода, неуклонно блюдущего себя от греха и во всём поступающего как должно. Называется число его сыновей, дочерей, скота, причём всё время повторяются сакральные числа семь, три, пять, выражающие идею совершенства, законосообразности, гармонической стабильности (1, 2-3).
При встрече с сатаной Яхве спрашивает: «Приметило ли сердце твоё раба моего Иова? Ведь нет на земле мужа, как он»(1, 8). Сатана возражает, что благочестие Иова корыстно, поскольку Яхве охраняет его благосостояние, едва этому будет положен конец, кончится и преданность Иова богу. Яхве принимает вызов и позволяет сатане начать испытание, запрещая ему только посягать на саму личность Иова (1, 12). Четыре вестника беды поочерёдно сообщают Иову о гибели его ослов, овец и верблюдов вместе с пастухами и погонщиками, наконец, сыновей и дочерей (1, 14-19). И. раздирает на себе одежду, обривает главу в знак траура, повергается на землю и произносит слова, достойные его прежней истовости:«Господь дал, господь и взял — благословенно имя господне!»(1, 21). Сатана снова предстаёт перед Яхве и предлагает распространить испытание на тело Иова, на его«кость» и«плоть»(2, 4— 5). Яхве снова даёт согласие, требуя только, чтобы Иову была сохранена жизнь, и сатана наводит на Иова страшную болезнь (традиционно понимаемую как проказа),«и взял Иов черепок, чтобы соскребать с себя гной, и сел среди пепла»(2, 8). Вера Иова в справедливый божественный миропорядок вступает в мучительный конфликт с его знанием о своей невинности (и невинности многих несчастных, на чьи страдания открываются его глаза, см. 3, 17-22, 24, 3-12), вплоть до сомнения в божественной справедливости. На один выход из этого конфликта указывает жена Иова:«похули бога и умри»(2, 9). Противоположный выход предлагают трое друзей Иова (их горячим, саркастическим спором занята большая часть книги Иова — главы 3-31): если всякое страдание есть налагаемое богом наказание, то Иов должен умозаключить от своего страдания к своей виновности. Но Иов решительно возражает друзьям:«Или вы для бога будете лгать и неправду возвещать ради него, в угоду ему кривить душой, в споре выгораживать его?» (13,7-8).
После «докучных утешителей»(16,2) в спор с Иовоом вступает молодой мудрец Элиу (Элигу), переводящий проблему на иной уровень: страдание посылается богом не как кара, но как средство духовного пробуждения. Последнее слово в споре принадлежит Яхве, который вместо всякого рационалистического ответа забрасывает Иова вопросами о непостижимом устройстве космического целого, не измеримого никакой человеческой мерой (главы 38-41, выделяется описание чудищ бегемота и левиафана, 40, 10-27, 41, 1-26). Иов объявляет о своём смиренном раскаянии. Приговор Яхве признаёт правоту Иова перед друзьями, говорившими о боге«не так правдиво»(42,7), как он, Яхве соглашается помиловать друзей только по молитве Иова (42,8). После молитвы Иова близкие приходят утешать его и осыпать его дарами (42, 11). Яхве возвращает Иову всё богатство в сугубой мере, у Иова рождаются новые семь сыновей и три дочери (42, 13). В этом новом блаженстве Иов живёт ещё 140 лет и умирает,«насытясь днями»(42, 16-17). Земля Уц, названная родиной Иова, тождественна то ли арамейским областям на севере Заиорданья, то ли Хаурану, то ли Эдому, во всяком случае, Иов по крови и географической локализации настолько близок к иудейско-израильской сфере, чтобы входить (вместе с прочими персонажами книги Иова) в круг почитателей единого бога, насколько и далёк от этой сферы, чтобы являть собою тип«человека вообще», образец как бы «естественной» праведности. В Септуагинте книга Иова имеет приписку, в которой со ссылкой на«сирийскую книгу» сообщается, что первоначальное имя Иова — Иовав (эдомитское имя?, ср. Быт. 36, 33), его родина — Авситида«на пределах Идумеи и Аравии», даётся генеалогия Иова, восходящая в пятом колене через Исава к Аврааму. В талмудической литературе Иов служит предметом разноречивых суждений. По-разному определялось время книги Иова — от времён Авраама, Иакова или Моисея до времён Эсфири. Высказывалось также мнение, что повествование о нём — притча («машал»).
При встрече с сатаной Яхве спрашивает: «Приметило ли сердце твоё раба моего Иова? Ведь нет на земле мужа, как он»(1, 8). Сатана возражает, что благочестие Иова корыстно, поскольку Яхве охраняет его благосостояние, едва этому будет положен конец, кончится и преданность Иова богу. Яхве принимает вызов и позволяет сатане начать испытание, запрещая ему только посягать на саму личность Иова (1, 12). Четыре вестника беды поочерёдно сообщают Иову о гибели его ослов, овец и верблюдов вместе с пастухами и погонщиками, наконец, сыновей и дочерей (1, 14-19). И. раздирает на себе одежду, обривает главу в знак траура, повергается на землю и произносит слова, достойные его прежней истовости:«Господь дал, господь и взял — благословенно имя господне!»(1, 21). Сатана снова предстаёт перед Яхве и предлагает распространить испытание на тело Иова, на его«кость» и«плоть»(2, 4— 5). Яхве снова даёт согласие, требуя только, чтобы Иову была сохранена жизнь, и сатана наводит на Иова страшную болезнь (традиционно понимаемую как проказа),«и взял Иов черепок, чтобы соскребать с себя гной, и сел среди пепла»(2, 8). Вера Иова в справедливый божественный миропорядок вступает в мучительный конфликт с его знанием о своей невинности (и невинности многих несчастных, на чьи страдания открываются его глаза, см. 3, 17-22, 24, 3-12), вплоть до сомнения в божественной справедливости. На один выход из этого конфликта указывает жена Иова:«похули бога и умри»(2, 9). Противоположный выход предлагают трое друзей Иова (их горячим, саркастическим спором занята большая часть книги Иова — главы 3-31): если всякое страдание есть налагаемое богом наказание, то Иов должен умозаключить от своего страдания к своей виновности. Но Иов решительно возражает друзьям:«Или вы для бога будете лгать и неправду возвещать ради него, в угоду ему кривить душой, в споре выгораживать его?» (13,7-8).
После «докучных утешителей»(16,2) в спор с Иовоом вступает молодой мудрец Элиу (Элигу), переводящий проблему на иной уровень: страдание посылается богом не как кара, но как средство духовного пробуждения. Последнее слово в споре принадлежит Яхве, который вместо всякого рационалистического ответа забрасывает Иова вопросами о непостижимом устройстве космического целого, не измеримого никакой человеческой мерой (главы 38-41, выделяется описание чудищ бегемота и левиафана, 40, 10-27, 41, 1-26). Иов объявляет о своём смиренном раскаянии. Приговор Яхве признаёт правоту Иова перед друзьями, говорившими о боге«не так правдиво»(42,7), как он, Яхве соглашается помиловать друзей только по молитве Иова (42,8). После молитвы Иова близкие приходят утешать его и осыпать его дарами (42, 11). Яхве возвращает Иову всё богатство в сугубой мере, у Иова рождаются новые семь сыновей и три дочери (42, 13). В этом новом блаженстве Иов живёт ещё 140 лет и умирает,«насытясь днями»(42, 16-17). Земля Уц, названная родиной Иова, тождественна то ли арамейским областям на севере Заиорданья, то ли Хаурану, то ли Эдому, во всяком случае, Иов по крови и географической локализации настолько близок к иудейско-израильской сфере, чтобы входить (вместе с прочими персонажами книги Иова) в круг почитателей единого бога, насколько и далёк от этой сферы, чтобы являть собою тип«человека вообще», образец как бы «естественной» праведности. В Септуагинте книга Иова имеет приписку, в которой со ссылкой на«сирийскую книгу» сообщается, что первоначальное имя Иова — Иовав (эдомитское имя?, ср. Быт. 36, 33), его родина — Авситида«на пределах Идумеи и Аравии», даётся генеалогия Иова, восходящая в пятом колене через Исава к Аврааму. В талмудической литературе Иов служит предметом разноречивых суждений. По-разному определялось время книги Иова — от времён Авраама, Иакова или Моисея до времён Эсфири. Высказывалось также мнение, что повествование о нём — притча («машал»).
Страница 1 из 2
