Дело было за две недели до Рождества - затишье в нашей работе подъема мертвых. Напротив меня сидел последний клиент на этот вечер. Возле его имени не было примечания. Не сказано, нужен ему подъем зомби или ликвидация вампира. Ничего. А это могло значить, что то, чего он хочет, я не смогу сделать или не захочу. Предрождественское время - мертвое в нашем бизнесе, простите за каламбур. И мой босс Берт хватается за любую работу, до которой сумеет дотянуться.
463 мин, 20 сек 7711
— Берт, ты хочешь, чтобы наш разговор произошел в присутствии клиента?
Он уставился на меня, и эти серые глазки стали еще меньше от прищура. Зловещий взгляд, который на меня никогда не действовал. Он выдавил улыбку.
— Ты настаиваешь? — Ты нашел точное слово.
Берт сделал глубокий вдох и медленный выдох, будто считая до десяти, потом сверкнул Каспару лучшей из своих профессиональных улыбок.
— Извините нас буквально на минуту, мистер Гундерсон. Это не займет много времени.
Каспар встал, вежливо кивнул мне и вышел. Я закрыла за ним дверь.
— Что ты вытворяешь? Вламываешься ко мне во время переговоров с клиентом? Ты что, спятила? — Он встал, и его плечи почти задевали стены комнаты.
Пора бы ему знать, что меня пугать размерами без толку. Сколько я себя помню, всегда была меньше всех в нашем квартале. И размеры меня давно уже не впечатляют.
— Я тебе говорила: никаких клиентов вне моих должностных обязанностей.
— Твои должностные обязанности определяю я. Я твой босс, ты не запамятовала? — Он оперся на стол раскрытыми ладонями.
Я оперлась на стол с другой стороны.
— Вчера вечером ты мне послал клиента с пропавшим родственником. Какое, черт побери, я имею отношение к розыску пропавших? — Его жена — ликантроп.
— А это значит, что нам надо брать у него деньги? — Если ты можешь ему помочь, то да.
— Ну так вот, я отдала это дело Ронни.
Берт выпрямился.
— Видишь, ты ему помогла. Без твоей помощи он бы не вышел на мисс Симс.
Берт снова был сама рассудительность, а мне это было не надо.
— А теперь у меня в кабинете сидит эта Эльвира Дрю. Какого черта мне с ней делать? — Ты кого-нибудь из крысолюдов знаешь? — Он уже сел в кресло, сложив руки на чуть выпирающем животе.
— Это к делу не относится.
— Знаешь, нет? — А если да? — Устрой ей интервью. Наверняка кто-нибудь из них хочет прославиться.
— Почти все ликантропы изо всех сил скрывают, кто они такие. Если это обнаружится, они могут потерять работу, семью. В Индиане в прошлом году рассматривалось дело, и человек по иску своей жены после пяти лет брака был лишен права на своих детей, потому что обнаружилось, что он оборотень. Никто не станет так рисковать.
— Я видал интервью с оборотнями в прямом эфире.
— Это исключения, Берт, а не правило.
— Так ты не станешь помогать мисс Дрю? — Не стану.
— Я не буду взывать к твоей жадности, хотя она предложила кучу денег. Но подумай, насколько благожелательная книга о ликантропии поможет твоим друзьям-оборотням. Ты перед тем, как ей отказать, поговори с ними. Послушай, что они скажут.
— Тебе плевать на положительную рекламу для оборотней. Тебя манят только деньги.
— Верно.
Берт — абсолютно лишенный щепетильности подонок, и ему плевать, сколько народу об этом знает. Тяжело победить в перебранке, когда не можешь оскорбить противника.
Я села напротив него. У него был самодовольный вид, будто он думал, что уже победил. Ему следовало бы знать меня лучше.
— Мне не нравится, когда я сижу напротив клиента и понятия не имею, что ему нужно. Хватит сюрпризов. Теперь ты будешь заранее согласовывать клиентов со мной.
— Как скажешь.
— Рассудительный ты сегодня. Выкладывай, что случилось.
Он улыбнулся шире, глазки его блеснули.
— Мистер Гундерсон предложил за твои услуги отличные бабки. Вдвое против обычного.
— Это куча денег. Чего он от меня хочет? — Поднять предка из мертвых. На нем лежит семейное проклятие. Одна колдунья ему сказала, что если поговорить с предком, с которого проклятие началось, ей, быть может, удастся его снять.
— Почему двойной гонорар? — Проклятие началось с одного из двух братьев. С какого именно — он не знает.
— Так что мне придется поднимать обоих.
— Если повезет — только одного.
— Но второй гонорар ты все равно от него отожмешь.
Берт радостно кивнул, улыбаясь как-то корыстолюбиво.
— Это даже входит в твои должностные обязанности, а кроме того, если ты можешь помочь кому-то не жить всю жизнь с перьями на голове, разве ты этого не сделаешь? — Ты наглый паразит, — сказала я, но даже для меня самой мой голос прозвучал беспомощно.
Берт только улыбнулся шире. Он победил, и он это знал.
— Значит, ты будешь согласовывать клиентов со мной, если им нужен не подъем зомби или ликвидация вампира? — Если у тебя есть время читать о каждом клиенте, который ко мне приходит, я найду время написать.
— О каждом мне не надо — только о тех, которых ты посылаешь ко мне.
— Но ты же знаешь, Анита, — это чистая случайность, кто из вас когда на дежурстве.
— Чтоб ты провалился, Берт!
— Ты не считаешь, что слишком долго заставляешь ждать мисс Дрю?
Он уставился на меня, и эти серые глазки стали еще меньше от прищура. Зловещий взгляд, который на меня никогда не действовал. Он выдавил улыбку.
— Ты настаиваешь? — Ты нашел точное слово.
Берт сделал глубокий вдох и медленный выдох, будто считая до десяти, потом сверкнул Каспару лучшей из своих профессиональных улыбок.
— Извините нас буквально на минуту, мистер Гундерсон. Это не займет много времени.
Каспар встал, вежливо кивнул мне и вышел. Я закрыла за ним дверь.
— Что ты вытворяешь? Вламываешься ко мне во время переговоров с клиентом? Ты что, спятила? — Он встал, и его плечи почти задевали стены комнаты.
Пора бы ему знать, что меня пугать размерами без толку. Сколько я себя помню, всегда была меньше всех в нашем квартале. И размеры меня давно уже не впечатляют.
— Я тебе говорила: никаких клиентов вне моих должностных обязанностей.
— Твои должностные обязанности определяю я. Я твой босс, ты не запамятовала? — Он оперся на стол раскрытыми ладонями.
Я оперлась на стол с другой стороны.
— Вчера вечером ты мне послал клиента с пропавшим родственником. Какое, черт побери, я имею отношение к розыску пропавших? — Его жена — ликантроп.
— А это значит, что нам надо брать у него деньги? — Если ты можешь ему помочь, то да.
— Ну так вот, я отдала это дело Ронни.
Берт выпрямился.
— Видишь, ты ему помогла. Без твоей помощи он бы не вышел на мисс Симс.
Берт снова был сама рассудительность, а мне это было не надо.
— А теперь у меня в кабинете сидит эта Эльвира Дрю. Какого черта мне с ней делать? — Ты кого-нибудь из крысолюдов знаешь? — Он уже сел в кресло, сложив руки на чуть выпирающем животе.
— Это к делу не относится.
— Знаешь, нет? — А если да? — Устрой ей интервью. Наверняка кто-нибудь из них хочет прославиться.
— Почти все ликантропы изо всех сил скрывают, кто они такие. Если это обнаружится, они могут потерять работу, семью. В Индиане в прошлом году рассматривалось дело, и человек по иску своей жены после пяти лет брака был лишен права на своих детей, потому что обнаружилось, что он оборотень. Никто не станет так рисковать.
— Я видал интервью с оборотнями в прямом эфире.
— Это исключения, Берт, а не правило.
— Так ты не станешь помогать мисс Дрю? — Не стану.
— Я не буду взывать к твоей жадности, хотя она предложила кучу денег. Но подумай, насколько благожелательная книга о ликантропии поможет твоим друзьям-оборотням. Ты перед тем, как ей отказать, поговори с ними. Послушай, что они скажут.
— Тебе плевать на положительную рекламу для оборотней. Тебя манят только деньги.
— Верно.
Берт — абсолютно лишенный щепетильности подонок, и ему плевать, сколько народу об этом знает. Тяжело победить в перебранке, когда не можешь оскорбить противника.
Я села напротив него. У него был самодовольный вид, будто он думал, что уже победил. Ему следовало бы знать меня лучше.
— Мне не нравится, когда я сижу напротив клиента и понятия не имею, что ему нужно. Хватит сюрпризов. Теперь ты будешь заранее согласовывать клиентов со мной.
— Как скажешь.
— Рассудительный ты сегодня. Выкладывай, что случилось.
Он улыбнулся шире, глазки его блеснули.
— Мистер Гундерсон предложил за твои услуги отличные бабки. Вдвое против обычного.
— Это куча денег. Чего он от меня хочет? — Поднять предка из мертвых. На нем лежит семейное проклятие. Одна колдунья ему сказала, что если поговорить с предком, с которого проклятие началось, ей, быть может, удастся его снять.
— Почему двойной гонорар? — Проклятие началось с одного из двух братьев. С какого именно — он не знает.
— Так что мне придется поднимать обоих.
— Если повезет — только одного.
— Но второй гонорар ты все равно от него отожмешь.
Берт радостно кивнул, улыбаясь как-то корыстолюбиво.
— Это даже входит в твои должностные обязанности, а кроме того, если ты можешь помочь кому-то не жить всю жизнь с перьями на голове, разве ты этого не сделаешь? — Ты наглый паразит, — сказала я, но даже для меня самой мой голос прозвучал беспомощно.
Берт только улыбнулся шире. Он победил, и он это знал.
— Значит, ты будешь согласовывать клиентов со мной, если им нужен не подъем зомби или ликвидация вампира? — Если у тебя есть время читать о каждом клиенте, который ко мне приходит, я найду время написать.
— О каждом мне не надо — только о тех, которых ты посылаешь ко мне.
— Но ты же знаешь, Анита, — это чистая случайность, кто из вас когда на дежурстве.
— Чтоб ты провалился, Берт!
— Ты не считаешь, что слишком долго заставляешь ждать мисс Дрю?
Страница 43 из 127