За моей спиной белоснежные крылья, сотканные из легких полупрозрачных облаков. Мое тело ничего не весит, потому что я — всего лишь сгусток энергии. Вне законов земного притяжения, вне обыденного мира, вне здравого смысла — тут мое место…
Добавить в моё избранное
5 мин, 48 сек 6603
Он улыбнулся мне по-доброму, как улыбаются старому другу, а затем стал медленно растворяться в воздухе. Минута, и рядом с нашим подопечным уже никого нет.
Юноша поднимает голову и смотрит прямо на меня, но не может видеть. Перед ним лишь его отражение. Воспользовавшись силой, я чуть меняю его: показываю не потухшие заплаканные глаза, а то лицо, что смотрело из зеркала утром. Взгляд горит огнем решимости, на губах легкая улыбка уверенности в своих силах, он выглядит, как настоящий чемпион. Не знаю почему, но юноша не пугается, хотя прекрасно понимает, что сейчас он не может выглядеть так. Старается скопировать, а потом смеется.
— У тебя все в порядке? — спрашивает тренер, приоткрывший дверь и просунувший голову в зал, как только услышал смех.
— Да, уже все нормально, — яркая улыбка. Она вымученная, но он старается вложить в нее всю искренность, на какую способен.
— Скорая приехала?
— Да, можешь ехать в больницу для полного обследования, — тренер кивает.
— Хорошо, — юноша встает, а когда доходит до двери, посмотрит на то место, где видел свое отражение, где все еще нахожусь я.
— Спасибо, — шепчет он одними губами и уходит прочь, а смущенная я тянусь за ним.
Много дней мои призрачные руки лежали на плечах подопечного, по чуть-чуть наполняя его поддержкой, о которой молились и просили люди. Иногда я немного вмешивалась в жизнь юноши, переставляя песни в его плейлисте так, чтобы они поднимали настроение и внушали уверенность в себе. Заставляла цветок на лужайке расцвести не в сезон, чтобы поднять настроение. Делала так, что на столе оказывалась любимая еда; чтобы облака не заслоняли ночное небо, полное звезд; чтобы важные для него люди находили минутку для поддержки… Мелочи, которые мы редко замечаем, иногда оказывают решающее значение. Я верила в это.
И вскоре он снова вышел на лед. А через несколько месяцев отправился на первые соревнования. Я вновь стояла у бортика и смотрела, как изящно он парит над катком, а мой мрачный друг стоял напротив и улыбался одним уголком рта. Мы медленно начали двигаться друг к другу по краю бортика, и когда оказались на расстоянии нескольких десятков сантиметром, мой мрачный друг протянул мне руку. Я улыбнулась и приняла ее.
Нам было непросто поддерживать баланс, позволяющий находиться рядом, но ради подопечного мы старались. Ему была нужна внутренняя гармония, чтобы показать все, на что он способен. Несколько минут скорбь и радость, надежда и отчаянье, любовь и ненависть, обузданные силой духа человека, могли держаться за руки, чтобы подарить ему силы для воплощения мечты.
Юноша поднимает голову и смотрит прямо на меня, но не может видеть. Перед ним лишь его отражение. Воспользовавшись силой, я чуть меняю его: показываю не потухшие заплаканные глаза, а то лицо, что смотрело из зеркала утром. Взгляд горит огнем решимости, на губах легкая улыбка уверенности в своих силах, он выглядит, как настоящий чемпион. Не знаю почему, но юноша не пугается, хотя прекрасно понимает, что сейчас он не может выглядеть так. Старается скопировать, а потом смеется.
— У тебя все в порядке? — спрашивает тренер, приоткрывший дверь и просунувший голову в зал, как только услышал смех.
— Да, уже все нормально, — яркая улыбка. Она вымученная, но он старается вложить в нее всю искренность, на какую способен.
— Скорая приехала?
— Да, можешь ехать в больницу для полного обследования, — тренер кивает.
— Хорошо, — юноша встает, а когда доходит до двери, посмотрит на то место, где видел свое отражение, где все еще нахожусь я.
— Спасибо, — шепчет он одними губами и уходит прочь, а смущенная я тянусь за ним.
Много дней мои призрачные руки лежали на плечах подопечного, по чуть-чуть наполняя его поддержкой, о которой молились и просили люди. Иногда я немного вмешивалась в жизнь юноши, переставляя песни в его плейлисте так, чтобы они поднимали настроение и внушали уверенность в себе. Заставляла цветок на лужайке расцвести не в сезон, чтобы поднять настроение. Делала так, что на столе оказывалась любимая еда; чтобы облака не заслоняли ночное небо, полное звезд; чтобы важные для него люди находили минутку для поддержки… Мелочи, которые мы редко замечаем, иногда оказывают решающее значение. Я верила в это.
И вскоре он снова вышел на лед. А через несколько месяцев отправился на первые соревнования. Я вновь стояла у бортика и смотрела, как изящно он парит над катком, а мой мрачный друг стоял напротив и улыбался одним уголком рта. Мы медленно начали двигаться друг к другу по краю бортика, и когда оказались на расстоянии нескольких десятков сантиметром, мой мрачный друг протянул мне руку. Я улыбнулась и приняла ее.
Нам было непросто поддерживать баланс, позволяющий находиться рядом, но ради подопечного мы старались. Ему была нужна внутренняя гармония, чтобы показать все, на что он способен. Несколько минут скорбь и радость, надежда и отчаянье, любовь и ненависть, обузданные силой духа человека, могли держаться за руки, чтобы подарить ему силы для воплощения мечты.
Страница 2 из 2
