Моисей, Моше — этимология имени неясна, наиболее распространённые объяснения исходят либо из различных грамматических форм евр. глагола «вытаскиваю» — ср. народную этимологию в самой Библии, Исх. 2, 10, либо из коптск. mоse,«дитя», входящего в ряд теофорных имён), в преданиях иудаизма и христианства первый пророк Яхве и основатель его религии, законодатель, религиозный наставник и политический вождь еврейских племён в т. н. исходе из Египта в Ханаан (Палестину).
Добавить в моё избранное
10 мин, 25 сек 18292
Младенец Моисей принесённый ко двору фараона, срывает с его головы венец и возлагает на собственную, ввиду такого знамения его решено умертвить, но оказавшийся тут же Иофор ))) советует испытать неразумие младенца, предложив ему на выбор золото и горящие угли, дитя тянется к золоту, но ангел направляет его ручку к углям, один из которых, отправленный в рот, делает Моисея на всю жизнь косноязычным. У Иосифа Флавия и в агадических текстах сохранилось предание о том, как молодой Моисей возглавлял египетское войско во время войны с Эфиопией, разбил неприятеля и женился на эфиопской царевне (ср. Чис. 12, 1), по другой версии, он восстановил на престоле Эфиопии законного царя, низложив узурпатора Валаама. Во время состязания в чудотворстве перед фараоном главными соперниками М. обрисованы сыновья Валаама маги Яннис и Ямврис («Менахот», 85а, «Шемот рабба», 9 и др… Накануне исхода из Египта прочие евреи были заняты сборами в дорогу и побуждениями своей корысти, занимая у египтян серебряные и золотые вещи (ср. Исх. 3, 22), но Моисей три дня подряд ищет гроб Иосифа Прекрасного, чтобы исполнить его завещание и взять его останки в Ханаан. В награду за это Яхве позаботился о Моисее в смертный час последнего, отнял у него жизнь своим целованием и сам предал погребению.
Ангел смерти Самаил напрасно дожидается момента власти над Моисеем, ему не достаётся его добычи, божественный поцелуй в присутствии архангелов Михаила (поправляющего смертное ложе Моисея), Гавриила (набрасывающего виссон на его главу) и ещё одного ангела (накрывающего его ноги) сам вынимает душу Моисея («Дебарим рабба», 6 и 11, «Недарим»39в и др… Могила Моисея таинственно утаена от людей: по преданию, люди«нечестивого царствия», т. е. римляне, разделившись на два отряда, искали её, но те, кто был на холме, видели её в долине, а те, кто был в долине, — на холме (гемара к трактату «Сота», 14а). Спор Михаила архангела с сатаной о теле Моисея, описанный в иудейском апокрифе «Вознесение Моисея»(конец 1 в. до н. э. или начало 1 в. н. э.), упомянут в новозаветной литературе (Иуд. 9). В целом Моисей для иудаизма — первоучитель веры (формула«Моисей, учитель наш»), к которому возводили и написание Пятикнижия, и устную традицию (раввинистическую и каббалистическую).
В христианском рассказе о преображении Иисуса Христа Моисея как свидетель мессии представляет «Закон», а Илия — пророческую линию Ветхого завета. Литературная стилизация образа Моисея в духе светских идеалов началась в эпоху эллинизма, когда грекоязычные еврейские писатели отождествляют Моисея с Мусеем, учителем Орфея, рассматривают его как культурного героя — изобретателя алфавита, строительного искусства, философии, государственной мудрости и т. п. (Эвполем, Артапан). Александрийский стихотворец сер. 2 в. до н. э. Иезекииль сделал Моисея героем трагедии «Исход» в духе греческих жанровых канонов. Стоическая философия, особенно интересовавшаяся фигурой законодателя как воспитателя народа, по сознательной программе формирующего нравы, и интерпретировавшая соответственным образом исторические или полумифические образы греко-римских законодателей вроде Ликурга. Солона, Нумы Помпилия и т. п., стимулировала такой же подход и к Моисею, ощутимый, например, у Иосифа Флавия.
Новоевропейская культура поставила на первый план трагический гнев пророка, спорящего с косной чернью: такова знаменитая статуя Микеланджело, изображающая Моисея в ярости, готового разбить скрижали, едва ли имеющего что-то общее с Моисеем Библии, о котором сказано, что «он был человек кротчайший из всех людей на земле»(Чис. 12, 3). Этот же демонизм и титанизм проступают в более поздних изображениях Моисея, например в стенописи Моисея А. Врубеля в Кирилловской церкви (Киев). Рога из волос над лицом Моисея на многих изображениях связаны отчасти с лексическим недоразумением (по-еврейски одно и то же слово означает и«луч», и «рог»), отчасти с традицией символики рога как знака сверхъестественной силы.
Ангел смерти Самаил напрасно дожидается момента власти над Моисеем, ему не достаётся его добычи, божественный поцелуй в присутствии архангелов Михаила (поправляющего смертное ложе Моисея), Гавриила (набрасывающего виссон на его главу) и ещё одного ангела (накрывающего его ноги) сам вынимает душу Моисея («Дебарим рабба», 6 и 11, «Недарим»39в и др… Могила Моисея таинственно утаена от людей: по преданию, люди«нечестивого царствия», т. е. римляне, разделившись на два отряда, искали её, но те, кто был на холме, видели её в долине, а те, кто был в долине, — на холме (гемара к трактату «Сота», 14а). Спор Михаила архангела с сатаной о теле Моисея, описанный в иудейском апокрифе «Вознесение Моисея»(конец 1 в. до н. э. или начало 1 в. н. э.), упомянут в новозаветной литературе (Иуд. 9). В целом Моисей для иудаизма — первоучитель веры (формула«Моисей, учитель наш»), к которому возводили и написание Пятикнижия, и устную традицию (раввинистическую и каббалистическую).
В христианском рассказе о преображении Иисуса Христа Моисея как свидетель мессии представляет «Закон», а Илия — пророческую линию Ветхого завета. Литературная стилизация образа Моисея в духе светских идеалов началась в эпоху эллинизма, когда грекоязычные еврейские писатели отождествляют Моисея с Мусеем, учителем Орфея, рассматривают его как культурного героя — изобретателя алфавита, строительного искусства, философии, государственной мудрости и т. п. (Эвполем, Артапан). Александрийский стихотворец сер. 2 в. до н. э. Иезекииль сделал Моисея героем трагедии «Исход» в духе греческих жанровых канонов. Стоическая философия, особенно интересовавшаяся фигурой законодателя как воспитателя народа, по сознательной программе формирующего нравы, и интерпретировавшая соответственным образом исторические или полумифические образы греко-римских законодателей вроде Ликурга. Солона, Нумы Помпилия и т. п., стимулировала такой же подход и к Моисею, ощутимый, например, у Иосифа Флавия.
Новоевропейская культура поставила на первый план трагический гнев пророка, спорящего с косной чернью: такова знаменитая статуя Микеланджело, изображающая Моисея в ярости, готового разбить скрижали, едва ли имеющего что-то общее с Моисеем Библии, о котором сказано, что «он был человек кротчайший из всех людей на земле»(Чис. 12, 3). Этот же демонизм и титанизм проступают в более поздних изображениях Моисея, например в стенописи Моисея А. Врубеля в Кирилловской церкви (Киев). Рога из волос над лицом Моисея на многих изображениях связаны отчасти с лексическим недоразумением (по-еврейски одно и то же слово означает и«луч», и «рог»), отчасти с традицией символики рога как знака сверхъестественной силы.
Страница 3 из 3
